Заговор Арбеллы Стюарт
Шрифт:
Арбелла уставилась на Бриджит. «И мы застряли здесь, неспособные действовать».
«На данный момент, миледи,» сказала Бриджит, делая паузу в своем шитье,» это самое безопасное место для вас — никто не сможет обвинить вас в участии в каких-либо заговорах».
* * *
Два дня спустя Дороти Перси приехала навестить Арбеллу.
«Арбелла, моя дорогая, эти комнаты роскошны», - воскликнула Дороти, скользнув в гостиную, которой Арбелла пользовалась днем. «Вы так близки к Бесс и Уолтеру — должно быть, приятнее всего гулять вместе в садах».
«Есть гораздо худшие
Дороти сделала паузу, снимая свои элегантные синие кожаные перчатки. «Ты поступил мудро, оказавшись вдали от придворной суеты», - вздохнула она. «Пенелопа вынуждена весь день играть в нелепые игры и прислуживать королеве. Анна — приятная женщина, но она находится в постоянном соперничестве с Джеймсом, пытаясь доказать, что ее двор более утонченный, чем его, и в нем много беспорядков.»
«У меня есть место снаружи для моего личного пользования», - сказала Арбелла. «Не хотите ли перекусить на солнышке?»
Две женщины взялись за руки и прошли через большие двери в длинный прямоугольник сада, где были натянуты шелковые навесы, дающие тень от позднего осеннего солнца.
«Это напоминает мне Ричмондский дворец», - сказала Дороти, устраиваясь на стуле, заваленном яркими подушками. «Когда ты гостил у Хелены и Томаса».
«Как они?» — спросила Арбелла.
«Не очень хорошо. Им не нравится этот новый режим».
«А Лиззи Брук, как у нее дела?»
«Она остается в Остерли-Хаусе с леди Гертрудой и сближается с сыном Гертруды, Фрэнсисом. Он был самым внимательным с тех пор, как она потеряла статус и умер ее муж.»
Арбелла попыталась скрыть свое удивление. Лиззи и Джордж были преданы друг другу. Но, рассуждала она, женщина без мужа была обузой для своей семьи, особенно для той, у которой были маленькие дети, которых нужно было содержать.
«Мой муж и его двоюродный брат считают, что она поступила мудро, выбрав хорошую партию», - сказала Дороти. «Генри тесно сотрудничал с Фрэнсисом Ридом, и он высокого мнения о его научных знаниях».
Арбелла наклонилась ближе к Дороти. «У вас есть новости?» она прошептала.
«Да, самый захватывающий, какой только можно вообразить».
«Скажи мне».
«Йоркширец Фоукс вернулся из Испании. У него было множество писем и посланий от придворных, не все из которых были католиками, которые выступают против короля и предполагают, что с небольшой военной помощью новый двор может быть свергнут. Испанцы в очередной раз согласились поддержать эти планы, заверив вас в вашем соучастии. Существует также новая схема, позволяющая вывести вас из башни и доставить в безопасное место. Таким образом, когда начнется битва за смещение Джеймса, вы будете вдали от опасности, а когда она закончится, вы сможете с триумфом въехать в Лондон, как только вас провозгласят королевой».
Волнение от этой идеи больше не привлекало Арбеллу так, как это было до ее пленения. Тем не менее, идея вернуть мир и стабильность в королевство, которое она любила, которое в настоящее время раскалывалось на недовольные фракции, дала ей ощущение цели, намного превосходящее то, что она теперь рассматривала как свое тщеславное желание носить корону в прошлом году.
«Кейтсби все еще возглавляет этот заговор?» осторожно спросила она.
«Он один из многих».
«Кто еще?
«Мой муж; Эдвард Сомерсет, Фрэнсис Клиффорд и ваш дядя, Гилберт Тэлбот. Эти люди готовы провозгласить тебя монархом.»
«Мой дядя?» Арбелла уставилась на Дороти.
«Да. Ваш осторожный, богобоязненный дядя.
Даже ему надоели распутство и экстравагантность Джеймса и его придворных фаворитов».«А мои дети?»
«Энни остается в безопасности в Пембрукшире».
Внезапная смена тона Дороти вывела Арбеллу из себя. «Где Генри? Удалось ли Эдмунду переправить его в безопасное место?»
«Нет. Его обнаружили в доме Мэри Арден, но не волнуйтесь, они оба в безопасности. Затем Генри был помещен с вашим дядей на несколько недель, прежде чем Джеймс настоял, чтобы Генри был возвращен Оливеру Кромвелю в Хинчингбрук-Хаус. Он говорит, что это для блага Генриха — если он будет в доме такого лояльного протестанта, его не испортит никакое папистское влияние.»
Арбелла в отчаянии покачала головой при упоминании религии. Это было оправданием, но она знала, что могло быть гораздо хуже. Генри мог просто исчезнуть. К счастью, Джеймс проявил сострадание к ее сыну. Хотя ей не нравился Кромвель, считая его скупым, в прошлом он хорошо заботился о Генри, и она знала, что ее сын будет в безопасности под его опекой.
«Джеймс немного приходит в себя, если у него хватило ума отправить Генри обратно в Кембриджшир», - сказала Арбелла. «Все лето я получал сообщения о том, что Джеймс болен, бредит и находится на грани смерти. Меня неправильно проинформировали?»
Дороти покачала головой. «Слухи верны, Арбел, но, поскольку мы, леди Мелузина, скрыли от двора многое из того, что произошло с королевой Елизаветой, верные люди Джеймса делают то же самое. Его здоровье редко обсуждается, но когда он появляется, он выглядит бледным, и он вообще почти не охотился в прошлом месяце — верный признак того, что он нездоров».
«Ты прав», - вздохнула Арбелла. «До меня дошли слухи, что он думает, что был проклят могущественной ведьмой».
Дороти выглядела встревоженной, затем кивнула. «Его врачи утверждают, что он страдает от приступа, подобного тому, от которого страдаете вы и который сразил его мать. Джеймс считает, что его недуги вызваны колдовством. У его сына, принца Генри, также начинают проявляться похожие симптомы.»
Ужасное осознание просочилось в сознание Арбеллы. Она пристально посмотрела на Дороти своими твердыми голубыми глазами. «Он считает меня ведьмой, не так ли?»
Дороти хватило резкого вдоха. Внезапно ее заключение обрело смысл. Роберт Сесил не хотел допрашивать ее, потому что не хотел предупреждать ее о реальном страхе в сердце короля. Они не подозревали о другом заговоре, как предполагалось, — они были слишком самонадеянны, чтобы думать, что подобное может повториться, — вместо этого они держали ее здесь, под пристальным вниманием, чтобы посмотреть, не способствует ли ее поведение обвинению в колдовстве.
Если Джеймс думает, что я ведьма, рассудила она, это только вопрос времени, когда он создаст повод привлечь меня к суду. Если бы заговор, возглавляемый Кейтсби, был раскрыт, Джеймс, несомненно, предположил бы, что Арбелла контролировала всех этих людей с помощью магических сил. Это была еще одна причина поместить ее в Звездную палату и заставить отчитаться за свое поведение.
«Итак, колдовство — корень моего заключения», - сказала Арбелла.
«Да», - ответила Дороти. «Мы обнаружили эти истины только на этой неделе. Мой муж и Фрэнсис Клиффорд посетили спектакль при дворе, и Джеймс обсуждал свои требования к будущим работам. Он отозвал Уилла Шекспира в сторону, спросив, писал ли он когда-нибудь о ведьмах и их вмешательстве в выбор монарха. Шекспир утверждал, что слышал старую шотландскую легенду и изучит такую возможность.»