Элдрич
Шрифт:
Прошло много лет с тех пор, как я в последний раз выезжала за стены Фоксглава. Дедушка Бронвик иногда брал нас с собой в соседние деревни, торгуя своим вином, но, за исключением тех немногих небольших поездок, я ни разу не покидала деревню, в которой выросла.
Туманная река Хадрона ползла мимо нас со скоростью улитки, а ее облака пара, разбросанные вдоль печально известных черных берегов, выдыхали белые облака, которые оседали на земле и растапливали иней, покрывавший другую сторону тропы. Копыта стучали по грязи, и лошади, казалось, не обращали внимания на шипение,
– Считается, что питьевая вода Хадроны сводит с ума, — сказал Корвин сзади, оседлав свою лошадь и ведя одну из более нервных лошадей позади себя.
– По-видимому, там обитает паразит, который, как известно, поражает мозг.
– Паразит? — спросила Алейсея, обняв отца, пока их общая лошадь тяжело шагала вперед. Отцу удалось раздобыть одну из красных мантий еще в храме; она выделялась красным пятном на фоне темных деревьев и грязи.
– Да , крошечный червь, поражающий мозг. Это довольно увлекательно. Я принес книгу из библиотеки, — сказал он, поглаживая сумку, прикрепленную к седлу.
– Если тебе интересно, я с удовольствием почитаю тебе.
– Я могу прочитать сама, спасибо, — отрезала она с резкостью лезвия.
Отец нахмурился, оглядываясь через плечо.
– Как?
– Дедушка. Ему казалось смешным, что женщинам не разрешают читать.
Отец вздохнул и снова повернулся вперед.
– Наверное, он был прав. В наши дни это, кажется, уже не имеет большого значения.
Тропа изгибалась, уходя в туннель из деревьев. Удерживаемый лесным пологом над головой, туман с реки создавал завесу, из-за которой было невозможно видеть дальше нескольких метров.
– Помогите! — крикнул кто-то издалека.
– Подождите!
– Неясная фигура бежала сквозь деревья к нам, и я почувствовала, как Зевандер напрягся у меня за спиной, его рука переместилась с моего тела на рукоять меча.
Я схватила его за запястье.
– Подожди.
Туман расступился, и к нам, прихрамывая, вышел человек в характерном плаще вонковского солдата. Он поднял обе руки вверх, показывая, что у него нет оружия. По крайней мере, насколько мы могли видеть.
– Пожалуйста! Я вас умоляю. На нас напали. Мой… Мой друг ранен. Думаю, его, возможно, укусили.
– Он перевел взгляд на Корвина.
– Не могли бы вы поделиться своей лишней лошадью?
– Нет, — безэмоционально ответил Зевандер. Он слегка пнул нашу лошадь в бок, заставляя ее снова тронуться с места.
– Пожалуйста, пожалуйста!
– Человек выскочил вперед, заставив нас снова остановиться.
– У вас… есть хоть что-нибудь поесть? Уже несколько дней ничего не ели.
– Нет, — снова ответил Зевандер, не дав мне вставить слово, и снова слегка подтолкнул Вейна.
Нахмурившись, я оглянулась на мужчину, который смотрел нам вслед, опустив плечи в знак поражения.
– Останови лошадь, Зевандер.
– Зачем мне это делать?
– Потому что он, скорее всего, умрет с голоду, если мы ничего ему не предложим.
– «Ему все равно суждено умереть, если он откажется оставить своего друга.
– То, как легко его холодные
– А что, если бы это я была ранена? Ты бы так же быстро оставил меня?
– Нет. Я бы отнес тебя в безопасное место.
– Ну, не все же маги ростом почти два метра, владеющие магией крови. Возможно, ты мог бы проявить немного милосердия.
Незнакомец снова прошмыгнул мимо нас, на этот раз с кинжалом в руке. Как и раньше, Зевандер напрягся у меня за спиной.
– Боюсь, я должен настоять, чтобы ты отдал мне лошадь и немного еды.
– Ты намереваешься сражаться кинжалом против меча?
– Жестокое и насмешливое удовольствие капало, словно яд, из голоса Зевандера.
– Этот кинжал пропитан ядом.
– Незнакомец шагнул ближе, вытянув свободную руку к моей ноге, словно собираясь схватить меня, но вместо этого замер.
– Это очень сильное зелье, которое растворяет вены, вызывая внутреннее—
Позади меня раздалось быстрое шевеление, и в поле моего зрения мелькнула черная тень.
Меч Зевандера пронзил шею солдата змееподобным ударом.
Сзади раздался коллективный вздох.
– О, боже! — воскликнул отец, перекрестившись.
Холод, скользящий по костям, проник между моих ребер, наполнив легкие.
С широко раскрытыми глазами солдат хрипел и кашлял, и когда Зевандер вытащил меч, он рухнул на колени, прижав руку к горлу, не в силах сдержать кровь, хлещущую из шеи.
– Что ты наделал! — воскликнула я, спрыгивая с лошади, прежде чем он успел меня остановить.
— Он угрожал расплавить твои вены ядовитым кинжалом, — сказал он с тревожным спокойствием, от которого по моей спине пробежал холодок.
— Он угрожал нам всем!
— Любая угроза — это угроза тебе, и я буду реагировать соответственно.
Солдат покачнулся в сторону, хрипя и кашляя, пока, наконец, его рот не сделал последний вздох, и он замер.
Отец шагнул к нам, его осанка была напряженной и враждебной.
– Ты заколол человека, просившего о помощи?
По какому-то странному инстинкту я вскочила на ноги, протянув ладонь. Не для того, чтобы вызвать глиф против него, а чтобы предупредить его об опасности, которую он невольно на себя навлекал. И не только от Зевандера, ведь тень Райвокса промелькнула по земле.
– Отойди, отец.
— Он умирал от голода! Разве ты не знаешь, на что способен человек в отчаянии?
— Он мертв, — холодно сказал Зевандер, не отрывая от меня взгляда. — Я уже ничего не могу сделать. Нам пора, если мы хотим добраться туда до наступления ночи.
— Ты не можешь их оставить. — Я провелА взглядом по густому, окутанному туманом лесу. — Его друг ранен в лесу, а этого нужно похоронить.
— Нельзя хоронить каждого убитого.
— Он не был убит, пока ты не вонзил ему меч в горло! — возразила я.
– Как я уже сказал. Он представлял угрозу.
– Все еще сидя верхом на Вейне, Зевандер приподнял бровь и наклонился вперед, положив согнутую руку на бедро.
– Когда дело касается тебя, каждый представляет чертову угрозу, пока не доказано обратное.