Чтение онлайн

Один сильный толчок в двери не помог их открыть, и, нахмурившись, я дернула их еще сильнее.

Алейсия вздохнула и вытащила одну из шпилек из волос, прежде чем опуститься на колени на уровне замка.

В изумлении я наблюдала, как она вставила шпильку внутрь и устремила взгляд в сторону, пока вертела ее.

Нахмурившись, она сдвинулась и резко дернула рукой.
– Ты упрямая штучка!

– Что, собственно, ты делаешь? — спросила я.

– Почти… получилось.
– Замок щелкнул, и она улыбнулась.
– Вот и все.

Раскрыв рот, я нахмурилась.
– Как ты научилась так делать?

– Дядя Рифтин показал мне.

–

Я не буду спрашивать, для чего.

– Наверное, это хорошая идея, — сказала она, распахивая двери в огромное чрево храма — неф, тянувшийся к алтарю, где призрачный силуэт Красного Бога возвышался в темноте, словно ужасающий призрак.
– Пугающе, не правда ли?

– Это точно не мое представление о комфорте, это точно.

– Ну, тогда иди. Я точно не пойду первой.

– Конечно, нет.
– Покачав головой, я вышла вперед, и порыв холода усилил озноб, пробегавший по моим костям, когда я окинула взглядом темное, пустое пространство, где когда-то находилась целая деревня.
– Нам нужно осмотреть все, а потом разжечь огонь.

– Я ничего не вижу. Как мы собираемся что-то искать?

Я знала, что в шкафу у алтаря лежат несколько масляных ламп, которые Сактон Крейн часто использовал во время служб.
– Оставайся здесь, — прошептала я и на цыпочках пробралась по проходу мимо темных скамей — идеальных маленьких укрытий для всего, что хотело бы напасть. Каждый мускул моего тела напрягся, дыхание стало прерывистым, пока я пробиралась сквозь тьму, молча молясь, чтобы те запертые двери удержали все — включая мышей. Я не осознавала, насколько ужасающе выглядел Красный Бог со своим светящимся красным взглядом, пока он не уставился на меня, и я отвернулась при первой же мысли, что эти угрожающие глаза наблюдают за мной.

Пройдя мимо скамей, я быстро обошла каменный алтарь к шкафчикам с другой его стороны. При свете одной лишь луны я нащупала красные масляные лампы и схватила две из них за их длинные тонкие цепочки, вместе с маслом, которое, как всегда утверждал Сактон Крейн, было сделано из ягод священной веспервины, на которых Красный Бог выжил во время древней засухи.

Все эти глупые анекдоты, теперь бессмысленные и почти забытые. Ничто иное, как туманные слова прошлого.

Наполнив красные сосуды маслом и расжигая фитили с помощью кремневого огнива, оставленного на алтаре, я понесла обе лампы обратно к Алейсее, остановившись лишь на мгновение, чтобы рассмотреть надпись «Децимация надвигается, - нанесенную кем-то на стены.

Мы с Алесией обыскали все скамьи, алтарь, ризницу. Нигде не было и следа этих существ. Мы поднялись по винтовой лестнице в спальни на верхнем этаже. Первые несколько комнат были далеко не простыми: каждая из них была украшена самой изысканной мебелью и гобеленами, но одна комната особенно выделялась своим чрезмерным и гротескно богатым убранством, которое, как мне показалось, подошло бы для короля.

В одном углу комнаты стоял камин с чугунным котлом, напоминавшим мне котел. Вероятно, он использовался для нагрева воды для черной железной ванны, стоящей перед ним, пожалуй, самой большой ванны, которую я когда-либо видела. Несомненно, я нашла спальню Сактона Крейна.

И я бы не беспокоилась даже вполовину меньше, если бы он не жаловался так часто на то, как мало деревня платит десятину.

– Вот тебе и забота о бедных, — пробурчала я, опустившись на колени, чтобы заглянуть под кровать с балдахином. Там ничего не было. Я обыскала

шкаф, комод, маленький закрытый туалет, напоминавший мне роскошную внутреннюю уборную. Никаких следов людей или пауков.

Мое внимание привлекла дверь с другой стороны шкафа. Я медленно повернула золотую ручку, и открылся узкий чулан, где с потолка свисали кандалы, а стену украшали два плетеных хлыста. Ужас пронзил меня, когда я представила себе их назначение, и я быстро закрыла дверь, зажмурив глаза, чтобы изгнать эти образы из своих мыслей.

Волосы на затылке у меня встали дыбом, когда я почувствовала чье-то присутствие в комнате. Я обернулась, подняв лампу, и увидела Зевандера, стоящего в дверном проеме, полностью промокшего. Его влажные волосы закрывали глаза и лицо, пока он стоял, прислонившись к дверному косяку.

— Зевандер?

Как только я произнесла его имя, он пошатнулся вперед и удержался, ухватившись за стоящий рядом стул.

Я перебежала через комнату к нему и помогла ему сесть. Поставив лампу на пол, я сняла с него промокший до нитки плащ и заметила, что из ран на его руке и животе сочится кровь. — Что случилось?

Он не ответил мне, и его молчание заставило меня поднять глаза. Когда я откинула мокрые пряди волос с его лица, я ахнула. Крошечные черные вены, расходящиеся от его шрама, расширились и тянулись вверх, к глазу и через висок, исчезая в линии роста волос.

Он повернул лицо к тени, скрывая его от меня.

— Все спальни тщательно выметены, никаких признаков пауков, — прервала меня Алейсея, и ее голос раздражал меня, усиливая беспокойство, зародившееся в животе.

— Хорошо. Выбери себе комнату, — ответила я отрывисто.

— Все в порядке?

— Да. Все нормально.

— Ладно. Пойду посмотрю, смогу ли я раздобыть что-нибудь поесть на кухне. Я умираю с голоду.

– Замечательно.
– Как только она ушла, я снова обратила внимание на Зевандера, который продолжал скрывать лицо.
– Ты истекаешь кровью. Что случилось?

Словно очнувшись от транса, он вздохнул и откинулся на спинку стула.
– Терон.

– Он преследует нас?

– Преследовал нас. Он больше не в настоящем времени. Однако я немного расстроен из-за этого.

Я почувствовала облегчение, услышав, что он говорит обычным тоном.
– Почему?

– Потому что, по крайней мере, он мог бы стать вариантом для Алейсии.

– Ты имеешь в виду кровную связь, которую нужно пересечь?

– Да.

Я не стала на это отвечать. Мои мысли по-прежнему были в хаосе, когда дело касалось Алейсии, но не так сильно, как из-за его ранений и тревожного распространения тех черных вен.
– Могу я посмотреть на твою рану?

Вздохнув, он кивнул и зацепил пальцами за подол туники, и мы вдвоем подняли ее через его голову. Хотя порез на животе казался более поверхностным, глубокая рана на руке беспокоила меня гораздо больше.
– Ее нужно промыть. И зашить.

– У тебя есть опыт зашивания ран?

– Не ран, но у меня есть опыт подшивания платьев, которые должны были прослужить больше года. Я знаю, как пользоваться иголкой и ниткой. Просто ткань поплотнее, вот и все.
– Стараясь не подносить пальцы слишком близко к краям, я сжала рану, и из нее вытекло еще больше крови. Когда я отпустила, я поняла, насколько она глубокая, как только кровь стекла.
– И много крови.
– Мой голос дрогнул на последнем слове, и я сглотнула подкатывающую к горлу кислоту.