Гимн неудачников
Шрифт:
Монотонный плавный голос звучал странно успокаивающе.
– В той пещере был глубокий волшебный колодец, в котором жили духи, исполняющие желания, и старый серый камень, помнивший еще начало времен. Когда он долго не пил крови, эссенции жизни, то покрывался трещинами, а голодные духи стонали и плакали в колодце. Но кровь не высыхала на алтаре.
Беда что-то невнятно пробормотал, и Эжен вполголоса приказал ему заткнуться.
– Люди сбрасывали тела в колодец и шептали самые искренние желания, а Зверь радовался, глядя с высоты. И самым счастливым он иногда
Голос плыл и таял в пустоте...
– ...и расстреляли их всех по статье 326...
В этот раз в моих снах не было ни чудовищ, ни призраков; только огонь и горький дым. Пламя скользило по доскам, вырывалось из щелей, лизало тлеющие половики, бросало на стены причудливые тени. Тени кружились в вычурном танце, вздымались и опадали, заполняли всю комнату, стискивали горло обжигающими пальцами, давили на грудь, окутывали тяжелой и душной пеленой. Я плавился в пламени, как восковая свеча, и это было не страшно - скорее странно... С красной тряпки над головой сочились крупные багровые капли, а огненные рожи беззвучно хохотали, сливаясь во множество моргающих красных глаз.
Иногда в видениях мелькали знакомые лица. Вот Эжен пытается мне что-то сказать с таким видом, что лучше не откликаться; потом к нему явилась тень в саже и блестящей маске и забрала с собой - не иначе строить радиовышку. Вот Беда стоит рядом с другой тенью; их разговор звучит как шелест множества книг, и я не понимаю ни слова, сколько не прислушиваюсь. Не иначе, маг устанавливает дипломатические контакты с местным полукриминальным элементом на предмет будущего сотрудничества. Что?! Я попытался оторвать голову от подушки, но мир перевернулся, и я рухнул вниз в вихре огненных искр.
Следующее просветление, что примечательно, вновь началось с Беды. Черный маг разглядывал меня с каким-то трудночитаемым выражением, и заметив, что я очнулся, помахал ладонью перед лицом:
– Лоза? Эй, Лоза! Ты меня слышишь?
Лень боролась с желанием высказаться и в кои-то веки проиграла.
– И чего тебе надо, с-сволочина?
– и с чувством выполненного долга я вновь закрыл глаза, готовясь провалиться в милосердную темноту. Безрезультатно: маг схватил меня за плечи и жестко встряхнул.
– Не отключаемся. Смерть жив?
– Все помёрли, - мрачно объявил я.
– Долго и счастливо.
Степень конкретизации Беду не устроила.
– Так жив или нет?
– нетерпеливо переспросил он.
Достал. Я вновь попробовал приподняться; подушка вновь оказалась против, и гравитация неуклонно повлекла обратно.
– А зачем тебе карта?
Черный маг задумчиво посмотрел на ковер и после короткой паузы протянул:
– Карта, м-м-м... карта открывает одну дверку.
– Уж не такую ли, что была на объекте 16?
– догадливо, судя по вскинувшемуся приграничнику, предположил я.
– И что за ней?
– Может быть - ничего... Или все.
О, эти черномаговские мечты. А я-то надеялся услышать что-то действительно полезное, а не очередную сказку кладоискателей
о том, что в Ниморе между алмазными берегами текут нефтяные реки, а оружие растет прямо на деревьях.– И что теперь? Собираешься снова выдать меня Ильде?
Правда, такими темпами, меня скоро можно будет сгрести в совочек и отдать нежити в аккуратном кульке, но это уже не мои проблемы.
– М, да с чего бы это?
– изумился маг.
– Я выполнил все условия, она - ни одного. И не похоже, чтобы Эжен тебе верил, а?
Пальцы сами потянулись кого-нибудь придушить, но не дотянулись: сил не хватило.
– И чем ты перед ним так выслужился?
– Он мне очень сильно обязан... очень, - Беда лыбился так широко и довольно, что хотелось его пристукнуть просто из зависти.
– Смерть. Скажи мне, что приключилось с моим дорогим другом Черной Смертью, Лоза.
Ну что же, когда табличку с именем колдуна вмуруют в стену, ее станет посещать хотя бы один человек. Чтобы убедиться, что такое чудо ему не приснилось.
– Его забрала Ильда - узнавай сам.
– Та-да. Проклятье. Так ты его все-таки не прикончил? Жаль, жаль.
– За что ты его так ненавидишь?
– вяло промямлил я. От пары слов накатила такая усталость, будто я в одиночку вырубил весь Великий Лес.
– Ненавижу? Нет. Тут такое дело...
– черный маг рассеянно уставился в потолок.
– Или он, или я.
– Ты чокнутый.
– Неужели?
– с сомнением хмыкнул собеседник. Как по мне, его мания преследования уже перешла в неизлечимую форму.
Занавеска резко дернулась в сторону, заставив Беду нервно вздрогнуть. В комнату быстрым шагом ворвались двое - за высоким человеком в дождевике плелся Эжен, сумрачный и, судя по всему, уже словивший головомойку за все хорошее. О, Небо. Как жаль, что пень не успел зажевать меня раньше. Именно от этой встречи я боялся, именно от нее бежал через всю страну... Но сейчас я испытывал нечто, близкое к радости. Мне надоело бегать и до жути опротивело прятаться, тем более, что дальше некуда и негде.
– Встань. Два шага назад.
Я дернулся, но оказалось, что приказ направлен вовсе не на меня. Черный маг подскочил, опрокинув табуретку, шарахнулся в сторону и только тогда встряхнулся, приходя в себя.
– Магистр Александр Юстин?
– живенько поинтересовался он.
– Рад зна...
– Нет нужды во лжи, - холодно оборвал его вошедший, и обернулся к ученику: - Ты с ним расплатился?
Эжен ошарашенно кивнул, и мой опекун вновь обратил гипнотический змеиный взгляд на Беду:
– Благодарю за сотрудничество. А теперь я не желаю видеть тебя рядом с моим сыном, - тут холод в его голосе окончательно превратился в вечную мерзлоту: - Ты меня понял?
– Д-да, - выдавил черный маг. Кажется, с ним еще ни разу не обращались как с вещью, чем-то, не имеющим право ни на голос, ни на собственную волю. Да я сам впервые видел, чтобы координатор говорил с кем-то настолько грубо, будь собеседник даже трижды колдун. Не то, чтобы я слишком уж часто присутствовал при его беседах с колдунами, но все же...