Дракула. Начало
Шрифт:
Абрахам встал из-за стола и направился к выходу из зала. Влад, заметив это, поднялся со стула-трона, и обратился к уходящему гостю:
— Мистер Стокер. Веселье только начинается, а вы покидаете нас? — глаза графа блеснули кроваво-красным оттенком, но голос его был мягким, а выражение бледного лица весьма доброжелательным.
— Спасибо Граф за ваше гостеприимство и заботу, но я пожалуй пойду к себе. День был насыщенным, увлекательно-интересным. Я устал и желаю отдохнуть. Так что прошу простить меня.
— Что ж, в таком случае не смею вас задерживать. — было заметно то, что Влад был крайне не доволен тем, что Стокер удаляется с банкета.
Абрахам вошел в свою спальню и закрыл дверь на ключ. В камине горели паленья. Видимо кто-то в течении
Стокер зажег масленую лампу и сел за письменный стол. Достал из кармана свернутый лист бумаги и развернул его…
Записка для Абрахама Стокера от Миреллы.
Дорогой Абрахам. Прочтите это послание до конца, а затем сожгите его в камине. Умаляю вас, сделайте все, как я прошу, это весьма важно. Начну с того, что вы, как и все остальные писатели, прибывшие в замок, находитесь в большой опасности. Прошу вас, верьте мне. Ведите себя естественно. Не предпринимайте попыток покинутькрепость. Делайте вид, что вы не о чем не догадываетесь. Это продлит вам жизнь или же сохранит ее. Абрахам, вы мне очень дороги, берегите себя. Когда вы увидите меня в следующий раз, не задавайте мне вопросов. Я тут же переведу тему и сделаю вид, что не поняла вас. Вся опасность для вас исходит от графа. Он чудовище, монстр, не человек. Он способен слышать все, что происходит в замке, в каждом его уголке. Я буду общаться с вами посредством писем. Вы же в свою очередь не пишите мне посланий используя чернила, которые предложит вам граф. Иначе он узнает то, о чем вы будете писать и тем самым, вы выдадите меня. Если граф узнает то, что я осмелилась пойти против него, то…
Мне не известно, что задумал Влад, но наверняка что-то ужасное, выгодное лишь ему одному. Умоляю вас не пытайтесь одолеть хозяина замка. Он обладает нечеловеческой силой. Абрахам, пусть Бог вас хранит.
Любящая вас Мирелла.
Абрахам бросил в камин послание Миреллы и наблюдал, как сгорает бумага. Стокер не знал, можно ли доверять этой рыжеволосой бестии.
«Бред, чертовщина какая-то» — думал Абрахам. Ему вовсе не хотелось верить в сказочный вымысел и бурную фантазию влюбленной Миреллы. Возможно, таким образом, она решила привлечь к себе его внимание. Стокер решил вернуться в зал-гостинную и поговорить с морочившей ему голову женщиной.
Несколько минут спустя, Абрахам шел по коридору, приближаясь к залу, где играла музыка и слышались оживленные голоса гостей. Перед тем как войти в зал, Стокер услышал то, что музыканты перестали играть и увидел, как все пятеро уходят. Все гости умолкли. Возле камина, неподалеку от стола стоял Влад и что-то говорил. Хозяин замка делал объявление, при этом жестикулировал руками. Абрахам подошел к столу и хотел присесть на свое место, но тут произошло непредвиденное. Один из писателей, проворно, в один прыжок, вскочил на стол, и выхватив из-за пояса кинжал, (лезвие клинка было слегка изогнуто, и в длину составляло около тридцати сантиметров) оттолкнулся от края стола и бросился на графа. Все произошло настолько быстро, что никто из гостей не успел понять того, что случилось. Нападавшим оказался японский писатель Хаяси Ямада. Он налетел на Графа и вонзил свой «сито» по самую гарду в грудь Влада. В свою очередь, хозяин замка, налету схватил нападавшего за горло и сжал руку на шее японца до характерного хруста. Затем, свободной рукой граф вынул кинжал из своей груди и швырнул его на каменный пол. Ямада так и висел, не касаясь ногами пола. Влад вырвал гортань у уже мертвого японца и тот рухнул к его ногам. Облизав кровь с куска вырванной плоти, хозяин замка швырнул его в камин. Еще теплая плоть зашипела на горящих поленьях.
От увиденного действа, гости вскочили со стульев и попятились назад. Абрахам ощутил, как кровь стынет в его венах. По всему телу растекся холод ужаса. Гости были в панике. Только одни племянницы
графа вели себя спокойно и естественно, словно для них было обыденным делом наблюдать подобные зрелища.Стокер встретился взглядом с Миреллой и понял то, что она не врала ему в послании…
Глава 10
Граф окинул взглядом присутствующих гостей, и подозвал к себе своих племянниц. Мирелла с сестрами подошли к Владу, сняли с него кафтан и помогли присесть на его стул-трон. Граф что-то сказал рыжеволосой племяннице, и Мирелла тут же, поспешно покинула зал. Хозяин замка встал со стула, и прижимая правую руку к ране на груди, произнес:
— Дорогие гости. Прошу вас вернуться за стол. Простите за этот инцидент. Я оборонялся, и мне пришлось умертвить напавшего на меня. Видит бог, я этого не хотел. Так пусть же, это будет нашей маленькой тайной. Никто не смеет угрожать мне в моем доме! — граф улыбнулся обнажив зубы. В передней части его верхней челюсти были видны четыре острых клыка. На нижней, из-за испачканной кровью губы, слегка выступали несколько, похожих на наконечники копий, костяных отростков. Радужные оболочки глаз Влада приняли темно-красный оттенок, а в центре зрачков светились искроподобные огоньки ярко-белого цвета.
Стокер глядел на графа и не верил своим глазам. Его не удивлял странный вид зубов и глаз пожилого мужчины, более невероятным было то, что Влад выжил после смертельного удара в грудь. Клинок прошел насквозь. Но на удивление, крови было не много, и цвет ее был не красный, а темно-бардовый, почти черный.
Минут десять спустя, в зал-гостинную вернулась Мирелла. Она была не одна. С ней пришел здоровенный детина, одетый в кожаные штаны и кожаный фартук. Это был молодой с виду парень лет двадцати пяти. Его рост превышал два метра, а телосложение было атлетическим. Здоровяк весил не менее двухсот килограммов, и по видимому обладал не дюжиной силой. Парень в фартуке поглядел на гостей за столом, затем схватил за ногу лежащего на полу мертвого японца, и потащил его прочь из зала.
Мирелла подошла к Владу. В левой руке она держала бокал, наполненный красной жидкостью, на правой висел черный кафтан и красный жилет.
Абрахам наблюдал за тем, как граф переодевался. Сбросив с себя испачканный кровью жилет, Влад обнажил свой торс. Для мужчины его возраста (он выглядел на пятьдесят с лишним) он обладал весьма мускулистой фигурой. Облачившись в чистый жилет и кафтан, граф взял в правую руку бокал принесенный Миреллой, и повернувшись спиной к гостям, осушил его. То, что произошло потом, удивило не только Стокера, но и всех остальных писателей. Влад подошел к камину, поправил рукой волосы, повернулся лицом к гостям и заговорил:
— Вот теперь дорогие гости, наше мероприятие по-настоящему начинается. Все вы талантливые писатели. И мне нужна ваша помощь. В стенах этой крепости я объявляю конкурс на лучшую работу кудесника пера и мысли, — с каждым словом облик Влада менялся. Морщины на лице графа разгладились, глаза засияли молодым блеском, а седые волосы приобрели черный цвет с синим отливом. Так же изменился голос хозяина замка. Он стал более громким и низким. Влад преобразился, «скинул» лет двадцать пять.
Абрахам был поражен происходящим действом. Он хотел задать вопрос графу, но не решался, решил выслушать до конца обращение хозяина замка.
Влад глядел на писателей, и как казалось Стокеру, испытывал некое эстетическое удовольствие. Помолодевший граф, собравшись с мыслями, продолжил:
— Вы будете моими гостями до тех пор, пока я не позволю вам покинуть мой дом. Вас осталось восемь. Если вы хотите остаться в живых, то обязаны соблюдать не хитрые правила. Главное из которых — не пытаться сбежать из замка. Места здесь дикие. В близлежащих окрестностях обитают волки. Голодные, жаждущие свежей плоти звери. Я подкармливаю их. Питаю слабость к их роду. Определенно, волки лучше людей… Еще одно не менее важное правило заключается в вашем полном повиновении моей воле. Это все для вашего же блага.