Современная проза

Вчера он написал заявление об увольнении. Достало. Четыре месяца без зарплаты и — обещания, обещания. Он всегда был за то, чтоб бастовать, но теперь — и все остальные тоже. Сегодня — последняя капля. - Это правильное решение, - сказал Глеб. - Мы вам поможем. Мы и раньше говорили… - Раньше то было…

– Вилли ранен, – сказал вдруг тот, что моложе, после нескольких минут молчания. Голос его был ничуть не сонный, даже бодрый. – Ну да! – удивился тот, что постарше. – Точно, ранен, – чуть ли не с торжеством подтвердил молодой. Он был явно рад, что может сообщить важную новость, которая еще не дошла…

– А вы подождите немного, – попросила она шофера. – Но… как же… – Вильхельм растерянно остановился. – Не надо! – сказала она, тоже не двигаясь с места. И шофер стоял, не закрывая дверцу. Так они и стояли, все трое, возле машины. – Пошли, – сказала наконец она, взяла Вильхельма под руку и повела.…

Когда я был помоложе и работал над своей пресловутой дрезденской книгой, я запросил старого своего однополчанина Бернарда В. О’Хэйра, можно ли мне приехать к нему. Он был окружным прокурором в Пенсильвании. Я был писателем на мысе Код. На войне мы были рядовыми разведчиками в пехоте. Никогда мы не надеялись…

Сиделка отправилась на поиски таблеток, Лауро с матерью переглянулись, Меча еле уловимо шевелила пальцами, и они чувствовали, что кошмар все еще тут, что он тянется нескончаемо долго, словно отказываясь достичь той критической точки, в которой какое-то подобие сострадания, жалости, пробудившейся у самой…

Ну, после уже проще, наступает темень за окном, мы зажигаем свет и пьем какао, хоть это и не типично – пить какао по вечерам, но нам нравится быть прихотливыми волюнтаристами, и в этом наш протест, если хотите, против морализма нынешней эпохи. По вечерам я часто запираюсь в кабинете и вольнодумствую…

4. Он проснулся вдруг. Где-то за тонкой стеной опущенных век уже звенело солнечное утро, а он словно замер на границе этого мира и того. Тело понемногу давало о себе знать слабостью, дрожью и уже привычной ноющей болью. Булькающий комочек оставался на месте, несмотря ни на что. Зуев открыл глаза, разглядел…

— Черт знает! — пробормотал оператор. — У нас человека лечить не пристроишь, а тут, бляха-муха… Через два дня русскую команду, нагруженную еще больше, посадили в нью-йоркский поезд. Поэт Сергей Егоров, «мальчик войны» и автор нашумевшего стихотворения «Мои яблоки», ставшего песней, не менее знаменитой,…

— С Новым годом, — согласились остальные и, продолжая стоять, открыли шампанское. Пробка не взлетела в потолок, как бы понимая неуместность высоких траекторий, а отделилась скромно с сухим щелчком. Все не торопясь выпили шампанское и вернули фужеры на скатерть. На скатерти был расставлен старинный…

Я завизжала что было сил, хотя сил оставалось мало. Разбойник увидел меня – босую, обледеневшую, завернутую в простыню. И офонарел. Стоял, как фонарный столб, с той же степенью деревянности и неподвижности. – Что вы здесь делаете? – изумился он вполне интеллигентным голосом. – А вы? – спросила…

А ему – нет. Он был лордистее и мудрее, чем просто Алеша. Кровь испанских раввинов, гонимых с побережья Средиземного моря до самого Бердичева, вероятно, давала о себе знать. Теперь он Алекс. И он написал мне письмо. Намылил мессидж. «Я ищу для нее клинику. У вас там еще есть карательная психиатрия?…

В те годы рано взрослели мальчишки. Все, кто носил папаху и имел силу в руках, ушли на фронт. Уже и старшим сыновьям стали приходить повестки из военкомата. Тяжкая ноша легла на плечи женщин и подростков. Матери уходили из дому на рассвете, возвращались затемно. Женщины водили трамваи, начиняли снаряды,…

Я знаю. Но иду в Джвари с этой надеждой: остаться там хоть на несколько дней. Так уже случалось со мной и раньше: вся жизнь сходилась к одному почти неисполнимому желанию. Но казалось, если оно не исполнится — жизнь не состоится. Отец Давид шел впереди по крутому склону. Потом остановился, впервые…

Не уверен, стоит ли вообще поминать второе обстоятельство, возможно, еще решительней, чем первое, подтолкнувшее меня к писанию. Я говорю о разрыве с Рашель. Но как тут обойтись без истории любви, точнее — моей любви к Рашель? Придется подробно о ней рассказать, как бы мне это ни претило. Хотя последнее,…

-Абсолютно! Он положил ей руки на плечи и заглянул в глаза, погружаясь в их зелёный омут. -Ты чертовски красива! - прошептал брюнет и прижался губами к её рту. Его руки заскользили по стройному податливому телу. В мгновение ока он подхватил её на руки и понёс в спальню. Девушка не сопротивлялась.…

— Тебе нельзя тут оставаться надолго. Здесь слишком уныло. Может, она и не произнесла слова «уныло», но я знал, что именно это она и имела в виду. Здесь и вправду царило уныние. Мебель разваливалась, подоконник растрескался, ковер истрепался и нуждался в чистке, в кране не было воды. Освещение было…

На пляже Торремолиноса я познакомилась с одной женщиной, француженкой, которая уже много лет жила здесь с мужем; ее звали Мирей Максимофф. Такая эффектная, красивая брюнетка. Они с мужем были владельцами отеля, где я снимала комнату. Мирей сказала мне, что осенью собирается надолго приехать в Париж и…

- Дай бабок- починю. - Э-эх... С боку перевернулся обратно на спину. Со спины - немного погодя - на живот. Спрятал рожу в подушке... Наша комната- как у всех. Пять не особо размашистых шагов в длину, два с половиной в ширину. Пара железных скрипучих кроватей, стол, две тумбочки, два стула. На…

– Браво! Браво! – засмеялась мама. – Ты у меня умница. Раскрасневшаяся девочка жеманно поклонилась и, подбежав, уселась на мамины колени. – Мамочка, а вчера такое небо звездное было, у меня прямо голова закружилась вся, когда я на него смотрела… – Ох ты, деточка моя, – мама прижала ее к груди, – меньше…

Правдивое отображение событий этой эпохи и тот исторически верный анализ их, который мы находим в романе Амаду, стали возможными для автора только потому, что в своей новой трилогии он безоговорочно вступил на путь социалистического реализма. Глубоко анализируя события, проникая духовным взором в их…