Искатель 5/1990
Шрифт:
От талисмана по лапе и дальше по его измученному телу разлилась приятная прохлада. Что-то в нём происходило. Рвались какие-то связи. Клетки изменялись, мутировали под радиоактивным ливнем с огромной скоростью. После превращения его тело стало удивительно пластичным, оно легко приспосабливалось к меняющимся внешним обстоятельствам. Если бы у него было больше времени, он бы, наверное, сумел справиться даже с радиацией, но времени не было. В него словно вложили огромные безжалостные часы, и они тикали, отмеряя последние оставшиеся в его распоряжении минуты. Что случится потом, когда они истекут? В точности он этого не знал, но понимал, что долина Серых скал доступна лишь короткое время и, если он не успеет,
Поворот, ещё поворот. Ущелье кончилось. Прямо перед ним снизу доверху путь закрывала скала.
Он достал талисман. Звёздочка стала ещё ярче, луч удлинился, но теперь он неуверенно качался из стороны в сторону, словно не знал, какое направление выбрать. Так ведёт себя стрелка компаса на полюсе, когда цель достигнута и дальше идти некуда. Он был в центре зоны, перед ним возвышалась скала. Взобраться на неё, с его лапами, снабжёнными присосками и могучими когтями, раньше не составляло труда. Теперь же он с трудом управлял своим полусожженным телом. Тем не менее он одолел и эту преграду.
Он стоял на вершине утёса. Вокруг простирались безжизненные смертоносные поля, оплавленная кора планеты. Здесь не осталось ничего, кроме ущелья и этого одинокого утёса. Стрелка талисмана указывала теперь вниз, туда, откуда он только что пришёл. Если проход существовал, он был внизу, на дне ущелья.
Убираться с вершины нужно было немедленно, здесь радиация усилилась, у него уже кружилась голова, с минуты на минуту он мог потерять сознание.
Медленно, то и дело соскальзывая с оплавленной поверхности скалы, он пополз вниз. Последний десяток метров, сорвавшись, он преодолел в беспорядочном падении. К счастью, поверхность скалы оказалась здесь более пологой, и всё равно удар получился слишком сильным.
Несколько минут он лежал неподвижно, собираясь с силами. И не зная, что делать дальше. Похоже, он проиграл. Прохода в долину ему не найти — если он вообще существует. Сил на обратный путь не хватит. Лучше всего остаться там, где он теперь лежит. Мёртвый сон не заставит себя ждать слишком долго.
Он сделал всё, что мог. Всё, что было в его силах. Сквозь скалу ему не пройти — снова повторил он эту фразу, прислушался к ней и, шатаясь, поднялся на ноги.
Если бы он был только левраном, наверно, это было бы именно так. Но раньше, когда он был человеком, однажды ему удалось пройти сквозь скалу… Правда, там была другая скала, соединённая со звёздными путями, ведущими к другим мирам, тысячами невидимых нитей… Всё же он подошёл к скале, закрывавшей выход из ущелья, и внимательно осмотрел её поверхность.
Она была серой. Чудовищные звёздные температуры, свирепствовавшие здесь несколько часов назад, не оставили на ней ни малейшего следа. Если прижаться к камню обожжённым телом, можно ощутить прохладу и лёгкую вибрацию…
Это была не простая скала. В её левом нижнем углу что-то едва заметно блестело… Он подошёл ближе, разгрёб обвалившиеся сверху комья оплавленной спёкшейся земли и увидел оттиск. Чёткий круглый след, вдавленный в поверхность камня. Он был не больше ладони. Казалось, кто-то приложил к скале печать или, например, талисман…
Он очистил оттиск от копоти и увидел двух стоящих на задних лапах левранов, отделённых один от другого чертой, идущей сверху вниз.
Перед ним было зеркальное изображение его талисмана. Его оттиск.
Стараясь справиться с волнением, с неожиданно появившейся надеждой, он достал талисман. Размеры совпадали, и теперь он заметил в центре оттиска, под слоем гари, в том месте, где на его талисмане горела зелёная звёздочка, необычный красноватый блеск… Он прочистил
его сбоку осколком камня, стараясь не прикасаться к этому опасному месту, и увидел яркий блеск красного камня. Всё совпало, кроме цвета камня. Сомнений больше не оставалось.Он совместил изображение на талисмане с оттиском и вложил его в углубление. Камни соприкоснулись. Послышался лёгкий шорох, словно тысячи бабочек одновременно взмахнули крыльями. Нижняя часть скалы перед ним исчезла. Вход открылся. В лицо ему пахнуло чистым, не заражённым радиацией воздухом, прохладным запахом живой земли. Он вошёл внутрь.
Перед ним был огромный, почти пустой зал, освещённый ярким зелёным светом стоящего на постаменте метрового кристалла. С тихим шелестом проход за спиной Романа вновь сомкнулся. Путь был окончен. Он стоял перед светящимся камнем, ничего не понимая и не зная, что делать дальше. Зал заканчивался стеной. В её полированном граните едва заметно проступало отражение зала и его собственное. Взглянув на себя в это каменное зеркало, он понял, насколько обезображено и изувечено его тело, сплошь покрытое язвами ожогов. От бронированной блестящей шкуры леврана ничего не осталось. Кое-где клочьями свисало розоватое мясо.
Только сейчас, увидев себя, он по-настоящему до конца осознал: путь для него окончен и этот зал — последнее, что он видит в этой жизни.
Ни отчаяния, ни горечи не испытала его измученная душа, только сожаление от бесполезности пройденного пути, от того, что он так и не смог разрешить загадку и ничего не сумел изменить. Когда его не станет, здесь пронесутся века, и через тысячу лет, быть может, кто-то другой окажется умнее.
Он обернулся. Камень. Ничего, кроме камня, замкнутого овального зала с одной-единственной ровной стеной, похожей на чёрное зеркало… Стена стояла вроде бы не на месте, нарушая симметрию зала и разделяя его на две половины. Возможно, за ней было пустое пространство, но несокрушимая толщина мёртвого холодного гранита не оставляла ни малейшей надежды — туда ему не проникнуть.
Оставался ещё камень. Формой и размером светящийся зелёный кристалл напоминал лезвие меча. Снизу, между ним и постаментом, расположилась каменная чаша. Вначале Роман принял её за украшение, но теперь подумал, что это скорее всего отражатель. Его вогнутая полированная поверхность отбрасывала зелёные лучи кристалла на гранитную стену, не давая им распространяться по залу. Вполне понятная предосторожность, если вспомнить, что мог сделать маленький кусочек такого камня с титанитовой дверью звездолёта.
Что-то ему напоминала сама форма кристалла, что-то важное… Ну да, была же рукоятка меча, найденная в пещере под деревом с таким же изображением, как на талисмане архов… Рукоятка меча, которую он нашёл после одного из своих вещих снов. Там была рукоятка, здесь — лезвие.
Вместо рукоятки — каменный постамент. Но ведь и он располагает силой леврана, и несмотря на все свои раны… Он упёрся плечом в основание, и неожиданно каменная глыба, не прикреплённая к полу, поддалась его усилиям. Наклонённое вперёд лезвие угрожающе придвинулось к стене.
Если маленькая частица такого камня справилась с титанитовой дверью… Он удвоил усилия, вспомнив, что сила воздействия камня зависит от расстояния. Чем ближе продвигал он зелёный меч кристалла к стене, тем ярче становилось пятно падавшего от неё света. В его оттенке появились какие-то новые, зеркальные блики.
Постамент всё же оказался для него слишком тяжёл, и теперь он боялся, что сил завершить начатую работу не хватит, каждый следующий сантиметр продвижения давался ему всё с большим трудом, словно стена отталкивала кристалл. А может быть, силы уже окончательно оставляли его. От напряжения из его многочисленных ран начала сочиться кровь, и на полу отпечатывались чёткие следы всех его шести лап.