Чтение онлайн

Надя стащила кроссовки, не расшнуровывая, и босиком ступила на пенопласт. Дорожка между булавочных сооружений была узкой, так что едва помещалась ступня. Коридоры переплетались и выводили её вовсе не в центр, Надя пробовала перешагивать через несколько булавочных строёв сразу, но чёрный металл впивался в кожу, и никак не выходило поставить ногу поудачнее. Идти пришлось, как лабораторной мыши, выбирая дорогу самостоятельно. Только иногда Влада догадывалась подсказать:

— Налево. Нет, третья развилка. Ещё раз налево.

Надя обернулась, когда оказалась в центре: фигуры следователя и Влады отсюда

казались почти нереальными.

— Приступайте, — разрешил следователь.

В центре лабиринта негде было даже присесть. Она стояла, по-солдатски сдвинув ноги вместе, и пыталась держать равновесие. Голова шла кругом, и как вызывать сущность в таком положении, Надя понятия не имела. Она и в более удобных позах не всегда могла призвать.

«Точно ведь ничего не получится», — подумала Надя и всё-таки закрыла глаза.

Мир вокруг, судя по ощущениям, тут же завертелся бело-чёрным хороводом.

Солёным капнуло на губы. Надя, безразличная ко всему на свете, стояла на коленях, одной ладонью упираясь в пол. Попавшие под её давление булавки гнулись или втыкались глубже в пенопласт.

Не открывая глаз, она вытерла кровь. Бессмысленно — из носа опять потекло. Влада что-то говорила, не замолкая. Что — Надя уже не слышала за постоянным гулом в ушах. То, что она ощущала, было настолько огромным, что протолкнуть его в угольное ушко собственного сознания просто не представлялось возможным. И вернуться назад она тоже не могла. Притянутая сущность намертво вцепилась невидимыми пальцами, обхватила сзади, присосалась, теперь не отцепишь.

Влада говорила — и уже почти кричала, — а в общую какофонию звуков вклинился голос следователя.

— Прекратите.

Она не поняла смысла сказанного.

— Прекратите!

Кое-как Надя открыла глаза. Пенопласт перед ней был весь заляпан кровью — светло-алой, нестрашной, но всё-таки кровью. То, что стояло у неё за спиной, коснулось плеч и снова потянуло к себе.

— В лабиринте ошибка, — вдруг очень чётко произнесла Влада, как будто стояла в шаге, не дальше. — Он не проходит. Не получится! Уходи!

Надю тряхнуло. Она ощутила, как хватка не-жизни начала ослабевать. Защиты конторы поисковиков работали на славу — сущность отступала. Гудение в ушах сделалось на полтона тише. Она смогла поднять голову. Фигурки у двери теперь ещё и расплывались.

— Выходите, — сказал следователь.

«Выходите», — передразнила его Надя, правда, мысленно. У неё не хватило бы сил говорить вслух. — «Это он дельно придумал».

Булавочные коридоры двоились и троились. Она едва дошла сюда, а теперь предстояло продраться назад. Ладонь была вся в мелких уколах, о коленях не хотелось даже думать.

— Выходите, за вами туда никто не полезет.

— Я исправлю ошибку в лабиринте. Мне нужно от силы два часа, только все булавки остались дома, — говорила Влада, как будто оправдывалась в невыученном уроке.

Следователь ни слова не произнёс, но смотрел безрадостно. Наде было всё равно: ни думать о том, что будет дальше, ни попытаться вникнуть в происходящее. Она еле добралась до казённой кровати и упала, сразу же проваливаясь в беспамятство.

Она знала только, что Влада не вернулась. Знала из разговора следователя с одним

из конвойных. Впрочем, знание этого витало в воздухе, как предчувствие грозы, влажное душное ощущение.

С Нади сняли наручники уже в коридоре, и дальше повели почти свободной. Мысленно она всё ещё плавала в оборванном куске сна и не особенно воспринимала реальность, потому и не удивлялась.

— Никакого понятия о законности, — резко высказывал следователь. — Нелегальное применение паранормальных способностей, видите ли. Говорят, это должно быть согласовано с Центром. Где согласие? Нет согласия. Девчонку держат в застенке. Равноценный обмен, говорят. Без Влады мы ничего не сделаем.

Дневной свет после приглушенных белых ламп заставил Надю зажмуриться. Свет лился в огромные квадратные окна. В холле рядом с КПП её ждала Сабрина. Непривычно — она была в форме, вот только без оружия. Наверное, заставили сдать.

Надя не сразу увидела Антонио, он стоял в стороне. Щёлкнули магнитные замки — терминал на входе выпустил их. Пока Антонио говорил со следователем, подмахивая какие-то бумаги, Сабрина оглядела Надю с ног до головы. Ей не понравилась футболка, залитая кровью, определённо, не понравилась.

— Что они с тобой делали?

— Дверной косяк подкрался и коварно ударил в спину, — мрачно пошутила Надя и поторопилась исправиться: — Ничего страшного. Вызывала сущность, кровь — носом, как обычно.

— Вызывала сущность? — вскрикнула она, так что охранник на КПП и Антонио обернулись на них.

— Всё в порядке.

Сабрина взяла её за локоть и вывела на каменное крыльцо. Следом вышел Антонио. Весь горизонт от края до края занимала серая набережная и серая река, подсвеченная яростным летним солнцем.

Вета стояла у раскрытого окна, когда они приехали. Дверь была открыта, квартира остыла за ночь, и рано утром, когда Антонио повернул дверную ручку, уже была холодной и неприветливой. Никаких полотен солнечного света на деревянном полу.

Когда хлопнула дверь, Вета обернулась на секунду — глянуть, кто пришёл, и тут же снова припала к окну. Антонио сразу убрался на кухню, а Надя вошла в комнату и села на край дивана. Меньше всего Надя ожидала, что Вета с ней заговорит.

Пять утра — показывали настенные часы.

— Что-то происходит, — вечно холодный голос преподавательницы теперь пророс тревогой. — Что-то случилось. Он никогда не уходил так надолго.

Антонио вернулся с кухни со стаканом воды, вложил его Вете в податливую ладонь. Она скользнула по нему невидящим взглядом и опять уставилась в окно.

— Он ведь всегда приходил под вечер, ночевал тут, а утром уходил, но ненадолго, — дрожа, проговорила она.

Антонио попробовал увести её от окна, но Вета с силой вывернулась из-под его рук.

Очень редко Наде приходилось сообщать родственникам о смерти. Она же не врач, а следователь. Она не привыкла приносить плохие новости. Теперь же ей приходилось делать это, потому что никто другой не мог.

— Я не знаю, что с ним, никто не знает. Но второй фантом похоже, теперь достаточно сильный, чтобы сражаться. И дело в том, что из них останется только один. Оба не могут жить здесь, как два тигра на одной территории. Вполне возможно, что они уже встретились.