Чтение онлайн

Так что в кабинет директора она отправилась с лёгким сердцем. Веру Ивановну она уже видела за завтраком, когда та вручала подарки очередным новорожденным. Поэтому сейчас легонько стукнула в дверь, открыла её и, заглянув, спросила:

– Можно?

– Заходи, заходи, народный мститель, - улыбнулась ей Вера Ивановна.
– Присядь, у меня серьёзный разговор. Не бойся, воспитывать и читать нотации не буду. Что сделано, то сделано. Я тебя по другому поводу позвала. Как ты считаешь, ничего, если сегодня ты школу пропустишь?

– Ничего, - озадаченно ответила Женя.
– Я у девочек потом задания узнаю.

– Я хочу съездить сегодня с тобой к твоим родным, - объяснила Вера Ивановна.

– К каким родным?
– испугалась Женя.
– Вера Ивановна, миленькая, не выгоняйте меня, пожалуйста. Я больше

не буду никого наказывать, честно, честно, - затараторила она, с ужасом представляя, что все её надежды на волшебную жизнь так резко обрываются.

– Тихо, тихо, Женечка, - Вера Ивановна поспешила обнять расстроенную девочку.
– Ты всё неправильно поняла, маленькая. Никто тебя ни выгонять, ни наказывать не собирается. Ну, успокоилась?
– она ласково заглянула в наполненные слезами глаза Жени.

– Так я остаюсь здесь?
– поспешила увериться Женя.
– Вы меня никому не отдаёте?

– Женечка, всё будет так, как ты захочешь, - заверила её Вера Ивановна.
– Просто я закончила сбор сведений о твоих родных. Вот хотела сегодня тебя с ними познакомить.

– Но я же отказная, - изумилась Женя.
– Если они от меня тогда отказались, наверное, и сейчас не захотят знакомиться.

– Всё не так просто, моя девочка, - вздохнула Вера Ивановна.
– Я выяснила, что они не только от тебя не отказывались, они даже не подозревали о твоём рождении.

– Это как?
– удивлённо спросила Женя.

– Твоя мама была очень вспыльчивой, а беременность эту черту ещё усиливает. Вот когда она в очередной раз вспылила и поссорилась с твоим папой и его родителями, она решила их "наказать". А получилось, что наказала тебя. Папа твой, он спокойный, уравновешенный, как и его родители. А мама была импульсивной, несдержанной. Оксана, твоя мама, часто устраивала скандалы, во время одного из них собрала свои вещи и ушла, пригрозив: "Вы ещё обо мне услышите, умолять будете, чтобы вернулась". На что твой дедушка ответил: "Мы и сейчас тебя не гоним". Она не сказала никому из них, что у неё уже 3 месяца беременности, решила родить и вернуться с ребёнком, заранее представляя, как все с ней будут носиться. Оксана уехала в соседний город к бывшей однокласснице, которая жила в отдельном просторном доме. Попросилась пожить полгода, когда родит - уедет к мужу. Приятельница не знала, кто её муж. В роддом Оксану привезла скорая, она, когда почувствовала схватки, вышла из дома с паспортом и страховым полисом, из магазина вызвала скорую. Мама твоя умерла во время родов. Пуповина захлестнула ребёнку шейку, пока врачи занимались младенцем, не заметили, что роженица умерла. А умерла она от асфиксии, проще говоря, задохнулась, поскольку у неё получился отёк горла от укола. У твоей мамы была аллергия на многие лекарства, а этого в роддоме не учли. В больнице не знали, где она жила, по паспорту сообщили в милицию станицы, где жили её муж и его родители. Андрей, твой папа, приехал, в морге получил тело, никто не сообщил ему о ребёнке. Ребёнка отдали потом в дом ребёнка, а потом ты и попала в этот детдом. Поэтому твой папа ничего не знал о твоём рождении. В свидетельстве о смерти твоей мамы была просто указана причина "асфиксия от лекарства", а то, что она произошла после родов, ему никто не сообщил. А медики ещё возмущались: "Подумать только, забрал тело жены, чтобы похоронить, а о ребёнке даже не заикнулся!" Вот тебе в медицинской карте и написали "отказная" и отправили в дом ребёнка. Поэтому я тебе и предлагаю, если хочешь, пропусти сегодня школу. И мы поедем к твоим дедушке и бабушке.

– А папа?
– с замирающим сердцем спросила Женя.

– С папой сложнее, - снова вздохнула Вера Ивановна.
– Он после смерти жены уехал отсюда, сменил несколько городов. А потом осел в Сибири. Женился там, так что у тебя ещё есть братишка, Илюша. Ему уже семь лет.

– Так может я им и не нужна, раз у них ещё ребёнок есть?
– с привычной горечью спросила Женя.

– Вот давай мы сегодня всё и узнаем, - предложила Вера Ивановна.
– Я бы могла сначала им всё рассказать, но подумала, что ты уже большая девочка. Не боишься принимать серьёзные решения, - намекнула она на вчерашнее.
– Поэтому я решила сначала рассказать тебе правду о твоём рождении, а потом с твоего согласия сообщить о тебе родным. Иначе ты могла бы меня упрекнуть,

почему я не позволила тебе самой решить, хочешь ли ты знакомиться с родственниками, сообщать им о своём существовании. Так что и в этот раз решай сама, девочка. Я только повторю то, что говорю постоянно всем вам - мы поддержим любое ваше решение и всегда поможем. Ни к чему принуждать не станем и из детского дома без вашего согласия отпускать не будем.

– Ну, тогда ладно, - согласилась Женя.
– Поедем к бабушке с дедушкой, познакомимся. Только если они мне не понравятся, я с ними общаться не буду, - неуступчиво предупредила она.

– Твоё право, - согласилась Вера Ивановна.

Они сели в машину и выехали из города.

– Время на дорогу тратить не будем, - предупредила Вера Ивановна.
– Сейчас будет поворот, там мы проедем через портал прямо к станице, где живут твои бабушка и дедушка.

Домик бабушки и дедушки Жене понравился. Вообще-то она сгоряча его домиком назвала, дом оказался просторным. Три комнаты, кухня. В пристройках к дому была баня и летняя кухня. И ещё разные сарайчики по периметру двора. Это Женя уже потом рассмотрела. А сначала она во все глаза смотрела только на хозяев дома, которые приветливо, но с недоумением смотрели на нежданных гостей.

– Здравствуйте, - сказала Вера Ивановна, когда они, постучав, вошли в просторную кухню. Во-первых, потому, что она находилась сразу у входа, а, во-вторых, хозяева там сидели.

– Здравствуйте, коли не шутите, - отозвался крепкий на вид мужчина зрелого возраста. Стариком своего деда Женя называть бы не стала, не было в нём признаков дряхлости, как у стариков, которых она видела на улицах города.

– Здравствуйте, - Женя эхом повторила приветствие за Верой Ивановной.

– Здравствуйте, гости дорогие, - откликнулась от разделочного стола такая же крепкая ещё женщина с весёлыми задорными глазами.
– Чайку или молочка с дороги?
– радушно предложила она.
– Пироги ещё только собираюсь печь, а блинчики имеются.

– Ты как, Женя?
– Вера Ивановна оглянулась на застывшую у порога девочку.

Женя несмело кивнула. Блины она ела только раз, на этой неделе, и они ей очень понравились.

– Вот и славно, - обрадовался дед.
– Садитесь за стол. Зря ты, мать, сокрушалась, что блинов много напекла, получается, для гостей старалась, - пошутил он.

– Нам бы руки помыть, мы с дороги, - напомнила Вера Ивановна.

– Можно под краном, над раковиной, а то в сенях рукомойник есть.

Вымыли руки, сели за стол. Прежде чем приступать к еде, Вера Ивановна предложила:

– Давайте сначала познакомимся. Меня зовут Вера Ивановна, я директор детского дома. А это Женя, наша воспитанница.

– Очень приятно, - откликнулся дед.
– А мы, стало быть, Никоновы, Матвей Константинович и Мария Фоминична.

– Я директором недавно стала, - продолжила разговор Вера Ивановна.
– На этой неделе вступила в должность. Знакомлюсь с делами воспитанников, разыскиваю их родных. А то прежнему директору не было никакого дела до того, есть ли у детей родные или нет. Он на них деньги зарабатывал.

Почти все блины достались Жене, которая просто наслаждалась бабушкиными блинами, запивая их молоком из большой кружки, которую ей подала бабушка. Взрослые попивали чаёк, негромко переговариваясь.

– А у Женечки нет никого?
– осторожно спросила бабушка, с жалостью поглядывая на девочку.
– Сирота?

– Наполовину, - сказала Вера Ивановна.
– Мать умерла при родах, отцу про девочку не сообщили, вот и мыкалась сначала в доме ребёнка, а потом по детским домам.

– Так почему же отцу не сообщили?
– возмутился дед.
– Вот так у нас всегда, - горько заметил он, - вечно у отцов никаких прав на ребёнка, только обязанности.

– Отцу Жени сообщили, что его жена умерла, но не сообщили, что после родов, - начала рассказ Вера Ивановна.
– Когда он забирал тело жены, ему никто не рассказал про ребёнка, а сам он не знал. В свидетельстве о смерти было указано: "асфиксия от лекарства", но не указано, что во время родов. Когда он уехал, в деле девочки записали "Отказная". Так она и попала в детский дом.

По мере рассказа Женя заметила, как бледнеют её дедушка и бабушка, начиная что-то осознавать.

– А фамилия?
– сипло спросил дед.
– Фамилия у Жени какая?