Дар.Золото
Шрифт:
День одиннадцатый.
1
– Слушаю тебя, Кадаш.
– Привет Касандр! Не спишь еще? Извини, что так поздно.
– Брось, у меня работа круглосуточная. Как сам?
– Нормально. Заработал аллергический насморк на книжную пыль, - хохотнул Балор.
Лоран тоже улыбнулся, несмотря на то, что собеседник видеть его не мог:
– У меня этот насморк не проходит. Уже лет сорок. А ты найми уборщика для библиотеки, пусть убирает. Заодно и хранилище в порядок приведет, - посоветовал Лоран.
Не без умысла. Он отлично знал, что в хранилище доступ был только для магистров уровня
– Разве только ты пришлешь мне кого-то из своих одаренных спецов, - улыбнулся Балор.
– Ладно, Кадаш, будем считать, что размялись, давай выкладывай, что накопал. Наверняка ты уже под бочек к супруге хочешь.
– Хочу, - не стал отпираться ректор, - Что ж. Э... Пересмотрел я около двадцати фолиантов. Честно сказать, выбирал по названию. Что-то на тему «магические способности» или «разделение магии», ну и прочее. Половина для меня оказалась неинтересна, я уже давно знал то, о чем там упомянуто. Еще две содержали сведения о некоторых симбиотических способностях, например, о смешении магии огня и воздуха, воздуха и лекарского дара, артефакторную способность воздействия на предметы и огненную магию, магию воздуха и бытовую. Кстати последнее наиболее интересно в плане использования носителя в качестве обслуживающего персонала. Но, конечно, для таких носителей крайне необходим ментальный контроль. И, естественно, носителем не может быть дворянин, разве только обедневший. Что в свою очередь подразумевает изменение некоторых положений в Тайных Канонах Управления. Ну, ты понимаешь.
Касандр Лоран вздохнул. Ректор сел на своего любимого конька и не упустит возможности порассуждать или прочитать лекцию. Он приготовился к длинному повествованию и пододвинул к себе стоявший на столе поднос с клубникой.
– Еще одна книга посвящена методике насильственного соединения нескольких видов магических способностей. Кое-что интересное в ней есть, но в основном эти методики для дворян неприемлемы. Они с возможным летальным исходом. И мы тут опять приходим к необходимости изменения Канонов. Для простолюдинов.
На этот раз Лоран поморщился. Но промолчал. Решил послушать дальше. Неужели Кадаш Балор, непримиримый и ревностный хранитель традиции исключительности в плане принадлежности магического дара только аристократии, поменял свое мнение?
– Шесть оказались подделкой, и их пришлось выкинуть. Сведения настолько сумбурны, что если и попытаться их использовать, кроме головной боли ничего не получишь. А вот последняя оказалась интересна.
Балор многозначительно замолчал.
Лоран не стал испытывать свое собственное терпение:
– Кадаш, неужели это настолько интересно, что ты решил подержать театральную паузу?
Как ни странно, Балор не обиделся:
– Представь себе, Касандр, представь себе. То, чем владеет Тишан Райен, не что иное, как магические способности гномов.
– Что?!
– Лоран он неожиданности дернулся и опрокинул блюдо с клубникой. А Балор, услышав посторонний звук, определил и реакцию собеседника на его слова, и то, что Касандру Лорану не удалось воспользоваться десертом. Как-никак, маг все-таки. И позлорадствовал результату.
– Удивил?
– ехидно спросил он.
– Не то слово, Кадаш. Но три фунта аларской клубники я тебе еще припомню, друг ты мой древний.
Ректор рассмеялся.
– Договорились.
– Почему ты решил, что это гномья магия? И с чего бы она появилась у человека? Её секреты исчезли давным-давно. Может
это очередная мутация?– Нет, Касандр. Я же наблюдал за мальчишкой. Любая магическая мутация регрессирует, затухает. А у Тишана явный прогресс. Мало того, кажется он симбиот. Я, правда, не уверен, но оч...
– Еще раз. Что ты сказал?!
– перебил его Лоран.
– То, что слышал, - ректор наслаждался ситуацией. Удивить Главу Тайной Стражи мог далеко не каждый, - Сим-би-от. Возможно, воздушник. Надо разобраться. Но, ты же понимаешь, без... э... объекта это невозможно.
Касандр молчал. Молчал и ректор. Наконец Глава Тайной стражи спросил:
– Ты хочешь, чтобы я вернул мальчишку? Ты хочешь провести серию экспериментов?
Было слышно, как Балор замялся:
– Я бы не хотел проводить... эксперименты в Академии.
Лоран усмехнулся. Ну, еще бы! Тридцатилетняя репутация отца-добродетеля для адептов, Кадаша Балора, может пошатнуться, если кто-то узнает, чем он занимается... на досуге...
– И что, ты бросишь Академию на произвол судьбы и приедешь в ненавистную тебе Лирию? И будешь торчать в Королевской тюрьме? Ты, который терпеть не может столицу, и старается не отрывать свою задницу от ректорского кресла?
– поддел он собеседника.
– Брошу, буду и оторву, - коротко ответил Балор.
«Как всегда!» - подумал Лоран.
– Я тебя понял, Кадаш. Но твой «объект» выполняет сейчас одно поручение. Очень срочное поручение. Серые потребовали возврата долга. И время пришло, и они отказались продлевать кредит. А в казне... сам знаешь. Кроме того, у них откуда-то появились два чекана Илирийского дома Лиссара, и они, смешно сказать, потребовали от Калина подтверждения его полномочий.
Балор замер на другом конце Вессалии, а Лоран продолжал:
– Как гномье серебро к ним попало непонятно. А наш информатор, который работал у эльфов, погиб. Очень странно погиб.
– И?
– не выдержал Балор.
– Ты же знаешь, у нас восемь чеканов.
– Эльфы успокоились?
– Конечно. Для них эти древние предрассудки - закон.
– Предрассудки? Если я правильно понимаю, они попытались оспорить право на земли Вессалии!
– Брось, Кадаш. Даже сотня чеканов не может давать на что-то право. Ну, нашли они клад где-то. И что? Право на землю дает только меч. Нет меча - нет и права. Землю отнимут те, у кого этот меч есть. Блага мира принадлежат тем, кто в силах их отобрать или отстоять. А на счет Тишана Райена... Я подумаю над твоим предложением.
– Тогда, спокойной ночи, Касандр,- вздохнул Балор.
– И тебе того же.
Когда потухла пирамидка связи, Глава Тайной стражи побарабанил пальцами по столу. Встал, надел свой любимый камзол, сапоги и, раздавив несколько ягод, валявшихся на полу, вышел из кабинета.
2
Я, Машка и Пончик вышли еще затемно. В заплечной сумке я нес одеяло, где-то пять фунтов круп и еще столько же сухарей, баклажку с водой и кое-какие лекарские принадлежности. Ну и текстильное барахло на всякий случай. Машка вышагивал впереди, неся свои шмотки, какие взял для себя любимого, немного съестного и молоток с веревкой. Он же тащил и небольшую деревянную миску, буркнув «на шиша она нам сдалась». Пончик не нес ничего, а сидел на сумке у меня за спиной. Как там ему сиделось не знаю, но на мое желание оставить его вместо сторожа в крепости он заверещал так, что уши заложило. Пришлось честно предупредить его, что он будет идти пешком, если выразит хоть малейшее недовольство.