Время долга
Шрифт:
Пересказ избранных мест из ее насыщенной биографии занял большую часть пути, а оставшуюся Ная, убаюканная дорогой, проспала, привалившись боком к стенке кареты. Проснулась только на въезде в город и к немалому удивлению принца попросила сделать крюк к кабаре и там ее подождать пару минут. Допросить пленника собирались незамедлительно, но подходить к адепту Йорн без хоть какой-нибудь подготовки, она не рискнула, особенно с учетом полного истощения собственных ресурсов. Возможности передохнуть ей никто не даст, так что придется снова использовать зелье, а после расплачиваться за это с собственным организмом. Хорошо, если хотя бы не сразу.
В кабаре
В комнате Ная достала шкатулку и, подумав, запихнула ее в сумку целиком, чтобы не гадать сейчас, что понадобится, а что нет, и не ошибиться. Туда же сунула кинжал, который в путешествиях носила на ноге, и прабабкину книгу. В зале же, немного подумав, залезла в бар Дорга и позаимствовала початую бутылку коньяка, взамен сунув записку, чтобы со всеми претензиями он Луизу отсылал к ней.
Наверное, алкоголь был не самым верным решением, тем более в таком деле и в присутствии столь высокопоставленных персон, но он поможет хотя бы приглушить страх.
На бутылку в ее руках Крейг посмотрел с неожиданным пониманием и никак комментировать не стал.
В резиденции помещения, пригодного для допроса, не обнаружилось, и экипаж, минуя ее, направился к зданию городской тюрьмы, расположенной на другой стороне города. В самой камере, отдаленной и отгороженной от остальных поворотом коридора, Ная под пристальным взглядом Крейга и присоединившегося к нему Рилло долго рисовала углем защитную вязь рун, педантично сверяясь с книгой. Со стороны ее действия наверняка выглядели странно и несущественно, как детская игра, но глубине души то и дело поднимал голову страх, несколько притупленный выпитым по дороге. Лучше уж показаться глупой сейчас, чем потом пытаться справиться с Йорн.
Для пленника она очертила широкий круг, оставив, тем не менее, достаточно места, чтобы допрашивающие могли свободно стоять у стены и ходить, не рискуя его переступить или задеть подошвой. Подумав, ближе к двери начертила руну из самого конца книги; судя по короткой записи, она усиливала все остальные, хотя ее значение было старательно вымарано.
Узор на стенах и у порога на мгновение тускло засветился и сразу погас, и Ная, несмотря на подступившую слабость, ощутила наполнявшую их силу.
На всякий случай щедро отхлебнула из бутылька с зельем, чтобы обессилено не упасть в неподходящий момент, и попросила Крейга организовать ей какой-нибудь стул. Смешивать алкоголь, наркотик и крайнее истощение было сомнительной затеей, но уж как-нибудь расплатится за это потом. Если потом, конечно, настанет.
Пленник зашел в камеру своими ногами, хотя пошатывался и выглядел неважно — Эрик не страдал излишками гуманизма и приложил его как следует. Глаз заплыл, по подбородку расползалась синева, а нос казался неестественно свернутым. Впрочем, Ная после близкого знакомства лица с лестницей представляла едва ли лучшее зрелище: ушибленная правая половина ныла, на скуле осталась ссадина от выступа ступени, но хотя бы глаз нормально видел.
— Имя, — потребовал Крейг, когда Эрик лично усадил пленника на низкий стул.
— Что, неужели всеведущий Рилло Кайнен чего-то не знает? — ощерился тот, но гримаса вышла неубедительной. Видимо, кривляться все-таки было больно.
— Я не всеведущий, никогда о себе так не заявлял
и работаю не на тайную службу. В отличие от, — спокойно сказал Рилло, подкидывая на руке предусмотрительно срезанный медальон. — Среди наших людей тебя не было.— Среди моих тоже, — хмуро вставил Эрик, оставшийся стоять у двери.
— Видишь? Так что имя твое нам все еще интересно.
— О тебе ходят любопытные слухи, Рилло. Не зря же король потащил на встречу всего лишь дипломата.
— Если верить слухам, в Лангрии живут сплошь детоубийцы, просто убийцы, предатели и прочий разномастный сброд, который в других частях страны не найдешь. Обо мне в том числе. Тайны и похождения господина Кайнена нас интересуют мало. Как видишь, он сейчас стоит рядом со мной, — ровно и непривычно холодно сказал принц, и было в его словах, голосе, расслабленной позе что-то жутковатое.
— Допустим, Билл. Легче?
— Намного, — согласился он. — От прочих имен ваш культ отказывается?
— Они не нужны и бессмысленны. Кому есть дело, к какой семье ты относился?
— Никогда не смущало почитать Ерену? Из всех богов она самая безжалостная не только к врагам, но и к своим служителям, — без перехода спросил Рилло, и Билл расплылся в неожиданно блаженной улыбке.
— Госпожа щедра к тем, кто ей угоден, и никогда не забывает о награде, если верно служишь… в отличие от земных правителей. Что скажете, принц, вы не забываете оплачивать преданность?
— Вы же не убиваете просто так, вы не наемники. Зачем тогда нужна была эта бойня?
— Нас привела туда вестница госпожи. И ведь вы ее даже не заметили.
— Бард, — Рилло мельком глянул на Наю и склонился к пленнику. — Мы знаем о ее присутствии в Гетри. Кто она?
— Не знаю. Пришла из ниоткуда и так же в никуда уйдет.
— Вы же ее как-то называете? У нее есть имя?
— Вестница, большего не требуется.
— Эти медальоны, — он ткнул одним из них почти в нос Билла. — Настоящие, тайная стража. Откуда они у вас? Человеку с улицы их не достать, только если убить или ограбить, но в это верится слабо.
— Меня туда привела вестница. Не знаю, о чем она говорила, но ей подчинялись. Предложил бы ее бояться, но вы отсюда не выйдете, — руки Билла были скованы спереди и на первый взгляд безжизненно висели между колен под тяжестью кандалов, но он внезапно вскинулся, целясь в шею слишком близко подошедшего Рилло. Тот успел отшатнуться, и добычей стал лишь край рукава, вырвать который не составило труда.
— Отойдите, — велела Ная, но прозвучало неубедительно; пришлось собраться с силами и рявкнуть, чтобы хоть от неожиданности самонадеянные мужчины отшатнулись. — Отойдите, я сказала!
Зрачки пленника расширились, заполнив всю радужку, а затем тьма заполнила оба глаза полностью, и в комнате ощутимо даже для простых людей повеяло затхлостью и холодом. Ная и вовсе оцепенела на мгновение, с нарастающим ужасом глядя на проявляющуюся за спиной Билла фигуру — бледную женщину с развевающимися волосами и в рваном платье.
Судя по тому, как замерли остальные, они ее тоже видели.
Йорн стояла, положив тонкие руки на плечи пленника, и неотрывно смотрела на принца, как на жертву; наконец, что-то велела, но услышал ее, казалось, только пленник. До остальных донесся только неразборчивый многоголосый шепот, раздающийся со всех сторон, но почти сразу смолк — на стенах и на полу ярко до рези в глазах вспыхнули защитные руны, и воздух посвежел, а холод отступил, оставшись только в пределах круга и совсем рядом с ним.