Детские остросюжетные

— Хэтти, возьми инжир, — сказала Салли. Харриет, завидев лакомство, бросила медвежонка и оказалась тут как тут. Она подозрительно разглядывала красную мякоть с крошечными зернышками. Салли сама откусила кусочек. — Вот так, — заметила она, — не попробуешь — не узнаешь, каково это на вкус. И мишку…

Другое увлечение — цирк. Писатель многие годы сотрудничает с Латвийским госцирком, участвует в составлении текстов для цирковых программ, и, наконец, — в его литературной обработке — выходит книга заслуженного артиста ЛCCP К. Плуча (Роланда) «Белый клоун» — тоже, в конечном счете, плод увлеченности цирком,…

— Твоя мать такая толстая... Терпение Джеймса лопнуло. Он вскочил опрокинув табуретку. — Саманта, чего ты ко мне привязалась?! - заорал Джеймс. Класс притих. Все глаза устремились на Джеймса. — Что с тобой, Джеймс? - ухмыльнулась Саманта. — На шуточки обижаешься? …

Был воскресный день. Только что пробило двенадцать часов, и мальчики слонялись без дела в ожидании обеда. Они расстались со своим облачением и отправились к Мартине, которая наверняка скучала одиночестве. Мадам Девиль хлопотала на кухне, и доносившиеся оттуда запахи заставили друзей облизнуться.…

— Ты мне поможешь? — с робкой надеждой обратился Павлик к сестре. — А что мне остаётся делать? — недовольно отозвалась сестра.И давай уже теперь думать над тем, откуда раздобудем эту макулатуру. На наши газеты рассчитывать нечего, двух килограммов не наберётся. Оба принялись ломать головы. Павлик выдвинул…

Правда, жуликам в этой квартире нечего делать, потому что нечего красть. Туда даже мебель не завезли. Тетя Оля, наш комендант — она все про всех знает, ей так положено, — говорила маме, что жильцы из сорок первой только холодильник на кухню поставили и чей-то скелет в коридоре, как экспонат. А зачем…

— Эй, потише! Это я, твой отец. Слышишь меня? Это я, Хэйз, успокойся. Действительно, это был отец — он подошел сзади и хотел меня успокоить. Но я все еще не мог прийти в себя. В конце концов, это был его дом, его чертов фильм, его рука… — Какого дьявола? — воскликнул я. — Что…

Наконец-то звучит длинный праздничный звонок в дверь. Мы выбегаем в прихожую встречать папу. Гретка поскуливает, приплясывает от нетерпения и радости и колотит нас по ногам своим хвостом, как палкой. Мама на ходу поправляет свои красивые волосы и перескакивает из домашних тапочек в выходные туфли на…

— Пламя питает зло, обитающее в доме. — Этот дом проклят! И место проклято! — Нет! Пожалуйста… перестаньте! Перестаньте же! — взвизгнула Нора. Не в силах перекричать все эти голоса девушка побежала к дому. Она рванулась с холма в низину, плащ трепыхался у нее за спиной. Ноги…

Тихо сочился чужой и скорбный, с барабанным боем и электрогитарами, мотив; подергивалась в такт ему нога человека в незнакомой форме с револьвером на боку. Андрейка инстинктивно рванулся в сторону от него, к свету противоположной стены. Она была вся из стекла, эта стена. Но и тут тихо жаловался откуда-то…

- Проходите, - пробормотала девушка. - Как же, я уже пробила! – стала ворчать кассирша. Девушка снова стала рыться в сумке. Пространство вокруг наполнялось напряжением. Денис, хмыкнув, спросил: - А что, там в сумке? Вы там что-то потеряли? – И снова встретился с детскими глазами. Обрадовавшись…

– Валерка! Привет! – О! Аська! Переехали? – Да! Вот, познакомься, это моя подруга… – Матрена! Очень приятно! – представилась Мотька. – Матрена? Ты не шутишь? – поразился Валерка. – Какие шутки? – Матильда вскинула на Валерку синие глазищи. Тот сразу обомлел. – Значит, так тебя и называть?…

Перед лицом пассажира замигал красный глазок сигнальной лампочки – летчик хотел разговаривать с пассажиром. Ленивым движением пассажир взял с коленей радионаушники. – Слушайте! Слушайте! – Голос у летчика низкий с хрипотцой, наушник с ним еле справляется, и пассажир напряженно вслушивался. –…

– Поможешь? – спросил Стас. – Конечно, – с готовностью согласилась Даша. Этот парень ей нравился. Казалось, они знакомы уже целую вечность. «Какая клевая девчонка», – подумал Стас. У него даже поднялось настроение. Папа был прав: и на новой квартире найдутся свои радости. Вот, кажется, первая уже…

— Какой тебе завтрак, какой завтрак? — вскочила мать, опрометью бросилась на кухню. — Я тебе и завтрак, и на обед — все в сумку положу. Только ступай, ради бога, скорее... дорогой там или как перекусишь. — Еще чего... Дорогой. Дай хоть попить чего-нибудь, голова раскалывается. Мать принесла и подала…

— Ура! — закричала трехлетняя Рашель, хлопая в ладоши. Домотканое муслиновое платьице и выбивающиеся из-под чепчика светлые кудряшки делали ее похожей на ангелочка. Джейн Файер только молча кивнула. Она вы глядела утомленной, вокруг глаз пролегли морщины. Женщина была одета в грубое льняное…

Так мне ее не вытащить. Нужна помощь! Лодка, серфингист, кто-нибудь… Кто-нибудь! Лицо заливали соленые волны и кровь Митци. Яростно моргая, я попытался осмотреться. И закричал от ужаса. На нас надвигался скутер. Глава 2 Скутер развернулся. И сейчас с рёвом мчался прямо на нас. Но что это?…

– Вот и ладно! Проводишь и заходи! – согласилась старушка. А пройдоха, шел сзади нас с Настей и откровенно набивался на дегустацию содержимого пакета, который вызвался нести. – Тяжелый он у тебя что-то! И чего такую тяжесть таскать? Я делал вид, что не понимаю его явных намеков. Пирожков мне было…

— Всего километр!.. Ничего не понимаю… Не могла же гроза так быстро вернуться! Словно подтверждая его правоту, молнии после этого стали снова сверкать вдалеке, а гром доносился лишь секунд через двадцать. — Ага, что я говорил! — воскликнул Мишель. — Километров шесть по меньшей мере!.. Все-таки это…

– Но ведь это ты меня ведьмой сделаешь, – вкладывая в слова всю возможную убедительность, ответила Танька. – Ты же не будешь заставлять всякие гадости устраивать! – Танька, ну сама вспомни, что ты в своих книжках читала. – Ирка тоже постаралась быть убедительной. – Ро€жденные , природные ведьмы бывают…