Чтение онлайн

— Мы пройдем через твой город? — спросил МакФриз.

— Пройдем примерно в 7-ми милях. Думаю, моя девушка и мама придут посмотреть. — Он помолчал и добавил: — Если я дойду, конечно.

— Да ну, мы дойдем до юга и даже четверти состава не лишимся, — сказал Олсон.

Некоторое время все молчали. Гэррети знал, что это не так, но полагал, что и Олсон это знает.

Еще двое получили предупреждения, и сердце Гэррети екало всякий раз, несмотря на сказанное Олсоном. Он оглянулся на Стеббинса. Тот все так же держался позади и ел сейчас еще один бутерброд с вареньем. Третий торчал из кармана его потрепанного зеленого свитера. Гэррети подумал, а не мать ли ему эти бутерброды сделала, и вспомнил о печенье, которое дала ему его мама,

заставила взять, как будто отгоняла злых духов.

— Почему они не разрешают зрителям приходить на старт? — спросил Гэррети.

— Это вредит концентрации, — ответил ему чей-то тонкий голос.

Гэррети повернул голову. Это был маленький темный парень с сосредоточенным лицом, к рукаву его куртки был прикреплен номер 5. Гэррети не помнил как его зовут.

— Концентрации?

— Ага, — парень поравнялся с Гэррети. — Мейджор говорит, что присутствие духа — очень важная вещь для хорошего начала Долгой Прогулки, — он дотронулся большим пальцем до кончика своего довольно острого носа, где ярко алел здоровенный прыщ. — И я согласен с ним. Возбуждение, толпы, телевидение — это все потом. Сейчас нам надо сосредоточиться, — он уставился на Гэррети выразительными карими глазами и повторил: — Сосредоточиться.

— А я сосредоточен на том, чтобы цеплять девок и укладывать, цеплять — и укладывать, — сказал Олсон.

Пятый обиделся.

— Ты должен смирить себя. Ты должен сосредоточиться на своих ощущениях. И у тебя должен быть План. Кстати, я Гари Баркович. Мой дом — Вашингтон, Округ Колумбия.

— А я — Джон Картер, — сказал Олсон, — Мой дом — Барсум, планета Марс [3] .

Баркович презрительно скривил рот и, сбросив скорость, отстал.

— Как говорится, — в семье не без урода, — прокомментировал Олсон.

Но Гэррети казалось, что Баркович мыслит вполне ясно — до тех пор, пока один из охранников не выкрикнул минут пять спустя:

— Предупреждение! Предупреждение 5-му!

— У меня камень в ботинке! — зло крикнул Баркович.

Солдат не ответил. Он спрыгнул с фургона и пошел по обочине, не выпуская Барковича из виду. В руке он держал стальной хронометр, точно такой же как у Мейджора. Баркович остановился и, сняв ботинок, вытряхнул из него малюсенький камешек. Его потемневшее, какое-то желтовато-землистое лицо блестело от пота; он полностью игнорировал солдата, даже когда тот выкрикнул:

— Пятый, второе предупреждение!

Баркович старательно разгладил носок на ступне.

— Оп-ля, — сказал Олсон. Все они повернулись и шли теперь спинами вперед.

Стеббинс, по-прежнему замыкающий, прошел мимо Барковича даже не взглянув на него. Баркович остался совсем один на дороге, он стоял чуть правее разделительной линии, переобувая ботинок.

— Третье предупреждение, пятый. Последнее.

В желудке Гэррети образовалось что-то похожее на вонючий комок слизи. Он не хотел смотреть, но не мог заставить себя отвести взгляд. Идя спиной вперед, он не сберегал энергию, а очень даже наоборот, но и с этим поделать ничего не мог. Он почти чувствовал как последние мгновения жизни Барковича утекают в никуда.

—

Мать моя, — сказал Олсон. — Вот придурок, он же сейчас получит билет.

Но тут Баркович встал. Он помедлил еще секунду, чтобы стряхнуть дорожную пыль с коленей, затем вдруг сорвался на бег, а поравнявшись с группой, вернулся к обычному шагу. Он прошел мимо Стеббинса, который опять же не удостоил его взглядом, и добрался до Олсона.

Баркович широко улыбался, его глаза блестели.

— Видали? Я только что устроил себе отдых. Все согласно Плану.

— Это тебе так кажется, — сказал Олсон голосом чуть выше своего нормального. — А я вижу, что теперь у тебя три предупреждения. За какие-то жалкие полторы минуты ты теперь будешь идти три, мать их, часа. И вообще, на кой черт тебе отдых понадобился? Мы же только начали, придурок!

Баркович снова обиделся. Он смерил Олсона презрительным взглядом.

— Посмотрим, кто из нас первым заработает билет, — сказал он. — Все согласно Плану.

— Твой План подозрительно напоминает то, что обычно вылазит у меня из жопы, — сказал Олсон. Бейкер хихикнул.

Фыркнув, Баркович прошел мимо. Олсон не смог удержаться от прощальной подколки:

— Смотри не споткнись, приятель. Они ведь больше предупреждать не будут. Они просто...

Баркович даже не оглянулся, и Олсон замолчал, с отвращением глядя ему вслед.

В 9:13 по часам Гэррети (он таки перевел их на одну минуту назад) джип Мейджора въехал на вершину холма, с которого все они как раз начали спускаться, и проехал по противоположной от вездехода с солдатами стороне дороги; Мейджор поднес ко рту мегафон.

— Рад сообщить вам, парни, что вы только что одолели свою первую милю. Также хочу вам напомнить, что самое длинное расстояние, которое Прогулка преодолела в полном составе, это 7 миль и три четверти. Надеюсь, у вас получится лучше.

Джип рванул вперед и скрылся с глаз. Олсон обдумывал новость удивленно и даже несколько испуганно. Меньше восьми миль, подумал Гэррети. Ему бы и в голову не пришло, что может быть так мало. Он был уверен, что никто, даже Стеббинс, не получит билет раньше часов четырех. Он подумал о Барковиче. Все что ему надо сделать — это в течении ближайшего часа всего разок сбросить скорость ниже минимума.

— Рей? — сказал Арт Бейкер. Он снял куртку и теперь нес ее, перекинув через руку. — Была какая-нибудь особая причина, которая заставила тебя участвовать в Долгой Прогулке?

Гэррети отвинтил колпачок фляги и глотнул воды. Вода была прохладна и хороша. На верхней губе осталось несколько капель, и Гэррети с удовольствием слизал их. Приятно чувствовать такие вещи.

— Честно говоря, даже не знаю, — ответил он.

— Вот и я тоже, — Бейкер задумался на минуту. — Ты занимался бегом или еще чем? В школе, например.

— Нет. А ты? — спросил Гэррети.

— И я нет. Но видимо это уже не важно, правда? Больше не важно.

— Да, это уже не важно.

Разговор сошел на нет. Они прошли через небольшую деревню с магазином и автозаправкой. Двое стариков сидели на раскладных стульях рядом с станцией и смотрели на них змеиными стариковскими глазами. На пороге магазина молодая женщина подняла на руки своего маленького сына, чтобы он мог их разглядеть. Еще парочка ребят постарше, лет двенадцати, насколько мог судить Гэррети, глазели на них завистливо, стоя в отдалении.

Пошли разговоры о том, какое расстояние они уже прошли. Поговаривали, что скоро прибудет второй вездеход сопровождения, чтобы следить за полудюжиной ребят в авангарде, которые к настоящему моменту совсем скрылись с глаз. Одни говорили, что они делают 7 миль в час, другие — что все 10. Кто-то авторитетно заявил, что один из парней впереди сник и уже получил два предупреждения. Что же мы его еще не догнали, если это так, подумал Гэррети.

Олсон доел шоколадку, которую начал еще до старта, и отпил немного воды. Другие ребята тоже ели, кто что, но Гэррети решил не следовать их примеру пока по-настоящему не проголодается. Он слышал, концентраты очень хороши. Их выдают астронавтам, когда отправляют в космос.