XCOM 2: Возрождение
Шрифт:
– Больше никакой ходьбы, - обрадовалась Читто.
– И никаких пикапов.
– Именно, - согласилась Лили.
– Насколько бы ни была полезной Элпис для поддержки деятельности Сопротивления, она слишком медленна. Время ответной реакции на события по всему миру растягивается на дни, недели, даже месяцы, как вы знаете. С этим мы сможем сократить его до часов, - Лили почти потряхивало от нетерпения.
– Теперь, если вы не возражаете, - перешла она наконец к делу, - я намерена занять себя доведением этого красавца до ума.
После установки периметра и распределения вахт, Амар начал
Прошла неделя, и тяжёлые облака принесли с собой холодный дождь и туман. К тому времени они устроили казарму в здании под вышкой и сумели наладить старую радиостанцию, так что теперь у них было дополнительное развлечение, а также источник новостей из внешнего мира. Большая часть музыки была из времён до вторжения, но был ещё и радио-театр, который по большей части ставил адаптации фильмов и книг из старых времён, но в последнее время совершенно новые произведения стали набирать популярность.
И большая часть того, что выходило в радиоэфир, было не тем, чем казалось на первый взгляд. Чтобы узнать новости, нужно было знать, что слушать. Важные новости прятались среди неважной ерунды, но знающие код, могли вычленить нужную информацию. К примеру, когда диктор говорил, что хотел бы посвятить следующую песню своей любимой пожилой матушке в Новом Париже, а в самой песне упоминался Марсель, это означало, что самое время ячейке Сопротивления возле Марселя привести в исполнение запланированные операции. Упоминание сестры, с другой стороны, предупреждало поселения, так «моей больной сестре в Берлине» было предупреждением о том, что силы Адвента Нового Берлина проводят крупномасштабную операцию в близлежащих поселениях, или конкретном поселении, на которое, опять же, указывала некая деталь в песне.
Система была недостаточно хороша для передачи детальной информации - она обычно передавалась при помощи азбуки Морзе, но она позволяла минимизировать радио-передачи, которые болтуны могли отследить. Сеть вещания разрасталась довольно органично в последнее десятилетие или около того, по крайней мере, так обычно говорили. Однако Амар начал задаваться вопросом, а не контролировалось ли это централизованно, не стоял ли за этим кто-то один, так же как Элпис и Вундерлянд, должно быть, получали финансирование от кого-то одного, а то и группы людей.
Он вполуха слушал радио, когда вошла Нишимура, одетая в дождевое пончо.
– Шеф, - сказала она.
– Ты должен кое-что увидеть.
Их было четверо: два кабана, пёс и олень - возле небольшой группы деревьев на другом берегу реки. Под затянутым тучами небом казалось, будто они покрыты серыми пятнами, но Амар был уверен, что если бы вышло
солнце, то они бы засверкали как и те, которых они встретили до этого. Как и предыдущие животные, эти ничего особого не делали, просто слегка покачивались, уставившись каждый в своём направлении.Амар почувствовал, что в его животе поселилась глыба льда.
– Думаешь, они последовали за нами?
– спросил он.
– Возможно, - ответила Нишимура.
– По крайней мере, похоже, что они пришли с той же стороны.
– Откуда ты знаешь?
– спросил он.
– Не похоже, чтобы они двигались.
– Ну, вчера их здесь не было, - пожала плечами девушка.
– Может, они передвигаются только по ночам. Или ранним утром. Или в полдень. Но если они не выросли прямо там из земли, значит, они откуда-то пришли.
– Судя по тому, что мы знаем, они и правда могли там вырасти, - отозвался Амар.
– А может, это что-то в земле. Стоит наступить - и заразишься или типа того.
– Мне их пристрелить?
– спросила она.
– Нет, - покачал он головой.
– Установи пост возле того сухостоя и пусть за ними следят. Я хочу знать, что они делают.
На следующее утро животные по-прежнему оставались на своих местах, кроме пса, который теперь стоял на их стороне реки. В дополнение к этому ёж и ещё одна собака присоединились к группе на той стороне.
«Ёж, - подумал Амар.
– Как что-то может быть настолько нелепым и настолько пугающим одновременно?»
Амар поспешил обратно на базу, чтобы поговорить с Лили Шень. Он нашёл её ушедшей с головой в работу, копавшейся в панелях двигателя. Они принесли с собой несколько инструментов, но, к их удаче, оказалось, что на базе есть мастерская, которая до сих пор довольно неплохо оснащена инструментом, так что у Лили было всё, что нужно - кроме, разве что, времени.
– Когда оно будет готово?
– спросил Амар.
– Всё идёт, как надо, - ответила девушка.
– А что, мы спешим? Думаешь, нас заметили?
– Не Адвент, - ответил он. Он рассказал ей о животных, пока она продолжала заниматься своим делом.
– Довольно любопытно, - сказала она, когда Амар закончил рассказ.
– Мне кажется «пугающе» - более подходящее слово, - возразил он.
Она пожала плечами:
– Сам думай, что с этим делать, - сказала она.
– Это твоя работа. Я занята своей.
После их разговора в пути Амар был слегка шокирован её тоном. Но сейчас она была полностью погружена в работу, все её мысли и силы были направлены на решение задачи. Когда она входила в такое состояние, она не утруждала себя излишней деликатностью или добротой. Это требовало от неё лишних усилий.
– Ты говорил, что видел, как Адвент сжигает что-то в зоне заражения там, дома, - сказала Лена.
– Наверняка им известно об этом больше, чем тебе.
Она была права. Единственное, чего на старой авиабазе было полно - это топливо, хранившееся в подземных цистернах. Он не был уверен, что сумеет сделать огнемёт, который не взорвётся у него в руках, так что после совещания с остальными бойцами, они решили, что лучшим вариантом станет нечто вроде коктейля Молотова из банок с детонатором, в которых будет налито топливо.