Что хуже смерти?
Шрифт:
Ужом соскользнул со стены и быстро пересёк двор, остановившись в нише, которую заприметил ранее. Переведя дух, оглянулся назад. Без сомнения только что преодолел сложную систему сигнализации. Он заметил несколько датчиков, расположенных в шахматном порядке. Но, тем не менее, ничего не произошло. Это означало одно из двух; или сигнализация ещё не подключена, или, аппаратура Сэма действует безукоризненно. Сергей вновь повернулся к двери, которая находилась в нише, и занялся замком.
Это был обыкновенный амбарный замок, который явно давно не открывали, в нескольких местах основательно проржавевший.
Через минуту замок поддался. Сергей осторожно потянул за скобу, дверь предательски заскрипела, видно ею давно не пользовались. Когда образовалась достаточная щель, он протиснулся внутрь и оказался в начале, или,
«Так, отлично, кажется, не ошибся. Теперь направо». — Здесь освещение было более ярким, но и более контрастным. Через каждые пять метров Сергей попадал в полосу яркого света, потом почти сплошного мрака, во всяком случае, так казалось, и никак не мог решить кому выгодней такое освещение: ему или охранникам. Постоянно слышал тяжёлую поступь. Шум шагов то отдалялся, то приближался, но того, кто создавал его, пока не видел.
Через несколько шагов заметил первую видеокамеру, нацеленную серым выпуклым глазом прямо на него. Благо находился он в тёмной части коридора и вряд ли его заметили. Но рисковать всё же не стоило; надо отыскать мониторную. Она должна находиться где-то здесь. Не успел так подумать, как в нескольких метрах от него открылась дверь, и человек в сером халате быстрым шагом направился в противоположную сторону. Реакция разведчика была мгновенной. Выхватил авторучку и направил её в сторону уходившего. Нельзя позволить этому человеку уйти. Так как Сергей впервые пользовался подобным оружием, результат оказался несколько неожиданным для него. Человек на мгновение замер, как будто наткнулся на невидимую преграду, затем, не издав ни звука, не подгибая даже колен, рухнул на пол. Единственным недостатком в этой «экзекуции» было то, что при падении «жертва» произвела слишком много шума, который мог быть услышан коллегами. Поэтому, Сергей подкрался к двери и осторожно заглянул в комнату.
Да, он не ошибся — это была мониторная. У двух десятков дисплеев, расположенных вдоль противоположной стены, суетились два человека. Шума от падения коллеги они не слышали, или же не обратили на него внимания. Сергей правильно сделал, что не позволил уйти первому, так как тот явно спешил за помощью. Экраны одних мониторов совсем ничего не показывали, возможно, были отключены, по другим бегали косые чёрные полосы.
В следующую секунду и этих двоих постигла участь их товарища. Сергей втащил в комнату первую «жертву» и, на всякий случай, связал всех обрывками телевизионного кабеля. Предварительно убедившись, что в коридоре никого нет, выскользнул из мониторной. Теперь предстояло самое трудное отыскать люк, о котором говорил Сэм.
Звук шагов приближался. Они явно принадлежали военному; только армейские ботинки способны производить столько шума. Но пока Сергей никого не видел, и это сильно беспокоило. Топот уже совсем рядом; не хватало ещё столкнуться с охранником нос к носу! Может быть, во всём виновато неровное освещение? Сергей прижался к стене, желая слиться с ней воедино, и в это время, буквально в трёх шагах от него, возник охранник, как будто вышел из стены. В следующую секунду Московских понял, что тот появился из-за поворота коридора, или, вернее, ответвления, которое он не заметил. Реакция разведчика была мгновенной — невидимый луч поразил стража. Сергей бросился вперёд, чтобы подхватить охранника.
Уложив бесчувственное тело вдоль стены, он стал внимательно, сантиметр за сантиметром, обследовать пол и стены, ища потайную дверь. Появление охранника только подтвердило, что та должна находиться где-то здесь. Долго Сергей ничего не обнаруживал, пришлось прибегнуть даже к помощи фонаря. Наконец, у основания стены заметил тонкую, не толще нити, щель, которая тянулась дальше по полу и частично по стене. При ближайшем рассмотрении это оказалась замаскированная дверь или люк, который имел чуть продолговатую, почти круглую конфигурацию. Он удивился: как это Сэм заметил её?! Может быть, днём здесь светлее? Нет, вряд ли. Поверхность двери была совершенно гладкой, ни малейшего намёка на выступ или углубление, за которое можно уцепится. Тщательно обследовал стену справа от двери-люка, и вскоре нашёл то, что искал — раздвижную панель, за которой размещался цифровой пульт. Сергей удовлетворённо улыбнулся: «Не оригинально, господа!» Чтобы открыть люк, необходимо набрать код. В его снаряжении было приспособление, представляющее собой тонкую пластинку, со сложным выступающим орнаментом, внешне напоминающую микросхему.
Абрамцев, передавший её вчера Сергею называл это электронной отмычкой.Приладив «отмычку» к пульту, Сергей нажал на маленький рычажок. Внутри пластины пошла какая-то работа, причём она как будто приклеилась к пульту. Через несколько секунд послышался тихий, но отчётливый щелчок и часть пола, оказавшаяся люком, бесшумно поползла в сторону, открывая узкую металлическую лестницу, ведущую вниз.
Ему опять пришлось воспользоваться фонариком, правда, где-то внизу слабо светилась лампочка, освещая небольшую бетонную площадку. По мере спуска различил узкие коридоры. Почему-то пришло в голову, что здесь должен быть ещё один вход. Но додумать эту мысль до конца не оставалось времени; он ступил на нижнюю площадку. Сергей ощутил промозглый холод, хотя наверху было довольно тепло, если не жарко. Он невольно передёрнул плечами. Но по какому коридору пойти? Почти от самой лестницы начинались, а, может быть, заканчивались с десяток, если не больше, узких, словно ущелья, коридоров.
Московских выбрал тот, который был прямо напротив лестницы и казался чуть шире остальных. По бокам коридора, почти параллельно друг другу размещались двери, но не обычные, как наверху, а обитые толстым железом. Кроме того, замки на дверях напоминали тот, что находился на двери-люке.
«Да, — прошептал Сергей, — здесь хранятся явно не медикаменты, во всяком случае, не простые!»
Он приготовился вскрыть замок, но тут заметил маленькое окошечко, какие бывают на тюремных дверях. Отодвинув экран, заглянул внутрь. Увидел длинную и узкую комнату, вдоль стен стояло несколько десятков железных кроватей. Под серыми одеялами, угадывались тела людей. Где-то в глубине тускло светила лампочка. В воздухе клубами плавала пыль, или это сам воздух до того спёрся, что стал видимым? Он вынул зажигалку-фотоаппарат и сделал несколько снимков, но не был уверен, что фотографии получатся качественными, однако вскрывать дверь посчитал небезопасным. В какой-то момент показалось, что тела людей под одеялами слишком непропорциональны… но потом списал это на искажения толстого стекла.
В следующих пяти камерах картина была почти точно такая же что и в первой, за исключением, быть может, количества койко-мест. И опять удивляли слишком длинные ноги и руки подопытных, а то, что над этими людьми ставились какие-то опыты, он не сомневался. В одном месте, из-под одеяла, высовывалась и стлалась по полу, словно змея, волосатая человеческая рука. В другом — огромная, кажущаяся великаньей, нога просовывалась сквозь прутья спинки.
Сергей не забывал щёлкать зажигалкой, и уже дважды менял кассету. Но вдруг обеспокоился: не слишком ли долго находится в подземелье? Не пришли ли в себя те, кто должен оставаться недвижимыми и безголосыми? А главное, не наткнулся ли кто-нибудь на них?! Все эти тревожные вопросы заставили повернуться к выходу, но всё же не удержался и заглянул в следующую камеру, и невольно отшатнулся.
Прямо на него смотрело круглыми совиными глазами нечто! Кто это? Что это? Зверь, хищная птица, или… нет, лицо человека не может быть таким! И всё же это был человек!
Вряд ли этот «квазимодо» заметил Сергея, но когда он вновь заглянул в глазок, полузверь-полуптица-получеловек уже повалился на кровать и с головой укрылся одеялом. Вспомнился рассказ Сэма о его встрече с кем-то на буровой. Теперь понимал Холтона. Такое не скоро забудешь. Эти огромные глаза, в которых застыло неимоверное страдание и тоска, будут преследовать его теперь всю жизнь. А эти скулы, выдающиеся далеко вперед, нос, больше похожий на клюв птицы…
Сергей ещё долго не мог прийти в себя. Наконец, взглянул на часы. Прошло около десяти минут, как проник сюда. Казалось бы, что такое десять минут? Но бывают моменты, когда и такой короткий отрезок времени слишком велик. Не теряя более не секунды, он поспешил назад и в один миг взлетел по лестнице. Взглянул на лежащего охранника. Показалось, что тот чуть изменил положение. Это ещё больше встревожило; что же сталось с теми, кого оставил в мониторной?!
Быстрым шагом Московских пошёл по знакомому коридору, не забывая при этом соблюдать кое-какие меры предосторожности. Но навстречу никто не попадался. Коридоры, по-прежнему, оставались пусты, что было хорошим предзнаменованием; значит, ещё никто не догадывался о присутствии постороннего на базе. Однако это могло произойти в любую секунду, поэтому проходя мимо мониторной, он даже не заглянул туда, хотя уловил шорох, что лишний раз подсказывало, что надо поторапливаться.