Экспансия - 2
Шрифт:
Кельнер Енс Дригиссен показал под присягой, что в каюту, которую занимала фрау Д.-И. Фрайтаг, он принес бутылку пива и стакан по ее просьбе и сделал это как раз в то время, когда паром отваливал от германского пирса.
Каким же образом на стакане могли оказаться отпечатки пальцев Штирлица, если он более не заходил в каюту фрау Дагмар-Ингрид Фрайтаг, ибо не мог этого сделать, так как находился на берегу, в пяти метрах от парома, который отчаливал от пирса?
Лишь после того, как была проведена эта работа, я решился на встречу с бывшими немецкими функционерами - г-ми Кубе и Шонсом.
Беседа с г-ном Кубе прошла результативно. Перед встречей с г-ном фон Шонсом я получил официальное
Ниже привожу расшифрованную запись беседы, купировав ряд фраз, не имеющих отношения к делу, а также заключительную часть нашего разговора.
Я, Пол Роумэн.– Г-н фон Шонс, я благодарю вас за то, что вы нашли время для встречи.
О н, Иоахим фон Шонс.– Не стоит благодарности.
Я.– Мне бы хотелось задать вам ряд вопросов.
О н.– В качестве кого?
Я.– В качестве сотрудника государственного департамента.
О н.– В таком случае обратитесь в местный МИД. Я предпочитаю, чтобы наше собеседование проходило в присутствии официального представителя той страны, где я ныне имею честь проживать.
Я.– На какой срок вам выдан вид на жительство?
О н.– Повторяю, я готов беседовать с вами в присутствии представителя здешнего министерства иностранных дел.
Я.– Что ж, согласен. Только сначала вспомните: вы поставили в известность здешний МИД, что сотрудничали с СД и гестапо, то есть с теми организациями, которые - по решению Нюрнбергского трибунала - признаны преступными?
О н.– Это голословное утверждение.
Я.– Прошу вас ознакомиться с материалами, свидетельствующими об этом с неопровержимой очевидностью.
О н (ознакомившись с документами).– Я готов к разговору.
Я.– Ваше решение кажется мне разумным.
О н.– Я готов ответить на ваши вопросы при условии, что вы не сообщите о нашей беседе здешним властям.
Я.– Хорошо. Ознакомьтесь с этой фотографией... Вы ее знаете, вам показывали ее мои коллеги несколько месяцев назад... Что вы можете рассказать об эпизоде, связанном с гибелью фрау Дагмар-Ингрид Фрайтаг?
О н.– Я не имел к этому трагическому случаю никакого отношения.
Я.– Имей вы прямое отношение к факту отравления госпожи Дагмар-Ингрид Фрайтаг, вы бы давали показания местному суду, ибо факт убийства был зафиксирован не в рейхе, а в Швеции, когда паром причалил к здешнему берегу. Меня интересует все, относящееся к этому делу, с иной точки зрения... Когда и от кого вам стало известно о трагедии?
О н.– Если мне не изменяет память, я получил указание встретить эту женщину... На пристани я и узнал о трагедии.
Я.– Как часто вы получали указания встречать подданных рейха? Особенно вне Стокгольма, в семистах километрах от столицы?
О н.– Это был первый случай.
Я.– Чем вы объясните такого рода заботливость по отношению к фрау Дагмар-Ингрид Фрайтаг?
О н.– Теряюсь в догадках.
Я.– От кого вы получили телеграмму с указанием встретить женщину?
О н.– Из Берлина...
Я.– Понятно, что не с Мадагаскара... Вы же прекрасно понимаете, о чем я вас спрашиваю: это было указание МИД или СД?
О н.– Не помню...
Я.– Господин фон Шонс, я обещал вам не передавать эти документы здешним властям. Но я не давал вам слова, что документы, связанные с вашим сотрудничеством с СД, не будут переданы мной в здешнюю прессу... Вы живете в демократической
стране, здесь не нужна санкция на публикацию сенсационного материала о пособнике нацистских преступников... Итак, вы получили указание МИД рейха или СД?О н.– СД.
Я.– Вспомните - что было написано в телеграмме?
О н.– "Вам надлежит прибыть к приходу парома из рейха для того, чтобы встретить Дагмар Фрайтаг"...
Я.– Это все?
О н.– Если не изменяет память, все.
Я.– Вы сообщили кому-либо об этой телеграмме?
О н.– Не помню.
Я.– Господин фон Шонс, как вы относитесь к лжецам?
О н.– Я не понимаю вопроса...
Я.– Я повторю: как вы относитесь к лжецам?
О н.– Как и всякий нормальный человек...
Я.– То есть?
О н.– Вас что-то не устраивает в моих ответах?
Я.– Хорошо, я помогу вам: считаете ли вы заведомого лжеца мерзавцем? Или же - по-вашему - это вполне нормальное явление - лгать всем и каждому? Отвечайте развернуто, иначе я прерву наш разговор, и вам придется пенять на себя за последствия.
О н.– Ложь бывает вынужденная, и вы как работник государственного департамента прекрасно знаете, что иной раз обстоятельства вынуждают говорить заведомую неправду, чтобы не принести ущерба своей стране.
Я.– С такого рода замечанием согласен. Однако мой вопрос носит более общий характер, и я намерен получить на него однозначный ответ... Итак?
О н.– Людей, не выполняющих указание руководства, но лгущих без всякой к тому надобности, я считаю недостойными личностями.
Я.– Благодарю вас. Этот ответ меня устраивает. Вы сейчас находитесь на государственной службе?
О н.– Нет.
Я.– На какие средства живете?
О н.– На то, что было мной накоплено во время дипломатической работы.
Я.– Вы настаиваете на том, что ни на какой службе - ни официальной, ни тайной - не состоите?
О н.– Да, настаиваю.
Я.– В таком случае, я имею все основания считать вас - по вашим же словам - недостойной личностью. Вы лжете без указания на то руководства... Я хочу ознакомить вас с письменным показанием, данным при свидетелях и под присягой работником консульского отдела вашего посольства Вернером Кубе. Зачитываю: "В конце марта сорок пятого года, вечером, что-то около шести часов, меня пригласил к себе советник посольства г-н Иоахим фон Шонс и сообщил, что я должен срочно собраться для того, чтобы вместе с ним выехать к парому, поскольку на борту произошел трагический случай, жертвой которого стала гражданка рейха Фрайтаг. Он поручил мне связаться с полицейскими властями и уведомить их, что крипо РСХА' подозревает в преступлении некоего Штирлица, он же Бользен, и просит - в случае его появления на территории Швеции - немедленно задержать на предмет выдачи властям Великой Римской империи германской нации. Г-н фон Шонс сообщил, что первой же почтой сюда, в Стокгольм, будут пересланы отпечатки пальцев Штирлица (Бользена), который, как полагают в Берлине, является глубоко законспирированным русским агентом, уничтожившим Фрайтаг, поскольку она истинный патриот рейха - командировалась в Швецию для содействия в успешном завершении мирных переговоров, которые в то время вели г-н Гиммлер и граф Бернадотт. На мой вопрос, зачем нужны отпечатки пальцев Штирлица (Бользена), если мы не знаем, каким образом убита фрау Дагмар-Ингрид Фрайтаг, г-н фон Шонс ответил, что отпечатки пальцев упомянутого выше преступника обнаружены на борту парома, в каюте несчастной, на стакане, в котором он дал ей смертельный яд, производящийся в секретных лабораториях ГПУ". Можете ознакомиться с показанием...