Современная проза

И вот настало это сегодня. Сегодня он будет говорить с Тео. Но какая мучительная была ночь. Может быть, он даже скажет Тео, что неважно спал. Но сначала нужно будет узнать, как он себя чувствует, не нужно ли ему чего-нибудь (ему почему-то никогда ничего не нужно). Потом… да, не забыть о книге! Эта книга,…

ЦЫГАНКА: Любка! Спишь? Из соседней комнаты, отделенной от спальни Цыганки плетенной из веревки занавеской, раздается молодой женский голос. ЛЮБА: Нет, мам, не сплю. ЦЫГАНКА: Почему? ЛЮБА: Приснилось плохое. ЦЫГАНКА: Приснилось. Нож снился? ЛЮБА: Не помню. ЦЫГАНКА: Дура проклятая! Вспоминай!…

Иногда ему чудилось, будто он выпал из собственной жизни, падение еще продолжается, но вскоре дно будет достигнуто и тогда можно начать все заново, пусть совсем скромно, зато заново. 3 Однажды на имя жены пришло письмо от отправителя, который был ему незнаком. Почта до сих пор поступала к ней –…

Господи! Да и без духовного развития — как представишь, что мы еще живы, мы, втроем, на господачку 91 рэ в месяц — и еще тянем-потянем эту чертову репку — и тут вспомнишь всех, кто помог выжить — ну, откуда-то они ведь все эти люди взялись? Откуда-то они, эти добрые, хорошие со всего Ленинграда понасобирались,…

Девочка услышав смех, а не крики, взглянула на оживленную группу на берегу, чему-то про себя удивилась, натянула прямо на мокрый купальник юбку и стала подниматься по широкой асфальтированной дороге, идущей серпантином к санаторию. Она поднималась и спускалась по этой дороге дважды в день. Отдыхающие…

"Ну, а потом… А потом… А потом?.." Вели без конца повторял эти слова и в такт им привычно раскачивался из стороны в сторону. Но как ни старался он представить себе это «потом», ничего у него не получалось, и старый тарист с горечью думал, что потом не будет ничего, кроме простой радости завтрашнего…

Дослушав до конца, бюргер встал из-за стола и ушел. А Андрей вернулся к вину. Через пару минут в таверну ворвался какой-то мужик. Именно мужик — толстый, лохматый, со встрепанной черной бородой. — Ты — музыкант? — прогудел мужик, ткнув в Андрея грязным, никотиново-желтым пальцем. — Ага. — Сыграй…

Лева остановил своё изложение и с изумлением посмотрел на нас. — А вы откуда знаете что я во сне видел? — Да не знаем мы ни о чем! Рассказывай дальше! — перебил Толик. — Ну так вот подхожу я к вам и здороваюсь. Вы, поздоровавшись со мной, продолжаете спорить. Прислушавшись к вам, я слышу как ты…

— Что ж, начнем! Мурке взял со стола записку, сунул в рот сигарету и, заглянув в бумажку, сказал: — В ваших выступлениях «бог» встречается ровно двадцать семь раз. Следовательно, я должен просить вас двадцать семь раз сказать то, что нам надо вклеить вместо «бога». Мы были бы вам признательны, если…

Через баррикаду ловко полезли молодые люди с автоматами, одетые в самые замысловатые комбинации уличного камуфляжа с джинсой и кожей. Гость привычно сунул руку в салон и выволок наружу гладкоствольный охотничий карабин четвертого калибра. Увидев оружие для стрельбы по низколетящим бегемотам, персонал…

Эдипа не могла взять в толк, почему он до сих пор так расстраивается. Когда они поженились, он уже два года как работал на станции ЙУХ, и та площадка на мертвенно-бледной, ревущей магистрали осталась далеко позади, как Вторая мировая или корейская войны для мужей постарше. Может, — Боже, ну и мысли, —…

— Поезд уходит с Пенсильванского вокзала. Может, встретимся в баре Стэтлера, через дорогу от вокзала, часов в… — Она замолкла, словно подсчитывая в уме, что именно ей нужно мне сказать, и, как режиссер радиопостановки, выверяя по секундомеру необходимое на это время. — Ну, скажем, в половине третьего.…

- Не могу этого допустить, - сказал я удрученно. Вот уже несколько недель радио преследовало нас куплетами из межпланетной оперетки "Великая княгиня Антареса" Франсиса Лопеса. Терпеть не могу эту вульгарную музыку. Я люблю только классику - Шенберга, Дюка Эллингтона, Винцента Скотто. -…

* * * Гоголь о царе вандалов Гензерихе: им овладела та свирепая задумчивость, которая сушит и мучает душу. * * * Белый и синий – цвета Богородицы. * * * К вопросу о «собственном я» и т.д. Я для самого себя паршивый собеседник, но все-таки путный. Говорю без издевательств и без повышений голоса,…

Но не в дворцах и хибарках прелесть этого города. Его украшение – церкви. Хоровод многоцветных колоколен над красной черепицей крыш, над дымоходами с кружевными железными флюгерами под перезвон колоколов больших и малых. Костел Святых Петра и Павла, костел Святой Терезы, костел Святого Рафаила, костел…

И вдруг… «Моя дорогая, моя дорогая дочка! – вдруг написал я мысленно. – Сегодня тебе исполнилось восемнадцать лет, банковский клерк поздравит тебя с днем рождения, проведет в Safety Depo it [2] , откроет мой ящик и достанет эту Рукопись. И ты наконец узнаешь правду – правду, только правду и ничего,…

Поначалу они вспоминались смутно, но, по мере того как я перечитывал повесть снова и снова, люди и события откуда-то всплывали в памяти. Это было как вспоминание сна. Ночью тебе снится много чего-то интересного. Проснувшись, ты не помнишь никаких подробностей — только какую-то общую атмосферу сновидения.…

— Здесь нет никого, кроме нас с тобой. Я оглядываюсь: вокруг пустые берега. Ты не хотела, чтобы мы бросались теми словами, что вскоре стали нашим личным алтарем. До встречи с тобой мне доводилось говорить их тысячу раз, бросать монетками в колодец желаний, надеясь, что они помогут мне стать собой.…

- У, скотина! - молоденький рыжик пнул мёртвое тело коротким сапогом. И чуть не полетел наземь от тяжёлой затрещины. - Дядя Вернер, за что?! - завопил он. - Не тронь, - хмуро сказал панцервахтмайстер. Нагнулся, перевалил убитого на спину. На груди, над кармашком белой от стирок и солнца гимнастёрки,…

Три часа десять минут. Теперь кораблей нигде нет. Странное дело. Огромное пространство становится заброшенным. В нем даже крылья чайки кажутся черными. И тут в открытом море возникает призрачный корабль. Вскоре он пропадает на западе. Полуостров Идзу исчез за легким туманом. Совсем недолго он…