Чтение онлайн

Щелкнув по бочоночку прибора ночного видения, он приготовился увидеть канализацию в зеленоватом свете, но… не произошло ровным счетом ничего. Всматриваясь в густую темень прищуренным глазом, он вскрикнул и несильно ударил по прибору. Ничего. Пощелкал еще кнопкой. Тот же результат. То ли отсырели батареи, то ли прибор повредился при падении — ведь нехило ему все же летать приходилось: и с крыши вагона, и с трехметровой высоты, — так или иначе работать он наотрез отказывался. Чувство защищенности у Лека тут же улетучилось.

— Твою-то мать! — выкрикнул он. Затем снял с головы шлем, сделал несколько шагов назад и остановился как вкопанный. Ему почудилось, что позади него что-то зашипело. Резко обернувшись, он направил оружие

туда, откуда послышался звук, и приготовился стрелять, всецело надеясь, что пуля, как и в первый раз, сама найдет цель. В этот раз предупреждать никого он не собирался. Вскинув винтовку к плечу, он без раздумий выстрелил, целясь невидимому противнику в грудь. Подождал, пока в ушах перестанет звенеть, прислушался. Нет, пуля ушла в стену. И лишь когда шипение повторилось, причем гораздо ближе, чем в прошлый раз, до него дошло, почему он не попал бы в преследователя, даже если бы высадил в центр тоннеля всю обойму… О боже, да потому что эта тварь может передвигаться по стенам!

Закричав так безумно, что едва не остановилось сердце, он со всех ног бросился бежать в кромешную тьму. Настолько быстро, насколько это позволяла достающая до середины голени вязкая жижа. Острое лезвие-кость просвистело у него над головой, как раз когда он пригнулся, почувствовав нужный момент. Лек перепрыгнул через труп убитого им существа, темный контур которого ему удалось разглядеть вмиг обострившимся зрением. Он бежал, вздымая за собой целые фонтаны грязных брызг, прижав к себе винтовку, как родную мать, и молясь только о том, чтоб тоннель нигде не сворачивал, чтобы впереди не оказалось тупика. Господи Иисусе, только не тупик! Уж лучше сгореть на солнце, чем расшибить себе голову о стену.

Бежать становилось все труднее. То ли болото делалось вязче, то ли ноги от усталости стали ватными и непослушными. Лек понял, что если сейчас не остановится, то через несколько шагов просто рухнет в эту вонючую грязь ничком, сдавшись своему преследователю без боя. Где именно тот находился — отстал далеко позади или постоянно был над головой, — Лек достоверно знать не мог. В ушах стучала и гудела кровь. Настолько громко, что даже порой заглушала его прерывистое дыхание и хлюпанье болота под ногами.

Нужно стрелять! Стрелять, чтобы хоть в свете огня увидеть, что происходит и где находится бегущая по потолку когтистая мразь.

Он остановился и, обернувшись назад, выстрелил в темноту. Счетчик в голове показал цифру 6. Осталось всего шесть патронов…

Твари он не увидел, но за ту долю секунды, что огонь осветил пространство, удалось понять — он находится уже не в тоннеле, а в огромном помещении, примерно тридцати метров в диаметре и не меньше пяти в высоту. У стен стояли полусгнившие металлические контейнеры разных размеров, а на поверхности затопившей подземелье коричневатой жижи непотопляемыми кораблями застыли сотни ржавых бочек. Лек не был уверен, заметил ли он на них символику биоугрозы, — сейчас он не мог в полной мере доверять своей памяти, — но вот аббревиатуру СДЯВ МО СССР он распознал точно.

— Ч-черт! — вырвалось у него. — Только химвеществ тут еще не хватало…

Еще выстрел, теперь в противоположную сторону. Счетчик незамедлительно показал жирную пятерку.

Бочки впереди казались почти нетронутыми ржавчиной — они стояли в несколько ярусов на высоких продольных стеллажах, и все до единой были выкрашены одинаковым «армейским» цветом, с той же аббревиатурой. Между стеллажами замер электрокар-развозчик с пустым полуприцепом, а немного поодаль покосился набок погрузчик с несколькими контейнерами на поднятой платформе. А позади него… Лек израсходовал еще один заряд, чтобы убедиться, что ему не померещилось, — с противоположной стороны помещения чернели двустворчатые двери.

Какое-то время, даже забыв о преследующей его твари, расталкивая бочки, он продолжал путь, пытаясь сохранять заданную траекторию и больше не тратить патроны

на освещение пути. Вот уже совсем рядом слышался тихий стук пустых бочек о борта электрокара и погрузчика; вот уже и эхо его шагов перестало быть таким четким — начались ряды заполненных под завязку стеллажей; вот уже добавилось и хлюпанье волн грязи о стену. Лек ощутил, как через приподнятое забрало шлема лица коснулся едва ощутимый сквозняк.

С точностью самонаводящейся ракеты он вышел на цель, с первого же раза нащупав гнилую дощатую дверь. Она развалилась, как только он потянул на себя ржавую ручку. Под ногами возник небольшой выступ, потом еще один. Это были ступени, взойдя на которые Лек в несколько шагов полностью выбрался из грязи. Но чем выше он поднимался, прижимаясь спиной к стене, тем воздух становился жарче, а дышать труднее.

Уж и не зная, не лучше было бы вместо слепых скитаний по подземелью просто расшибить голову при падении с «Форта», стрелок остановился на пятнадцатой ступени и пошарил рукой в темноте перед собой. Сам не зная, на что надеется, он пытался нащупать хоть что-нибудь в этом пространстве. Стену, выступ, поворот, спуск, дверь, которые вывели бы его в другую локацию, хоть немного освещенную. Но там было пусто. Зато позади него, вероятно, в том месте, где ступени уходили в жидкую грязь, послышались знакомое шипение и легкое скрежетание.

Практически не чувствуя ног, Лек обернулся и выстрелил вниз. Увиденная им картина заставила невольно попятиться и прижаться спиной к кирпичной стене. По потолку из складского помещения, извиваясь, неспешно вползала в дверной проем огромная червеобразная тварь. Лоснящимся тучным телом она напоминала гигантского слизняка, но это было единственным сходством между беззащитным моллюском и этой тварью. В абсолютной давящей тишине она ползла к Леку, как к загнанному в тупик кролику. Раскрытая пасть усеяна множеством острых крючковидных зубов, из нее то и дело выскальзывает растроенный язык. Вдоль спины тянутся острые шипы, соединенные между собой полупрозрачной плевой, с острых зубов капает слизь. В инфернально-зеленых глазах нет страха перед изрыгающей огонь палкой в руках человека. Казалось, ее уже ничего не могло испугать.

Спустя мгновение «слизняк» уже шипел у него над головой. Перевернувшись на спину, Лек выстрелил, ориентируясь на звук и доверившись инстинкту.

Прислушался — тишина, которую нарушали лишь его громкое, частое, сбивчивое дыхание и сумасшедший стук в груди. Ничего не понимая, он опасливо поводил рукой в том месте, где, по его подсчетам, должно было находиться тело сползшего «слизняка». Но сквозь пальцы с засохшей на них кровью просачивалась лишь пустота.

Тварь вела с ним непонятную игру. То, что она до сих пор его еще не убила, вовсе не значило, что этого не было в ее планах, но чего ради она медлила, Лек понять не мог. Конечно, он не исключал и тот вариант, что «слизняк» мог вообще оказаться плодом его воображения, подпитанного двумя ампулами обезболивающего. И тогда это скверно. Сумасшедшие сталкеры, призраками бродящие по столичным развалинам, — не ахти какое редкое явление в последние годы. А потому Лек, хоть у него от самой только мысли об этом стыла в жилах кровь, больше хотел верить, что тварь настоящая.

И ждал ее появления.

Он просидел, покачиваясь вперед-назад, обхватив руками голову, неведомо сколько, пока не ощутил, что воздух заметно охладел и повлажнел. Первое, что пришло в голову после длительного затишья, — приоткрытая дверь. Да-да, несомненно, это именно через приоткрытую дверь там, наверху. Должно быть, она где-то совсем близко. Возможно, в пяти — десяти ступенях отсюда…

Чувство, что он близок к цели, придало ему сил куда больше, чем наркотик. Оно помогло превозмочь ноющую боль в суставах и уверенней перебирать ногами, подымаясь по ступеням. Палец так и ходил по курку, но использовать последний патрон для мимолетного освещения было глупо…