Интерполицейский
Шрифт:
Черт, да какая любовь, какая ненависть?! Это ведь обыкновенная девчонка, ну может покрасивее многих, и что? Я схожу с ума, не иначе!
— Ничего, все в порядке… Задумался просто, — сдерживая ярость, направленную на самого себя, произнес я.
— А… — неопределенно протянула она. В ее глазах блеснула колючая искорка — и я понял, что девушка сделала какие-то свои выводы. Которые, похоже, не столь уж и ошибочны — наверное, пару минут назад, имея некоторый навык, в моих глазах можно было прочитать все мои мысли. Я сделал каменное лицо, и повернул его к двери. Тем более повод был подходящий, из-за ее толщи доносились звуки, нарушавшие тишину камеры.
— Сюда кто-то идет, —
Тонкий скрип дверных петель ознаменовал собой факт, что о нас вспомнили. Из полумрака коридора выступило несколько теней, обретающих человеческий облик на свету. Кто-то остался за порогом, двое вошли в комнату. Оба были облачены в тропический камуфляж. Наверное, опять куда-нибудь поведут. Например, знакомиться с любезными хозяевами усадьбы "Дель Лока".
— Доброго дня, голубки, — в этих словах я услышал легкую незлобивую иронию. Странно, но тембр этого уверенного голоса показался мне знакомым.
Еще более странной мне показалась реакция Алессандры. В то время, пока я пытался разглядеть посетителей, она уже, очевидно, все увидела, Брошенного на нее взгляда хватило понять, что журналистка кого-то узнала.
— Э… Джек? Я не… что ты тут делаешь? — девушка недоуменно и смешно захлопала длинными ресницами. Я попытался рассмотреть какого-то возникшего на горизонте и так удивившего ее Джека. Похоже, назревали любопытные события.
— Сандра, ты как всегда, божественно очаровательна. Тебя даже не портят эти грубые веревки, — несколько необычным комплиментом прозвучал ответ ей. — Тихо, тихо! — остановил он готовую вывалить на него груду закономерных вопросов девушку — Все, что вас интересует, ты… вы узнаете в ближайшее же время, обещаю.
После этот Джек, оказавшийся вполне обычным на вид, я бы даже сказал, невзрачным, мужчиной, лет под пятьдесят, повернулся ко мне. В его глазах застыло некое ожидание — так ждут от встреченного в толпе полузабытого знакомого узнавания. Но если голос еще вызывал у меня какие-то смутные ассоциации, то лицо этого не очень приятного человека — нет. Впрочем, интересно… уж не его ли спину я созерцал, когда нас вели по веранде?
— Майор… нет, простите, подполковник, все время забываю… неужели вы меня не узнаете?
Теперь де Ла-Санио уставилась на меня с неподдельным интересом. Оказывается, у нас с ней обнаруживаются общие знакомые…
— Н-нет… а что, должен? — с сомнением в голосе ответил я.
— Пожалуй, что так. Да, коротка ваша память. Вы ведь спасли мне жизнь, и даже больше, чем жизнь, хоть и не подозревали об этом. И не так давно это было, менее года назад, и вы еще спрашиваете, должны ли вы меня помнить! У вас поразительно плохая память, Беркутов!
Я лихорадочно принялся перебирать в памяти все события указанного срока давности. Мы тогда еще базировались в Бенгальском заливе. Мы спасли кучу народа, среди которых было столько невзрачных пятидесятилетних европейцев… Джек… Джек. Мозг зацепился за имя, оказавшееся знакомым, нашел нужную ячейку в памяти. От этого имени словно пошла цепная реакция — Джек, которому я спас когда-то жизнь… темная ночь, джунгли Мьянмы, армейская колонна. Спутанный с ног до головы европеец среди узкоглазых
конвоиров. Загадочная реакция моего зама, и спонтанная акция освобождения, которая вполне могла стать тогда нашей последней выходкой, если бы не удача… И короткий, неконструктивный диалог с бывшим пленным, оказавшимся настоящим американским шпионом, вдобавок лучше нашего ориентировавшимся в положении дел вокруг целей операции "Сезон дождей", но еще больше нас запутавший на тот момент…— Лайон… — полушепотом, на выдохе, сказал я, поднимая сузившиеся глаза и вглядываясь в узнаваемые змеиные черты лица североамериканца. — Какая неожиданная встреча, шпион!
Глаза Лайона тоже сузились, лицо вдруг резко очертилось напрягшимися мускулами, теперь уже казавшегося не невзрачным, а жестким, даже жестоким, четко прорисованным, и мне не совсем к месту подумалось — а не мог ли я видеть это хищное лицо еще когда-то? Но где и когда? Наши дороги не могли пересекаться, кроме того случая в Мьянме…
— Знаешь, американец, я не стану тебя ни о чем спрашивать, — сказал я уже громче. — По твоим глазам вижу — сам расскажешь. Но не скрою — твоя роль здесь меня
оч-чень волнует.
Джек вдруг расслабился — внешне. Взмахом руки отослал за дверь своих прихвостней. Едва обшитая деревянными планками стальная плита со стуком закрылась, вновь вперил в меня свои холодные, почти бесцветные глаза. Сандра со смешанными чувствами на точеном лице сидела мышкой, придавленная нарастающей между мной и ее "другом" напряженностью. Краем глаза я видел, что она не сводит с нас жадного взора. Честно говоря, на месте агента я вывел бы ее за дверь. Но у Джека были, очевидно, какие-то свои соображения. Интересно, откуда Сандра-то знает шпиона. Впрочем, если и знает, то не как агента разведки, я уверен.
— Я почти не сомневался, что ты узнаешь меня, подполковник. И ты прав, у меня есть желание поделиться с тобой нынешними реалиями, о которых ни ты, ни твои люди не имеют представления. Вы опять угодили в чужую игру, Беркутов. Только, боюсь, на этот раз тебе может так не повезти, как Мьянме. Позволь, пользуясь удобным случаем, поблагодарить тебя за то, что ты рискнул спасти меня в ту злосчастную ночь. Если бы ты знал, что сделал и для меня, и для всей Америки. Жаль, судьба порой выкидывает необычайные шутки — сказав тебе спасибо, я, к своему сожалению, не могу отплатить тебе тем же. Слишком многое стоит на карте.
— Интригуешь… — пробормотал я. — Значит, ты стоишь за всем этим? И за моим похищением?
— Господь с тобой, русский. Это вовсе не моя затея! — воскликнул Лайон. — Мы бы, конечно, рано или поздно столкнулись, но тебе даже не удалось бы обо мне узнать! Ты будешь прав, если решишь, что мы по разные стороны фронта. Мы были формальными, потенциальными противниками еще там, в джунглях Мьянмы. Но это не значит, что я не испытываю к тебе или твоим людям симпатий. Алягер ком алягер, как выражаются французы. Вы просто пешки моих настоящих соперников в этой партии, и как бы мне ни было вас жаль, можете при неустранении доставить кучу ненужных хлопот. Но прошу учесть, я могу еще предложить вам выбор между жизнью и заданием. Ведь вам нужен шейх?
— Так ты это его покой здесь оберегаешь? После того, как он украл ваше оружие, и вас же хотел им убивать? Ты весьма великодушен, шпион! — на самом деле я еще не раскусил, для чего Джек возник на нашем пути, но старался придерживаться хорошей мины при плохой до неприличия игре.
— Ты почти угадал. Шейх, не смотря на некоторые скверные стороны своего характера нужен мне. Но поверь, подполковник, я не делаю ничего, что шло бы против интересов США и чего бы не хотела моя великая страна.