Забытый замок
Шрифт:
– Они опасны, только если чувствуют страх. И если кровь попробуют.
Понятно. Значит, к трупам подпускать эту нежить нельзя, иначе взбесится. Хотя зачем им кровь? Ведь есть они не могут по определению – в этом я вскоре убедилась воочию.
Тьма вокруг сгустилась. Вик внимательно вглядывался в пустоту улицы, в нетерпении поигрывая кинжалом. Тони, просто прикрыв глаза, ждал. Целое мгновение я не слышала даже своего дыхания.
Коротким, четким движением, не поворачиваясь, Тони ребром ладони рассек воздух справа от себя. Из полумрака в круг освещенного фонарями асфальта выпал трухлявый скелет. Белые кости в саване из грязной паутины.
И что тут началось!
Следуя совету, я целилась клинком в позвоночник, что было совсем не сложно, учитывая общую прозрачность бестелесного воинства. А вообще ветхие ребра и прочие конечности очень мило рассыпались с первого же удара. Если же бить прицельно – мощи складывались в аккуратные кучки… Вот только уж очень много их было.
Между делом я успевала оглядываться на парней. Поняв, что помощи мне не требуется, они, как говорится, решили отвести душу, то есть оттянуться по полной. Вик нежить колошматил просто и со вкусом. А Энтони, похоже, собрался припомнить все известные ему приемы рукопашного боя, применяя их по очереди и не повторяясь. Вот такая ночная физкультура.
В общем, бедная нежить. Хоть их вначале, казалось, было много, для нас троих оказалось явно маловато.
– Ой, сколько мусора! – вздохнул Вик, переведя дыхание и оглядевшись. – Что делать будем, Тони? Нельзя же оставлять такую свалку.
– Пусть Венера приберется.
– Что?!
– Правильно! Венер, это несложно – осени сей бренный прах крестным знамением.
– По-православному или по-католически?
– А им все равно.
– Только нас не задень.
Я перекрестила ближайшую ко мне кучку костей. Прах, будто порох, вспыхнул бенгальским огнем. Пламя быстро перекинулось на соседние останки – и вот уже заполыхало все.
– Красота! – сказал Вик.
– Про машину забыли! Сейчас взорвется – бежим!
– Генеральная уборка называется…
Недалеко от дома нас встретил Князь. Он вынырнул из кустов зеленой изгороди, сверкая фосфоресцирующими глазами в жемчужном сумраке близкого рассвета. И повис на штанине хозяина.
– Попридержи когти! – воскликнул Тони, беря кота на руки. – Всего располосовал, зверь.
Князь восседал на хозяине, счастливо щурясь, распушив хвост, как факел, и запуская в плечо Энтони когти то правой, то левой лапы.
– Буду спать до вечера, – пообещал, зевая, Вик.
– А я ногу натерла, – пожаловалась я.
И тут эта бедная моя конечность неудачно подвернулась и я потеряла равновесие. Я б не упала, если б Энтони, в которого я врезалась, удержался на ногах. Но, видимо, моя боль откликнулась в нем с полной силой.
Так что мы оба повстречались с асфальтом – Князь успел спрыгнуть с рук хозяина весьма вовремя.
– Венера!
– А я что? Разве я специально?… Ой, что это?!
Сзади, в зарослях зеленой изгороди на миг вспыхнуло пламя – в кустарнике оказалось пробито круглое отверстие с краями из дымящихся обугленных листочков. А с другой стороны на нас несся угрожающе шипящий шар раскаленной плазмы. Из-за спины Энтони мне было плохо видно. И высунуться он мне не дал, бесцеремонно толкнув обратно на землю. Я только заметила, как, выбросив вперед руку, Энтони остановил летящий снаряд и усилием воли заставил его отправиться обратно. На
другой стороне улицы метнулась тень, но огненный шар настиг своего отправителя и взорвался с беззвучной вспышкой.– Кто это был? – спросила я.
– Теперь уже не узнаем, – сказал Тони. И добавил смутив меня серьезным взглядом: – Ты спасла меня.
– А кстати, где Князь? – поинтересовался Вик и, подав мне руку, помог подняться.
Энтони пошатнулся и, сжав голову руками, глухо застонал.
– Тебя задело? – всполошился Вик.
– Боже, как плохо… – прошептал он, – никогда хуже не было…
Кусты изгороди зашевелились, и на тротуар рыжей молнией выскочил Князь. Он что-то держал в зубах Я наклонилась, и кот положил мне на ладонь… крошечного котенка. Малыш дрожал, испуганно мигая бусинками глаз.
– Ну вот и причина… Такой маленький, а столько эмоций, – сквозь боль улыбнулся Энтони.
Он забрал малыша из моих рук, осторожно погладил по пушистым круглым ушкам. Спрятавшись в тепло под пиджак к Энтони, этот маленький грязный заморыш подумал минутку и замурлыкал, как настоящий кот.
– Твое высочество, ты у нас которого по счету зверя спас? – спросил Вик, беря на руки Князя.
– Тринадцатого.
– Значит, так и назовем – Микадо Долголапый Тринадцатый!
Наконец-то этот бесконечный день закончился. Столько всего сегодня со мной приключилось – даже в голове не укладывается! Но, слава Фрейру, я добралась до постели, и если хоть чуток посплю, то, может, все впечатления как-нибудь в порядок приведутся.
Скажу сразу: квартирка у Энтони оказалась не маленькая и в мое распоряжение предоставили целую отдельную комнату. Апартаменты достались Тони от прабабушки – кстати, той самой, что поведала о тайне графского наследства. И были, честно сказать, ничуть не хуже замка! В элитном доме, в очень приличном районе (удивляюсь только – здесь позволяют держать домашних животных!). И интерьер внушал уважение. Я разулась в прихожей, не решившись топтать каблуками явно старинные и дорогие ковры, к которым парни, между прочим, не проявили ни капли почтения! А Князь – вот зверь своих хозяев – с огромным удовольствием побежал точить когти о полированную мебель стиля ампир. В этом доме явственно чувствуется отсутствие женской руки!
Нет-нет, не подумайте, что в квартире был жуткий бардак. Бардак – вполне естественный и обычный для нормального существования – имелся в спальне Энтони и на кухне. А вот в остальных пяти комнатах жизнь присутствовала лишь в виде цепочек кошачьих следов на толстом ковре пыли. В общем, атмосфера тут была абсолютно та же, что и в замке. Эх, прибраться бы здесь генерально, по-весеннему…
Я гуляла по комнатам, разглядывала картины в золоченых рамах, семейные фото на книжных полках, фарфоровые пасторальные статуэтки…
– Вик, какого черта! Выключи немедленно! – раздался разъяренный вопль из кухни. Энтони имел в виду телефонный автоответчик, включенный в прихожей.
– Надо же узнать, кто сегодня тебя искал, – откликнулся Вик из другой комнаты. – Вдруг что-нибудь важное.
– Нет там ничего важного, – огрызнулся Тони.
Автоответчик послушно выдавал сообщение за сообщением: от бабушки Ирмы: «Позвони мне!»; от бабушки Линды: «Позвони матери, имей совесть!»; от бабушки Сандры: «Где ты пропадаешь? Мы волнуемся!»; от бабушки Миранды: «Чтоб сегодня же был у меня. Если не явишься – обижусь раз и навсегда!» И через секунду: «Это я, твоя обиженная бабушка. Если не перезвонишь, перестану с тобой разговаривать». И следующее сообщение: «Это опять я. Звоню сказать, что теперь с тобой, Антуан, не разговариваю».