Чтение онлайн

А потом произошло то, чего я не ожидала, не представляла. Все жители стали увеличиваться, обрастать шерстью и предстали волками. Черные огромные волки, миниатюрные черные волчицы, маленькие темные комочки - малыши и волчата – подростки. Это было круто! Я одна стояла в человеческом облике, ощущая первозданную мощь, силу, неимоверную энергетику. Звери смотрели умными глазами желтого цвета. Мой медведь ещё раз заревел, громко, протяжно, мощно, и все волки завыли, поднимая морды к небу. Это было сильно! Мне захотелось подняться в воздух, как настоящей ведьме, покружиться над ними.

Потом Белогор и все оборотни приняли облик человеческий, из холщовых сумок, не спеша, накидывали на себя рубахи, штаны, платья. Никто не стеснялся наготы, вернее, не так, никто не смотрел ни на кого, всё было проделано без суеты, но отлажено. Мой муж меня обнял, прижимая к своему боку.

Белогор был крупнее мужчин оборотней-волков, выше и красивее. Медведь!

– Волки, волчицы, волчата! К нам пришла весна, мой медведь проснулся. Я был проклят заговором на смерть, моя жена излечила меня, я обрел истинную пару.

Все молчали, смотрели на нас.

– Моя жена – ведьма, что вернула меня к жизни, исцелила. Её зовут Стеша. Она дарована нашей Осии. Она целитель.

Все захлопали, забасили, заговорили, кто-то обнимался, ребятки подпрыгивали.

– Волки! Вы самый преданный, смелый и отважный народ. Мой народ!

В стае нет предателей, их мы не прощаем, как и не прощаем тех, кто желает смерти из-за зависти, корысти, власти, ведет нечестную жизнь. Таким – позор! Смерть! Изгнание!

Мужики забасили, соглашаясь, кивая головами.

– Я знаю, вы и зимой не выживали, а жили, смелые трудолюбивые волки, выращивали свою судьбу даже в лютый холод. Счастье измеряется достоинством, вы все достойны счастья. Спасибо вам! Самая большая роскошь – знать, что за твоей спиной десятки сердец, готовых поддержать.

Все жители склонили головы.

– Белогор, свадьба когда? – из толпы раздался веселый бас.

Настоящие деревенские мужики! Хватило им пафосной речи владыки, они работяги, им работать, любить и веселиться. Я уже их обожала.

– На полнолуние в стае Мариша проведет обряд! – сказал мой муж, прижимая меня к своему боку.

Я видела взгляды и мужчин, и женщин. Да, я отличалась, была мельче, миниатюрнее волчиц, ну и цвет кожи, глаз, волос, конечно.

Толпа радостно зашумела.

– Владыка, а жена ваша и вправду ведьма? Волосы и покрасить можно, не велика наука.

А вот этот вызов мне не понравился. Не было в словах доброты, зависть была, я её считала мгновенно. Молодая красивая черноволосая волчица с сосками стоячими под холщовым платьем, высокой девичьей грудью, темными очами высокомерными сверлила меня. Видать влюблена в Белогора моего. По телу прошлась волной жаркой оценка ситуации, я стала прислушиваться к себе. Не поддамся. Я ведьма. Пошалить вот можно!

Я такой не была еще вчера. Я бы стервозно и высокомерно заткнула бы девицу, щелкнув зубами от счастья, опускаясь до её же поведения. Сейчас я прислушивалась к себе.

Так и стояла, спокойно выжидая. Вопрос был к мужу моему.

Белогор прижал меня крепче к себе, наклонился и поцеловал при всех в губы, нежно касаясь лишь.

– Да, вправду, Варка, - сказал спокойно муж.

Женщины

– Не позорь отца, Варка, - услышала я чей-то тихий женский укор.

– Отец мой замерз этой зимой, застыл, околел, я одна осталась.

Она на Белогора уставилась, прищуриваясь.

К волчице подошел молодой оборотень, стал успокаивать, видать ухажер, она его руки отпихивала от себя, злилась.

– Кости у него ныли, лапы не двигались почти, сама же знаешь, он бы и летом издох, - буркнула пожилая волчица.

Завистливые бабы, они и в Африке завистливые бабы.

К нам с Белогором подошел мужчина коренастый, высокий, бородатый.

– Приветствую вас, Луна нашего владыки, не гневайтесь на Варку, пристроим волчицу, вон - сын беты к ней сватается, угомонится.

– Стеша, это альфа стаи - Даркаф, - представил нас Белогор.

– Я не гневаюсь, Даркаф, здравствуйте.

Все притихли, слушая мой голос.

– Белогор, Стеша, пройдемте в мой дом.

Затем альфа обратился к жителям:

– Стая, после захода солнца праздник, а сейчас по делам.

Белогор приобнял меня за плечи, и мы пошли за Даркафом.

– Робкая ведьма у нашего владыки, поджала хвост под тепленьким-то боком, мы тут собрались, ждали, ничего особенного, девка белая – вся невидаль, хилая, - не унималась Варка.

Тут мой муж напрягся, остановился. Так, надо дела женские в свои руки брать.

– Милый, - я подняла глаза на Белогора, брови свел, губы поджал, - позволь, скажу ей пару ласковых.

– Стеш, я сам могу, заткну её в одно слово, хоть волчиц и намного меньше в стае, это непозволительно.

– Не надо, любимый, глупая она.

Он мягко посмотрел на меня, вздохнул, прислушался.

Мы шептались. Стая стояла в гробовой тишине. Слух у оборотней отменный, мы с Бологором это знали, конечно, но мы шептались, тыкаясь носами в уши друг друга, да.

Я развернулась к оборотням, все потихоньку расступились, Варка стояла одна. Для бравады волчица упёрла руки в боки, задрала подбородок, наклонив чуть голову. К ней подошёл молодой волк. Защитник, трогательно.

Я прислушалась, на деревьях трезвонили птицы, посмотрела на светло-зеленую крону. Оборотни синхронно провожали взглядом все мои движения. С веток вылетела стайка из несколько десятков птиц, собралась в кучу у дерева и полетела к волчице, поднялась над её головой, образуя плотный зонт, приготовившись пульнуть помётом. Варка выпучила глаза, отошла в сторону, зонт из птиц за ней. Она умоляюще на меня посмотрела. Быть в птичьем помете перед всеми – позор на всю жизнь. Жители начали хохотать.

– Варка, посмотри кругом, красота какая! Радуйся весне, волчица, красоте своей радуйся, молодости, цени того, кто заботится о тебе, посмотри на него – это награда! А то не туда смотришь!
– я глядела в её глаза, проговаривая это.

Во мне бурлила сила, смешинка. Я улыбнулась.

– Хорошо, Варка?

– Я поняла, ведьма, - зыркнула своими карими очами волчица.

Я задрала подбородок и легонько подула в сторону Варки, ветерок пронесся, птицы вернулись на прежнее место, галдя.