Современная проза

Таким вот было мое путешествие за буханкой хлеба. Потому что, когда я показал свою карточку, мне дали всего лишь одну буханку хлеба. И я двинулся назад, прижимая хлеб к груди. Хлеб этот был для меня цвета золота. Теперь я шагал очень осторожно, обходил подозрительные и ненадежные места. Ни за что на…

И вот новорожденный роман вылизан моим шершавым языком и пристроен к хорошим людям в какой-нибудь журнал, где поднимается на слабые ножки и ковыляет прочь уже без моей помощи, и уходит все дальше, дальше, пока не убегает от меня …навсегда. И тогда мне обязательно звонят. И предлагают полставочки какой-нибудь…

Хотя графика была старомодной, с вычурными заглавными буквами и завитушками, я в первую минуту подумала, что это писал ребенок. Слова казались старательно выведенными неумелой рукой, нажим был неравномерен – местами линия почти исчезала, а местами перо глубоко вдавилось в бумагу. Все буквы моего имени…

– А ты? – А я, брат, пойду на работу… Мне сегодня в третью смену! Будь здоров! – Будь здоров, Боря! Он уходит, черт белобрысый, а я остаюсь наедине с теми мыслями, которые он оставил для завтрака и советовал «пощупать». Наговорил кучу отличных мыслей, поймал меня на крючок и пожалуйста: «А я, брат,…

Потом автобус резко дёрнуло перед тем, как ехать дальше, все качнулись назад, и последние поменялись местами с первыми. Последним стало плохо, а первым хорошо. Сработал закон высшего равновесия. Не может быть человеку все время плохо или все время хорошо. А те, кто, как Лора, стояли посредине, испытали…

Я взял Тамару за руку. Она положила голову мне на плечо. — Дура я, — сказала Тамара. — Почему? — Все свою диссертацию кропала. «Гальваномагнитный эффект в кристаллах германия». Катька — двоешница, у Лёвки — вторая жизнь. Я здесь. Вот тебе и эффект… — Но человек должен куда-то стремиться. — Ты…

В районе уборной Даша нашла большую чёрную пуговицу с четырьмя дырками, а в кабинете Виктора Петровича — блестящий фантик из-под конфеты «Чародейка». Эти трофеи они принесли гардеробщице, но не заинтересовали её. — Не нашли, — сказала Лариса, и её лицо стало жалостливым и виноватым. А девчонки смотрели…

Касьянова очень хорошо знала его лицо и душу и умела по лицу читать все движения его души, и ей невозможно было соврать. Такое постоянное соглядатайство было даже неудобно. — Что ты хочешь? — спросил Евгений. — Я хочу твою жизнь. В обмен на свою. — Я сказал: со временем. — Ты говоришь «со временем»…

Мать Нины, большеротая певичка, вернулась из Венгрии и привезла Нине штаны – бананы с большими карманами на коленях и на ягодицах. Девчонки мерили наперебой. Балдели. Надька крутилась перед зеркалом и понимала, что уже не сможет видеть себя в своих старых джинсах фирмы «Ну, погоди»… Нэля и Нина справедливо…

– Я согласен. – Хорошо, я заберу вас к себе. Но у меня один ключ. Нам придется уехать вместе. – Нормально, – согласился Тишкин. – Будете уезжать, возьмите меня с собой. Алина отошла торопливо. У нее было много дел. Тишкин проводил ее глазами. Беленькая, хорошенькая, тип официантки. Полевой цветок…

Он издевался, я знала это, он отлично понимал, что я не могу отказать. Поэтому и спросил, поэтому и улыбался. Ноги не слушались меня, я не могла стоять, я и не стояла, это он держал меня. Потом я почувствовала касание его губ, их запах и вкус – все одновременно. Я все ждала, когда он вберет меня своим…

– Что с Мариной Михайловной? – спросила Соня. – Она едет с вами, – выдохнула Маргоша. – Как это? – не поняла Соня. – Так. С Анькой. Вместо меня. – Ты с ума сошла? – испугалась Соня. – А что я могу сделать? Она сама захотела, – извиняясь, объяснила Маргоша. Соню как будто встряхнули. Она живо…

Нет сомнения, что именно эти воспоминания помогли мне осознать, каким усталым был мир, к которому мы принадлежали. Мой дед стоял у истоков книгопечатания, ведь не прошло еще и ста лет, как умерли Генсфлейш [4] , Фуст [5] и Шеффер 3 . Он принимал участие, как и мой отец, и мои дяди, во взлете учения…

По собственному их выбору, собственному их почину помочь великому переселению и, когда оно состоится, облегченно вздохнуть. Остров неожиданно сложился перед ним из цветных кубиков, искрящихся на солнце. Ох и отблагодарят же его эти евреи, они умеют быть благодарными. Небольшая сумма в банке на его имя,…

– А, тогда понятно. Ничего особенного я не писал. Просто что хочу встретиться и побеседовать с вами. Похоже, Шриверы считают, вы были хорошо знакомы с Ричардом. – Да, я его помню. – Но вы с ним не переписываетесь? – Мистер Гринлиф, казалось, был разочарован. – Нет. По-моему, мы с Дикки не виделись…

Не успел он оправиться от этой оплеухи, как получил другую, куда более увесистую. Журнал «Букселлер» без лишних слов сообщил, что первый роман мисс Силии Туэйт «Сияние любви» издательство «Коллинз» купило за пятьдесят тысяч фунтов, а издатели в Америке – за четверть миллиона долларов, и мисс Силия почти…

— А про меня в газете писали, што я, хромой, на машине работаю! — тоже закричал Веня. И постучал себя в грудь кулаком. — У меня пятнадцать лет трудового стажу! — Ничего, он тебе там пригодится. Веню опять взорвало, он забыл страх. — Где это там?! Где там-то, курва? Ты сперва посади!.. Потом уж…

– Коньяк, пожалуй, – неожиданно тоже медленно сказал кандидат, но в его медленности явно зазвучала ирония; кандидат воспрянул духом: кажется, найден верный тон, единственно возможный. – А вы? – Да, пожалуй, – медленно сказал бугай, не услышав чужой иронии. Кэт услышала иронию и внимательно посмотрела…

– Хорошо, Саша. Очень хорошо, – Нина чуть ударяла на "о", выкругляла слова, подталкивала, и они катились – легко, как колесики. – Покупалась в речке… Ох, хорошо! – Да где уж там хорошо-то? Скучно небось? – Господи, а чего мне надо? Сходила в кино, раза три на танцы – не манит… В огороде больше копалась.…

— Это что, Серега, твоя пацанка? — спросил Петькавторой. Все с любопытством уставились на девочку. — Ага. Он сел на подставленный ему стул и посадил девочку на колени. Ей было неудобно, но она сидела смирно. — Сиди тихо, Олюсь, сейчас получишь конфетку. Ему подвинули кружку пива и тарелку раков,…