Аруана
Шрифт:
– Вы впервые на Аруане?
– спросил розовощекий парень с рыжеватыми усиками.
– Да, впервые...
– не без вызова ответил я.
– Но, поверьте, я изучил достаточно много материалов...
– Они не могут заменить личных впечатлений, - заверил Розовощекий.
– Уверяю вас: через некоторое время вы измените свое мнение...
– Сомневаюсь...
– Я поморщился.
– Вами, движет чувство жалости. Действительно лишь один из десяти аруанцев доживает до зрелого возраста. Но аруанка за свою долгую жизнь рожают иногда более двадцати раз!.. Причём, часто они рожают сразу трёх-четырёх близнецов! Поверьте...
– Долго ждать придется, - хмыкнул бородач в синих плавках.
– Знаю: я вам кажусь окостеневшим ископаемым, не способным к изменению собственных взглядов...
– я усмехнулся, - К сожалению, мы стареем быстрее, чем хотелось бы, но внутренне я мало изменился за последние двадцать лет. И я вас прекрасно понимаю... Я хорошо помню себя в вашем возрасте. Увы, как говаривали предки: "многие знания - многие печали". Но с годами во мне укрепляется чувство оптимизма и понимание временности всего плохого...
– Во дает старик, - шепнул соседке парнишка лет восемнадцати, сидевший напротив меня.
– И чего они так любят заливать?
Я чуть не подавился на полуслове. Но тут же во мне сыграл дух противоречия, и я продолжил:
– Может быть, такой подход покажется вам наивным, но я верю в совершенствование Человека и окружающего мира! Увы, оно идет с отступлениями и блужданиями по тупиковым ветвям развития, но я уверен в неотвратимости совершенствования Мироздания... Хотя могут иметь место и временные регрессивные явления...
– Вы специально повели меня на эту экзекуцию?
– спросил я Юну, когда мы дошли до дверей моей комнаты.
– Со многим из того, о чем вы говорили, я согласна... Но, простите за откровенность, порой вы излагали прописные истины тоном открывателя Америки... Перед вами были все-таки не дети, а достаточно взрослые и самостоятельные люди!
– А с чем вы не согласны?
– Вы еще совершенно не знаете, что такое Аруана. А про Осмилонию, судя по всему, и вовсе...
– Юна не договорила, лишь махнула рукой.
– Кроме того, с медицинской точки зрения, вы ещё долго будете адаптироваться...
Я внимательно смотрел на Юну, и внезапно эта девушка показалась мне, чуть ли не моей ровесницей.
Либо она слишком неопытна, либо ведет очень тонкую игру, думал я. Неужели все сотрудники Леруа столь же непросты?
– Может быть, посидим у меня?
– предложил я, открывая дверь.
– Завтра рано вставать... Лечу к мужу, в окрестности Ливы...
– Юна выжидающе смотрела на меня.
"Ничегошеньки ты не понимаешь, - говорил ее взгляд.
– Уезжал бы лучше, по-доброму..."
– Впрочем, спать мне все равно не хочется, - не дожидаясь повторного приглашения Юна вошла в мою комнату.
– Вы давно здесь, на Аруане?
– спросил я, когда робот-официант, принесший легкий ужин, вышел из комнаты.
– Почти десять лет...
Я вскинул брови, и Юна рассмеялась.
– Спросите меня лучше что-нибудь об Осмилонии, - сказала она, отпив коктейля.
– Ведь вам, вероятно, интересны последние новости?..
Надо спросить напрямик о Леруа, думал
я. Или, может быть, лучше сделать вид, что я ни о чем не догадываюсь?– Вы с мужем живете в заповедной зоне Осмилонии?
– спросил я.
– Вы правильно меня поняли... Я, и еще одна жена моего мужа, Фирангиз. Мы живем там вместе с нашим мужем уже много лет...
– М-да-а-а...
– я невольно замешкался.
– Но ведь в Осмилонию, и особенно в Ливу, доступ разрешается лишь в виде исключения!
– Вот мы и являемся таким исключением.
– Юна, опершись подбородком на руку, с интересом наблюдала за моей реакцией.
Ну и нравы у них, думал я. На Земле такое разглядывание сочли бы просто бестактным. Пожалуй, тут действительно всё не так...
– Будем молчать?
– спросила Юна.
– Я, признаться, уже и не знаю, о чем с вами можно говорить...
– Вы хоть знаете, что такое Киалана?
Я встал из-за стола и подошел к окну. Вокруг гостиницы было совершенно темно, только на площадке для сольдеров мигал огонек посадочного маячка.
– Насколько я знаю, никто из землян еще не присутствовал на этом празднике?
– не оборачиваясь, сказал я.
– Совершенно верно... На свой священный праздник осмилоки нас пока не допускали.
– Но я слышал, что теперь кое-кто все-таки допущен.
– Не надо играть в кошки-мышки...
– Юна внезапно поднялась из своего кресла.
– О том, что Леруа отправляется на Киалану, знает вся Аруана... Мне пора. Сольдер вылетает через час, а мне еще нужно кое-что забрать из номера...
– Я провожу вас?..
Юна пожала плечами и вышла...
ГЛАВА ТРЕТЬЯ.
Номер, в который привела меня Юна, был чем-то средним между складом и жилым помещением. Контейнеры с оборудованием стояли вдоль стен до самого потолка, а на полу были свалены пластиковые тюки, приборы и несколько стандартных ящиков с карабинами.
– Присаживайтесь...
– Юна кивнула в сторону дивана.
– Я только найду тут кое-что... Вы можете продолжать свои вопросы...
– Юна подошла к нише в стене и начала перебирать лежавшие в ней вещи.
– Не опасно ли доверять юнцам, наводить мосты между двумя столь различными цивилизациями?..
– Я спросил, в основном, для того, чтобы прервать затянувшееся молчание.
– А, по-моему, отправка сюда молодых - очень мудрый шаг...
– Юна наконец-то нашла то, что искала и, бросив какую-то вещицу в свою сумку, села на диван.
– Ведь они еще не успели закостенеть в своих воззрениях. Им легче и с медицинской точки зрения. К тому же им проще понять аруанцев и принять то, что не слишком противоречит земным устоям...
– Не противоречит земным устоям...
– задумчиво повторил я.
– В этом-то и дело: где граница между тем, что в нас можно изменить и чего менять нельзя, ни при каких обстоятельствах... Кто кого ассимилирует: земляне аруанцев, или наоборот?
– А, может быть, победит взаимообогащение?
– с иронией спросила Юна.
– В истории человечества взаимопроникновение разных цивилизаций обогащало эти цивилизации и приводило к качественным изменениям. Ускорялся научно-технический прогресс, да и в культуре происходил Ренессанс...