Дорогами Итравы
Шрифт:
– Не стоит, ты прав. Хотя мне кажется, сама шкатулка тебя практически не волнует, а вот связь со всем этим рода эн Варлен...
– Верно. Меня по-настоящему пугает мысль: Лиена не годится в правительницы, а значит, управлять страной будут Верховный жрец и король Торлана - через кого-то из своих родственников. И если королева допустит слишком много ошибок...
– То аристократы вполне могут решить, что на троне должен сидеть независимый от внешнего влияния вертанец, а не торланская кукла, - понимающе кивнула девушка, - и если я правильно представляю себе расклад сил в стране, именно герцог эн Варлен является наиболее вероятным
– Именно так. Снова Школа?
– Да, - девушка закусила губу, а затем пожала плечами, - я и мои подруги были личными ученицами директора, леди Нираны. Три года она учила нас разбираться в политике, причем уроки ее были очень... откровенными. И, пожалуй, едва ли не самыми интересными!
– Тогда неудивительно, что ты чувствуешь себя во всех этих хитросплетениях как рыба в воде!
– покачал головой Рен, - вот из тебя бы получилась превосходная королева! Эли, скажи, король Ретлар мог бы поддержать притязания эн Варлена на престол?
Девушка нахмурилась и задумалась, лицо ее стало холодно-отрешённым. Наконец она встрепенулась и покачала головой:
– Нет, не думаю. Уверена, Его Величество осведомлен о связях герцога с нашими ушастыми "друзьями", и никогда не поддержит союзника Эльтаррана. К тому же его непонятные связи со жрецами... У меня есть кое-какие предположения относительно того, кто может быть ставленником Артиара, но я предпочту их хорошенько обдумать прежде, чем выскажу. Хотя... Для Артиара идеальным было бы выздоровление короля Нарвена, и чем раньше, тем лучше. В общем, будет о чем поразмыслить по дороге!
– Поделишься?
– осторожно спросил Рен.
– Своими умозаключениями? Почему бы и нет, ты ведь не будешь на основании их делать далеко идущих выводов?
– Обещаю! Ты хотела еще что-то спросить?
– Да. Скажи, мне показалось, или с тем артефактом у тебя связано что-то глубоко личное?
– Тебе не показалось, но я пока просто не могу об этом говорить, - он словно весь потух, - это для меня слишком болезненно...
Рен отвернулся, не в силах видеть тревогу в глазах Эли. Встав, он прошелся по комнате, опустился на кровать и устремил взгляд в стену, не видя ее: перед его мысленным взором возникло мертвое тело матери и отец, похожий на смертельно раненого зверя...
Эли не сводила глаз с мужа. Больше всего ей хотелось спросить, о чем тот думает, но она вспомнила слова исы Ларты: "по моему опыту, мужчины терпеть не могут двух вопросов: ты меня любишь? о чем ты думаешь?" Поэтому она просто села рядом с Реном, не прикасаясь к нему, но так, чтобы тот чувствовал её тепло и молчаливую поддержку. Одновременно мысленно посетовала на тех, кто составлял досье Рена: там были весьма подробные сведения по многим важным вопросам, но практически ничего о его прошлом, а ведь это могло бы дать ей ключ к пониманию...
– Прости, - тихий голос мужа прервал ее мысли, - и еще раз прими мою благодарность за терпение и понимание. Только не думай, что я не доверяю тебе - и в мыслях не было, я все тебе расскажу, просто хочу сначала сам осознать кое-что из прошлого.
– Ты не обязан мне ничего рассказывать, - с неохотой, но всё же возразила Эли.
– Может, и не обязан - хотя насчет этого можно и поспорить, но я хочу это сделать, более того, мне это необходимо. Мне нужен взгляд со стороны, к тому же ты как никто другой заслуживаешь этого знания, - Рен оживал на
глазах, - и, кстати, уже сейчас ты знаешь обо мне больше, чем кто-либо иной.– Как и ты обо мне, - с некоторым удивлением от осознания этого факта произнесла Эли, - ты не боишься?
– Разве что за тебя, некоторые знания очень опасны. Знаешь, если бы я верил в судьбу, то сказал бы, что наша встреча и брак - ее воля, а с судьбой...
Стук в дверь оборвал его на полуслове. Быстро убрав защиту, он спросил, подхватывая заранее сложенные переметные сумы:
– Готова к отъезду?
– Да, - кивнула девушка, досадуя - ну почему стучавший не мог задержаться хоть на минуту? Похоже, Рен хотел сказать ей нечто важное, и кто знает, вернется ли он к этому разговору?
Во дворе Рена подозвал к себе Нерр. Разговор был коротким: они обменялись буквально парой фраз, после чего командир наемников вручил Рену кошелек, тот открыл его, полюбовался на монеты и кивнул. Выглядел он не особо довольным, но и не рассерженным.
– Расплатился?
– спросила Эли, стоило Рену вернуться к ней, - и сколько? Надеюсь, ты не продешевил, - добавила она, бросив взгляд на слонявшегося неподалеку Лиса.
– Больше с иса Ястара не стрясти. Три золотых за лошадь и два - премия за бой, за добычу и за твою помощь, кстати. Не особо щедро, но довольно неплохо, я боялся, что и того меньше будет, - изображая легкое недовольство, ответил тот, одновременно проверяя подпругу, - все, давай я тебя подсажу.
– А сумки?
– нахмурилась девушка.
– Внутрь закинул, - кивнул Рен на стоявший рядом фургон, усаживая жену на лошадь, - твоей Искре и без того нелегко будет, двоих целый день везти. Надеюсь, мы доберемся до Артвара без помех!
Глава 26.
Энтар. Королевский дворец, несколько часов спустя.
– Вы можете идти, милорды, - милостиво кивнул король Ретлар, - Адриен, останьтесь.
Поднявшийся было со своего места молодой - лет тридцати - мужчина вновь опустился в кресло. Подождав, когда последний из лордов закроет за собой дверь, король откинулся в кресле и внимательно посмотрел на названного Адриеном.
– Ты сегодня был необычайно молчалив, сын. С чем-то несогласен?
– Нет, ты же знаешь, я не стал бы молчать, - усмехнулся Его Высочество наследный принц Адриен, - просто решил послушать наших лордов и сравнить их поведение с тем, что я ожидал. Исключительно в качестве проверки своей проницательности!
– И каков результат?
– король с интересом взглянул на сына.
– Как я и ожидал. Лорд Мортон блестящий финансист, безусловно предан тебе и стране, но не улавливает некоторых моментов. Неудивительно, учитывая его происхождение...
Лорд Мортон эн Итран, министр финансов Артиара, происходил из бедного и захудалого дворянского рода. Исключительный ум, собачья преданность королю и талант позволили ему пробиться на самый верх, однако в политике лорд Мортон оставался профаном. Впрочем, он и не стремился интриговать, считая это занятием для бездельников. Министр крайне не любил пустых трат и был потрясен тем, что придется отдать из казны двадцать пять тысяч золотых за "каких-то девиц", как он выразился.