Чтение онлайн

— У нас просто нет другого выхода, Этель, — эхом отозвалась моя мысль у Эжена.

— Я согласна, любимый, на все, лишь бы быть с тобой, — Этель прильнула к Эжену всем телом, вызывая во мне раздражение.

Она очень милая и приятная женщина, я могла бы даже подружиться с ней. Но я больше не могу с собой бороться и обманывать себя, я не хочу видеть ее и какую-либо другую женщину в нашем доме. Я не хочу делить его с другими. Я не хочу больше сжиматься от душевной боли, чтобы ревность рвала мое сердце острыми когтями. Пусть Эжен остается не со мной, но хотя бы около меня!

Сейчас влюбленная парочка думает, что мы нашли хоть преступный, но спасительный

план? Пусть думают так. А я пока займусь тем, что призову себе на помощь того, кто так же, как и я, недоволен тем, что Эжен занят только своей любовью и пренебрегает дружбой и преданностью, которым был до сих пор верен всецело. Герцог уже не раз высказывался в подобном духе.

Сейчас достану хорошенько припрятанный медальон убиенного барона де Бине и поеду в Версаль. На прием к Монсеньору.

Друзья, не забудьте посмотреть на главной странице книги буктрейлер! Надеемся, он вам понравится! Пишите свое мнение в комментариях!

Всю дорогу до Версаля Арлетт то терзалась сомнениями, то умывалась злыми слезами. Видит Бог, она не хочет ничего плохого этой паре, тем более брату, но их планы совершенно не вписываются в ту картину ее будущей жизни, которую она рисовала в своем воображении звездными ночами. Милый сердцу дом, любимый сад, совместные вечера и разговоры с Эженом, — она мечтала оставаться здесь хозяйкой. Разве она не имеет на это права? И так много лет она прожила приживалкой в доме у графини Жантильанж, где приходилось приспосабливаться, хитрить и даже иногда жульничать, чтобы добиться своего.

«Я просто хочу жить по своей воле и делать то, что хочу я сама,» — Арлетт смотрела в окно на темный пейзаж невидящими глазами. Все ее мысли были о том, что вот сейчас она сделает роковые шаги, которые неизвестно чем обернутся, и отыграть их назад не будет никакой возможности.

«Герцог благоволит мне и Эжену, — успокаивала она себя, сжимая до хруста в ладони медальон покойного де Бине со своим изображением. — Он не захочет причинить брату зла: они слишком дружны, и Версаль без Эжена — это пустое, скучное здание. Дворянство, особенно дамы, слетаются сюда только ради того, чтобы провести время с обаятельным устроителем торжеств виконтом де Ирсоном. Даже король несмотря на то, что недолюбливает Эжена (впрочем, как любого человека, который его хоть в чем-то превосходит!), понимает, что Эжен — настоящее украшение Версаля! Нет, все должно получиться!»

Герцог, увидев Арлетт, поспешил к ней навстречу с распростертыми объятиями и теплой улыбкой.

— Арлетт, дорогая, на улице вечер, а в Версале вновь взошло солнце, стоило вам ступить в этот вертеп, — радушно воскликнул герцог, целуя девушке руку.

Монсеньор питал особую слабость к Арлетт, и она знала об этом. Одно время, желая отделаться от назойливых ухаживаний де Бине, она уже было подумывала о том, чтобы сделаться фавориткой герцога. В конце концов, она ничем не хуже Атанаис Монтеспан, которой замужество и дети не мешают наслаждаться положением первой дамы короля, имея влияние во дворце более могущественное, чем у королевы.

«А у меня нет ни мужа, ни детей, даже шептаться было бы не о чем досужим сплетникам», — с усмешкой думала Арлетт.

Но внезапная смерть Антуана де Бине, о которой она ничуть не сожалела, свела на нет необходимость искать покровительства в качестве фаворитки. И хотя герцог был

молод и хорош собой, он ее устраивал более всего в качестве друга.

— Я скучал, Арлетт, несказанно рад вашему появлению в этой пресной обители, что расцветает благодаря вам и вашему брату, которого мы не видели уже довольно давно. — герцог рассыпался в любезностях, и Арлетт была рада, что он сам упомянул ее брата.

— И, боюсь, не увидите еще довольно долго, Монсеньор, — грустным тоном произнесла девушка, впрочем, не лукавя.

— Что такое, моя дорогая? Неужели Эжену стало хуже?! Насколько я знаю, он уже неплохо себя чувствует и даже прислал мне записку, что будет рад увидеться со мной в день своего рождения у себя в Сен-Жермене, — встревожился герцог.

— Да, Монсеньор, все верно, пятого ноября мы хотим устроить небольшой прием, только для самых близких друзей, — скромно заметила, потупив взгляд, Арлетт.

— Небольшой? Отчего же? Эжен всегда любил размах, — усмехнулся герцог, припоминая прежние празднования их дней рождений.

— Все меняется, Ваше Высочество, — вздохнула Арлетт. — Эжен ныне уже не тот с тех пор, как связался с одной замужней особой.

— Кто такая? Я ее знаю? — глаза герцога вспыхнули от любопытства.

— Жена графа де Сен-Дени, Этель.

— О, очень хорошенькая! Я Эжена понимаю, надо сказать. И сам бы не прочь закрутить с такой милашкой, — герцог быстро взглянул на Арлетт и продолжил, интимно понизив голос, — поскольку вы, Арлетт, не хотите осыпать меня подобными милостями…

— Даже у вас, Монсеньор ничего не вышло бы с Этель: у них с Эженом все очень серьезно! Он и смотреть ни на кого больше не хочет, словно приколот к ее юбке большой булавкой. И Версаль ему стал не мил… — Арлетт надавила на больное для герцога и выразительно на него посмотрела.

— Вот как… — герцог нахмурился. — Но что у них может быть серьезного, если она замужем?

— Они оба, словно сошли с ума, — продолжила Арлетт, — абсолютно ни о ком не думают, только о себе, любимых. Этель уже ждет ребенка от Эжена, и они собрались быть вместе, плюнув на светское общество и на Версаль! Эжен уже заикался о том, что хорошо бы им с будущим ребенком уехать далеко ото всех…

— А что, разве граф согласен на развод? Он ведь уже в годах, и вряд ли откажется от молоденькой жены… — заметил герцог, слушавший об этой любовной истории с явным неудовольствием.

Арлетт поняла, что наступил момент, когда нужно бросать на стол козыри.

— В том-то и дело, что он никогда не согласится! Ведь Этель зачала ребенка от Эжена по настоянию графа, который сам уже не может, в силу возраста, завести наследника, — Арлетт говорила и заводилась сама раздражением от своих слов. — Когда Эжен согласился на это, никто не знал, что между ним и Этель завяжется любовная связь. А теперь он сошел с ума настолько, что решил отравить старика!

— Что?! — брови герцога взметнулись вверх. Он вскочил с кресла и нервно прошелся. — Это на самом деле уже переходит все границы! Ведь в свое время я счел, что он — настоящий бриллиант в короне Версаля, и не ошибся. Я и до сих пор так считаю, — герцог повернулся к Арлетт, и она увидела в его глазах боль. — За эти годы я стал его другом, мало кто может похвастаться таким высоким званием. Пожалуй, никто, кроме него. И мою дружбу, мое расположение он так легко меняет на какую-то интрижку!…Однако эта женщина плохо влияет на Эжена! Додуматься до того, чтобы отравить высокопоставленного дворянина! Он что, хочет непременно закончить свои дни в тюрьме или на плахе?!