Жребий брошен
Шрифт:
Луций смотрел на происходящее побоище несколько мгновений, и особо не раздумывая бросился на подмогу Клавдию, который силой отгонял воронку инферно подальше, стремясь защитить короля и приближённых.
— Куда ты идёшь, это не наша битва! — вскричал Марк, хватая друга за руку.
— Если мы не придём на помощь сейчас, то потом эта битва придёт к нам в Калабрию. И потом, там Валерия, и Клавдий, а им мы с тобой кое-чем им обязаны! — ответил Луций, глядя в глаза Марка.
— Будь оно всё не ладно, веди! — кивнул ап Риний, вытягивая меч, на что Луций лишь улыбнулся.
Пятёрка воинов быстро растолкала толпу и побежала в сторону битвы, замечая, что тут и там вспыхивали схватки хорошо вооружённых людей и охраны Форума. Оставшиеся люди убегали прочь с площади пытаясь спрятаться.
— Это спланированная
— Согласен! — коротко бросил ап Гвилан через плечо, и с поднырком ушёл от атаки нападавшего, вонзая в того клинок. Пробившись на площадь, они вступили в битву.
Тем временем, у Клавдия дела шли очень плохо, воронка пожрала уже десяток людей, конечно трое из них были предателями, их не жалко, но семеро были преторианцами и легионерами охраны, верными сынами Мализии. Лишь благодаря силе Клавдия, воронка не набрала ещё критической массы, становясь порталом для входа демонов инферно. А жрецы и маги гильдии, увязли в боях на площади и никак не могут подойти к нему поближе. Клавдий бросил взгляд на пленных и от досады прикусил до крови губу, те уже почти разобрались со своей немногочисленной охраной, завладев оружием легионеров, и готовясь ударить по отряду преторианцев. Единственное что их замедляло, это воронка которую требовалось аккуратно обойти, чтобы не стать её кормом. Разделившись надвое бывшие пленники обогнули инферно, с остервенением вгрызаясь в уже малочисленных преторианцев. Клавдий, обернулся к Валерии посмотрев ей в глаза:
— Ар Уилан, уводи короля! — мгновения она выдерживала его взгляд, после чего кивнула.
— Кузен, я не покину своих подданных, в трудный час!
— Мой король, если погибнете вы, то гибель королевства лишь вопрос времени, поспешите, мне некогда спорить с вами, и оттягивать воинов на вашу защиту!
— Хорошо, Клавдий, доверюсь вам, — спустя мгновения ответил Публий, выходя из-за спин преторианцев и проследовав за Валерией.
В те же мгновения воронка наконец втянула последние жертвы братоубийственной битвы вокруг себя, и стала преображаться в разрыв ткани реальности. Из этого разрыва была выплюнута черная тень в будто бы балахоне. Лица под капюшоном темной твари было не видно, существо не стояло на земле, а слегка парило над ней. Ноги у демона заменяла дымка из черного тумана, а вместо рук были длинные трёхпалые кисти с тонкими игольчатыми когтями. Выпрямившись и поведя пустым капюшоном по толпе, существо издало оглушительный крик, отчего у ближайшего преторианца лопнула голова, обрызгав смесью крови и мозговой жидкости своих боевых товарищей. На мгновение чудовище остановилось, и вновь издало крик в небо, больше напоминавший скрежет камня по металлу, чем звук от живого существа. В этот момент в головах людей прозвучало: «Nomen illis legio». И потусторонняя тварь вновь атаковала гвардию короля, на что Клавдий снова выставил щит энергии, защищая бойцов.
***
Тем временем, Луций с товарищами пробивались через резню учиненную заговорщиками. Марк и Луций держали щиты вокруг отряда, прорываясь через толпу, остальные бойцы прикрывали фланги и наносили попутный ущерб, тем кто казалось не принадлежал к слугам короля. В жуткой толкучке, отличить друзей от врагов было невозможно, разве что легионеры из оцепления и преторианцы выделялись наиболее ярко. Тем не менее, у них получалось продвигаться всё дальше, когда раздался сначала один пробирающий до костей вой, за ним спустя некоторое время ещё один, и потом в головах прозвучала до боли знакомая фраза: «Nomen illis legio».
— Луций, ты слышал? — с ужасом в голосе крикнул Марк.
— Да! Надо бежать к Клавдию! — прорычал Луций.
Воины отряда мечами стали прокладывать себе дорогу, больше не отвлекаясь на мелочи, кого сшибая ростовым щитом, кого расталкивая силой. Спустя несколько минут оказавшись невдалеке от Клавдия и горстки живых преторианцев, что героически отбивались и от заговорщиков с одной стороны и от твари инферно с другой. Времени на сотворение ритуала для уничтожения твари у Клавдия не было, потому всё что он мог это отбрасывать её щитом. Проблема состояла в том, что тварь была гораздо менее материальной, чем ранее виденный демон, и уколы обычными мечами не оказывали на неё
никакого воздействия. Зато имела воздействие молитва нескольких преторианцев, что вцепились в свои нательные брошки, вознося мольбу к богам. Это оказалось гораздо более сильной защитой, чем периодически выставляемый щит энергии Клавдия. Когда пятёрка воинов добежала до гвардии, ударяя по заговорщикам с тыла, те дрогнули от неожиданности, ослабив напор на Клавдия.Получив передышку, и увидев кто пришёл ему на помощь ап Рианон приветливо отсалютовал воинам Луция, и на пробу кинул в потустороннюю тварь порошок из кошеля, который постоянно носил с собой. Демона мигом опалило, отчего он издал вой, но в отличие от первых двух крик был довольно жалким. Тогда тварь обернулась к остальным сражающимся и как будто пронеслась насквозь через двоих поединщиков, отчего на землю опали два высушенных трупа, по иронии судьбы пытавшихся убить друг дружку и полегших на землю в подобии объятиям примирения.
Луций же ворвавшись в строй предателей, перестал сдерживаться, и стал применять вновь освоенные навыки, которым обучил их с Марком Клавдий, останавливая сердца от боли, ударяя чистой энергией такой силы, что раскурочивал головы и грудные клетки. Марк применял более сдержанную тактику боя, работая скорее от обороны, и не теряя головы. Он умело командовал бойцами: где следует прикрыться, где контратаковать, а когда и отступить, при этом командуя, он также вносил свой вклад поддерживая щит над всеми и отражая львиную долю ударов, изредка нанося убийственные атаки по врагам. Луций, же во время боя становился воплощением смерти, и отдаляясь от отряда отдавался дыханию битвы, орудуя то клинком, то магией.
Два боевых мага и три воина устроили для заговорщиков настоящее побоище, где кровь лилась легко, будто вино на либералиях* (*празднество в честь бога Либера). Видя что они дерутся с предателями к ним стали стекаться легионеры Мализии. Марк будучи в центре сражения, вытащил клинок, и скомандовал:
— Стройся в фалангу! Поднять щиты! Копьеносцы вторым рядом! Коли! Шагом вперёд! Коли!
Сформировав боевую фалангу, в центре которой были Сидий, и Евферий они перевели сражение на уровень борьбы строя против толпы. Луций и прикрывающий его Фурий били с фланга внося сумятицу. Всё чаще стало звучать: «Коли! Руби! Держать строй! Держать строоой!». И толпа дрогнула. Заговорщики побежали, делали попытки скрыться от побоища, но легионеры подавив волнения прочих предателей взялись за убегающих. Луций же видя, что чаша весов склонилась на их сторону побежал к Клавдию, чтобы встать с ним рядом, наблюдая как жрецы окружили демона, пригвоздив того к земле силой молитв. Один из них в одеждах верховного жреца Юпитера, уже начитывал молитву от которой демон исходил темным дымом пронзительно визжал. Но теперь этот крик утратил свою убийственную силу, звуча довольно жалко. Дочитав молитву, верховный жрец обернул ладонь к демону, направив в его сторону сияющую молнию, что являлась символом его божества. Ударив в тварь, молния мгновенно испарила исчадие инферно, а жрец слегка опал от усталости. Но его успели подхватить служки чтобы отвести от побоища.
Тем временем Марк, неожиданно для себя став командующим сотней легионеров успешно рассеял врагов, и занимался теперь тем, чтобы никто из противников не сумел уйти от возмездия. Мог ли когда-либо раньше эквит-калабриец, вообразить, что он будет сражаться бок о бок с легионерами Мализии. Нет он не испытывал к ним ненависти, хотя они и сожгли его родовое поместье и убили многих родичей, он сполна отплатил за это во времена мализийской кампании. Но того, что происходит сейчас, он конечно представить себе не мог, чтобы он берёг жизни подданных Мализии, уничтожая её врагов, этого он даже в страшном сне не мог себе представить.
— Клавдий, я не вижу Валерии, где она? — спросил Луций, фрументария, наблюдая за ритуалом изгнания демона.
— Я отослал её вместе с королем, и несколькими воинами. Они должны отступить во дворец, до окончания бунта, там король со своей семьёй будут в безопасности.
— Мне тревожно, я пойду за ними. — не глядя на Клавдия, ответил Луций.
— Что-то мне подсказывает, что ты больше тревожишься за госпожу ар Уилан, чем за короля. — проговорил Клавдий, и усмехнувшись добавил, — впрочем дело твоё. Понимаю, и не осуждаю, беги, я следом пойду.