Фантастика

Тебе было тридцать пять, когда ты остановил свой пикап у этой чёртовой забегаловки. Одно неправильное решение, и ты будешь ненавидеть себя всю жизнь. Когда ты вспоминаешь об этом, суставы начинают скрипеть, кости ломит, зубы норовят укусить язык. В этом городе даже собственное тело ведёт себя непредсказуемо.…

Я внимательно выслушал всех, кто выступал до меня. Нет, все верно было изложено, все точно подмечено. На Землю прилетали пришельцы, они до сих пор возвращаются, чтобы поставить эксперименты над похищенными. Кто-то бы спорил, а я не буду. Мне показания свидетелей кажутся вполне достоверными и объективными.…

– Танцует! ОНА танцует! – Грязный палец с обломанным ногтем уткнулся – нет, не в небо. В самый верх полуразрушенной стены бастиона. Головы повернулись туда, куда он указывал. И низкий тихий гул – то ли вздох, то ли стон – пронесся между копейными древками, затрепетал в гривах коней. Словно испуганное…

Божья коровка ползла по левой Алькиной груди, шустро перебирая крохотными лапками. Добравшись до соска, она секунду помедлила, покрутилась на месте, отчего Альке стало щекотно, а сосок сморщился и сделался похожим на маленький розовый финик. – Божья коровка, улети на небко! Там твои детки кушают конфетки… –…

Он вздрогнул. Сузились размеры комнаты. Квартира неузнаваемо изменилась. Исчезла старинная мебель, исчезли ковры. Повеяло холодом, неуютом. Он находился в малогабаритной комнате. Открытая дверь вела в крохотную прихожую. Из совмещенного санузла доносился частый стук капель. Окна были тусклые, по одному…

Лавровые кусты пахли пылью и чем-то кислым. К тому же они нещадно кололись обрезанными концами и сучками. Кто бы мог подумать, что такой гладкий и приятный с виду лавр внутри так воняет, да еще и колется? Сидеть на лаврах, увенчанным лаврами и с лаврами в руках, было совсем неуютно и неприятно. Квам…

Взял я ее без всякой задней мысли, а когда до дачи добрался, то выложил эту хрень из кармана на первую попавшуюся горизонтальную поверхность — на холодильник то есть, он как раз возле входа стоит. Причем не аккуратно положил, а просто шмякнул. Вооот. А утром зацепил мимоходом. И хотя видел я ее при этом…

«И брани быть, и городам гореть, и женщины вина, а не богов, что сгинут и герои, и вожди…» – беззвучно шепчут губы Гектора. Он крепко зажмуривается на мгновение, а когда вновь открывает глаза, морок исчезает. Приамид принимает решение. Меч с шипением покидает ножны. В самый раз, чтобы успеть парировать…

В том же 1422 году, в самую Масленицу, в городе Лида с великой помпой отметил свои годы старый литвин, польский король Ягайло – взял в жены Софью Гольшанскую, девушку в расцвете сил, молоденькую, семнадцатилетнюю, больше чем на полста лет моложе себя. Поговаривали, девица та больше красотой, нежели поведением…

При таких стартовых условиях немудрено стать сверхэрудитом и гением анализа. Но мироздание заставляет платить за все… Наверное, платой за интеллектуальную мощь туиуу стали их мерзкие душевные качества – если допустить, что в одноклеточном существе, пусть и огромном, есть место для души. Мелочные,…

Кто мы? Праздный вопрос. Естественно, что мы знали изначально: мы воины, и нас взрастили, нас создали для завоеваний. Но тот, кто нас строил, равнял, заставлял держать строй, считал несколько иначе. Он кричал, царапая нас своим колючим, безжалостным взглядом: – Вы – никто! Вы – пустое место! Полные,…

– Нам не нужен молодой красивый труп. В плане операции его не было. – А если бы труп оказался твой? – Не будь занудой, папаша, – подает голос Тим. – Алекс поступил очень глупо, но… Нельзя за такое ругать. – Тебя не спросили… сынок, – цедит Борисыч. Маршрут рассчитан по секундам, три зеленых светофора,…

– А мне кажется, или ты лезешь не в свое дело, мистер?! – вскидывается рыжеволосый Марк. Его лицо, украшенное крупной россыпью веснушек, идет красными пятнами. Два его товарища выражают одобрение неясным гулом, в котором даже идиот различит неприкрытую угрозу. Особенно беря в расчет сжимаемое линчевателями…

Вечером, едва развели костёр, Стивенс в очередной раз сказал, что они – кретины. – Три кретина и идиотка, – уточнил Стивенс. – Прости, что помянул в мужском роде, – обернулся он к Доре. – Ничего, тебе простительно, – Дора извлекла из рюкзака пакет с крупой, придирчиво его осмотрела и принялась отсыпать…

– Вас не убьют, – поспешно сказала Снежана. – Правда-правда. В стылой промозглой ноябрьской ночи, под всполохи пламени от костров и зловещий треск прогорающих сучьев, её слова прозвучали совсем по-детски: наивно, растерянно и неуклюже. Ноябрь. Снежана – Один из вас вернётся к своим, – сказал Конрад…

– Молиться умеешь? – Не-е-т, – прохрипел я. – Это плохо, – сказал незнакомец. – Вот так безбожником и помрешь. Он отвел меч, оставляя на шее длинную царапину, и полез в мою сумку. – Ого! – сообщил он. – Да ты, брат, не промах! Сколько кристаллов добыл. Небось, поубивал кучу народа, а? Зачем тебе…

«Людовик Икс-Ай-Ви», – прочитал Джейт по буквам первую надпись и перешёл ко второй. – «Маркиза де Монтеспан». «Вероятно, это их имена», – пришёл к выводу Джейт – и только сейчас заметил большую вывеску над витриной. «Выставка восковых фигур», – прочитал он, и логос-аппарат загудел от напряжения.…

[1] Когда звонит телефон, Энн только выходит из душа, и хотя в доме полным-полно родственников – вон как шумят на первом этаже, нагрянули целой стаей, а уезжать, похоже, не намерены! – трубку никто не берет. И автоответчик не включается, а ведь Джеймс настроил его так, чтобы срабатывал после пятого…

– Не томи, выкладывай, что было дальше. Мне не терпится узнать. Элизабет усмехнулась: – Конечно, я не смогла отказаться. Он присел рядом, мы разговорились, и выяснилось, что в прошлом году он тоже слушал курс лекций профессора Брэннера. – Чудеса, да и только! Прямо как в сказке! – Но это и в…

А дальше по улице неприветливо скалятся остовы разоренных промышленных зданий, вечная стройка, круглосуточно распахнутые ворота с предостерегающей табличкой: «Внимание, опасно! Не ходить». Врут, кстати, нет там никаких опасностей, но интересного тоже ничего нет, только смутное обещание будущих изменений…