Черная роза
Шрифт:
– При всём при этом, заметь: я никогда не просила тебя ждать меня после каждой репетиции, - холодно отпарировала девушка.
Женя, уже направившись к аллейке, резко остановился и повернулся к ней. Серые глаза опасно сощурились и впились в Диану острым взглядом. Та ответила не менее разъярённо. Они буравили друг друга глазами не менее минуты, пока Диана не смягчилась:
– Ладно, извини, мне стоило поторопиться, - вздохнула она.
Женя что-то хмыкнул в ответ и в знак примирения взял её за руку.
Что-то напряжённо отчаянное было в этом жесте, что-то такое, что заставило
– Мы все переживаем из-за завтрашнего выступления.
– Ровно проговорила она, зная, что сочувственный тон Женя не примет.
Рука в её ладони чуть дрогнула, и парень остановился. Диана по инерции прошла ещё несколько шагов и только потом недоумённо остановилась. Мимо них, громыхая, проехал трамвай. Девушка проводила его печальным взглядом - вечером они ходят очень редко, и теперь битый час простоишь на остановке, прежде чем дождёшься следующего.
– Я собираюсь предложить встречаться Нинель.
– Вдруг сказал Женя скучающим тоном.
Диана с любопытством взглянула на друга. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы вспомнить, что Нинель - это та самая девушка, которая вьётся возле Жени уже несколько лет, добиваясь его внимания. После этого она насмешливо взглянула на своего партнёра.
– Так предлагай, - улыбнулась она, - ты что, боишься, что она тебе откажет? Она смотрит на тебя, как на восьмое чудо света.
Женя не улыбнулся, он мгновение смотрел на девушку внимательным и цепким взглядом, будто пытаясь высмотреть в её лице какую-то определённую реакцию, но стоило Диане моргнуть, как он отвёл глаза и вздохнул.
– Не в этом дело. Просто какая-то она...
– Женька окинул взглядом улицу, будто ища правильное слово в подмёрзшей листве под ногами и серых стенах продрогших домов, -... стеклянная.
– Стеклянная?
– удивилась Диана.
Женя кивнул.
– Да.
– Он чуть помолчал, обдумывая свою дальнейшую речь, - понимаешь, я уже не помню того времени, когда бы её не было рядом со мной. Она повсюду: на наших выступлениях, в моей компании, с которой я иногда гуляю по улицам, в школе она училась в параллельном классе, - Женя сделал рукой какой-то полу отчаянный жест, означающий всю степень присутствия в его жизни Нинель, - но все эти её чувства... Ненастоящие. Неискренние. Будто стекло рядом с чистым хрусталём.
– Не подозревала в тебе склонности к поэтическим сравнениям, - с иронией проговорила Ди.
– Я серьёзно, - тихо сказал Женя, и девушка перестала смеяться.
Она по-птичьи наклонила голову к плечу.
– Тогда не предлагай ей встречаться, - легкомысленно предложила Диана, - если не видишь её настоящего к тебе отношения и искренности её чувств. В чём проблема?
– после небольшой паузы она прибавила, - Или ты её любишь?
Женя снова как-то странно вздрогнул и снова пронзил её взглядом, а потом медленно обронил:
– А что если и так?
– Что значит "что, если"?
– сказала Ди, снова неторопливо направляясь к остановке, - Ты в отношениях король и Бог, потому что ты - мужчина. Это мы, девушки, вынуждены ждать, пока возлюбленный дозреет до предложения. Вся инициатива исходит от тебя, и именно ты ведёшь отношения. Ты либо любишь её,
– Почему это?
– ворчливо отозвался Женя из-за её спины.
Диана с лёгким упрёком взглянула на него через плечо.
– Не напрашивайся на комплимент, - мягко пожурила она, - ты прекрасно знаешь, что, подойди ты к любой прохожей от двенадцати до тридцати лет, она бросится тебе на шею, не поинтересовавшись даже о твоём имени.
– А почему только до тридцати лет, - возмутился Женька с донельзя оскорблённым видом.
Диана закатила глаза и покачала головой. Евгений за её спиной самодовольно ухмыльнулся.
***
На следующий день у Дианы всё шло вкривь и вкось. От волнения она даже не замечала самодовольную Милу, льнущую к Антону по углам.
На индивидуальном занятии по Гармонии Алисе Владимировне пришлось по два раза повторять задания, потому что, девушка ни на чём не могла сосредоточиться. В конце концов, сжалившись, она отпустила Диану на 15 минут раньше положенного, строго настрого наказав ей повторить последнюю лекцию и доделать задачи.
Пролепетав извинения за свою рассеянность, и наградив педагога горячим "спасибо!", Диана вихрем выскочила на улицу и помчалась на трамвайную остановку.
Девушка не опаздывала, но её раздражал медленный темп транспорта и неповоротливость людей, в нём ехавших. К моменту, когда она, наконец, сошла на остановке под названием "Площадь Ленина", Диана совсем издёргалась. Она нервным шагом брела в сторону дворца культуры "Россия", и чувствовала, как её накрывает удушливая волна оцепенения. В груди нарастало мутное давление, отчего в голове не оставалось ни одной связной мысли. Волнение, начавшее пускать в неё корни ещё с семи часов утра, теперь достигло своего апогея.
Внезапно её кто-то резко потянул за руку, и она оказалась в тёплом, просторном фойе дворца.
– Как я понимаю, у тебя снова паника перед выступлением, - насмешливо протянул знакомый голос.
Диана подняла глаза от странно расплывающегося цветными пятнами пола, и перед ней медленно сфокусировался Женя. Парень, видимо, только что пришёл: на его волосах виднелись капельки растаявших снежинок, а глаза цвета стали блестели после уличного холода.
– Жень, мне страшно.
– Беспомощно прошептала Диана, хватаясь за его холодную руку.
Он театрально вздохнул и покачал головой. За десять с небольшим лет совместных выступлений парень уже привык к паническим атакам своей партнёрши. Он вытащил руку из железного захвата девушки и слегка подтолкнул её к кулисному помещению за сценой, где проходила подготовка к спектаклю.
– Ди, прекрати сейчас же. Как будто первый раз на сцене, право слово! Иди, переодевайся.
Диана, которой хотелось, чтобы её утешили и пообещали, что всё будет отлично, чуть обиделась и недовольно скрылась за дверью. Она не видела, как Женя, проводив её взглядом и удостоверившись, что девушка ушла, нервно поправил волосы и громко выдохнул через нос.