Вирус зла
Шрифт:
Герман аккуратно оправил свои усы, переглянулся со своим товарищем.
– Идет. Дальше.
– А дальше все просто. Зеркальники не знают причины, по которой им крепко досталось у кольца внешних планет, посему они будут копить силы, но не долго - Хозяин заставит действовать быстрее. Поэтому человечеству, скорее всего, будет угрожать иная опасность - террор. И он будет организован микронианцами.
Герман и второй человек, так и назвавший своего имени, изобразили на лице вопрос.
– Почему именно от них?
– А больше некому. Судите сами - с недавних пор мы следим за всеми спецарсеналами и лабораториями, зазомбировать несколько отрядов
– Я бы с вами поспорил, уважаемый коллега, - ответил второй Старейшина, - но не стану. Возможно, Вы правы, возможно, ошибаетесь в своих прогнозах касательно исполнителей этого самого террора, но саму тенденцию Вы просчитали верно. Агрессору ничего не остается, как только пакостить нам по мелочам, изматывать нашу оборону, накапливать напряжение и создавать нестабильность в социуме. Если ему это удастся, он получит прямой выход в нашу реальность, и ему уже не понадобятся помощники. Барьеры, поставленные Странником, трещат по швам, и нам необходимо держаться, пока... пока не настанет благоприятное время.
– Простите, - не понял Виктор, - о каких барьерах идет речь?
Герман кашлянул в кулак, потом ответил:
– Странник сам Вам о них расскажет, когда появится здесь. Давай перейдем ко второй проблеме. Как я понимаю, у тебя есть идеи, как нам стабилизировать пространство фазового перехода вакуума, и остановить расползание этой злокачественной опухоли?
– Есть, - кивнул в ответ Гагарин-младший.
– Но, для его реализации нам понадобится мощь всех трех па... Стражей.
– Если это реально поможет, то... почему бы и нет. Говори.
Виктор сделал глубокий вдох и начал рассказывать.
Глава 8.
Война без начала и конца.
– Ты уверен, что все правильно рассчитал?
– спросил Нефедов у Виктора. Разговор шел в каюте полковника, а сам Александр Игоревич заметно нервничал, беспрестанно расхаживая взад вперед.
– Нет, - буркнул в ответ Гагарин. Он вообще последние часы на все вопросы старался отвечать односложно.
– Представляешь хоть, что произойдет, если твой план не удастся?
– Смутно, - вновь коротко и довольно поспешно ответил Виктор.
План, о котором только что упомянул полковник, в принципе, был весьма прост, что отметили даже Старейшины. Виктору не составило особых усилий убедить Германа и его приятеля в своей правоте.
– Понимаете, - сказал Гагарин-младший, - вакуум преобразовывается в чужеродный нам, потому что он есть. Для любой трансформации материи нужна, прежде всего, энергия..., ну, разумеется, сама материя, хотя это одно и тоже, и законы, по которым собственно и будет происходить трансформа. Если мы лишим вакуум энергии, то есть окончательно лишим, умертвим его полностью и абсолютно, то трансформироваться уже будет нечему.
В капитанской рубке Стража повисло долгое напряженное молчание. Все три капитана уставились на Виктора, как на демона из преисподней, Нефедов глядел на Гагарина совершенно непонимающим взором, и лишь оба Старейшины не потеряли самообладания и практически ничем не выдали своего удивления. Для Виктора не осталось секретом их замешательство,
с которым, впрочем, они быстро справились.– Хм, - протянул Герман, окидывая мостик блуждающим взглядом, - любопытное предложение. Но у нас сегодня не конкурс нестандартных идей, поэтому если Вы не потрудитесь разъяснить Вашу предыдущую реплику...
– Герман развел руки в стороны, тем самым давая понять окружающим, к чему все это приведет, если Виктор не поспешит с объяснениями.
– Вот для этого мне и нужны все три Стража.
– Как Стражи способны лишить пространство энергии?
Несколько мгновений Виктор настойчиво всматривался в лицо Старейшины, пытаясь понять, действительно ли тот не понимает, о чем идет речь, или умело прикидывается.
– А... понимаю, - наконец-то во всем разобрался Гагарин, - вы многое знаете о Стражах, но видимо и для вас существуют секреты.
Старейшины переглянулись. Виктор тем временем продолжил:
– Когда мы вели бой на орбитах Протеи, "Илья Муромец" предложил мне... эм... перечень своих атакующих возможностей, среди которых имела место быть одна очень любопытная способность. Он назвал ее Умертвием. С помощью этого оружия Стражи способны начисто лишать всей и всяческой энергии весьма большие объемы пространства. Да, это отнюдь не безопасно, и частое использование подобного рода возможностей Стражей губительно сказывается на физическом вакууме Домена.
Теперь Виктору удалось удивить даже Старейшин. На их лице гуляла смесь самых разных чувств: от удивления до недоверия и даже страха. Лишь громадным усилием воли Герман и его товарищ сумели привести свои мысли в порядок и мыслить конструктивно.
– А мне всегда казалось, что уж Стражей мы изучили вдоль и поперек, - ухмыльнулся Герман своему коллеге.
Тот покачал головой в знак согласия, снисходительно посмотрел на параморфа.
– Слова Странника продолжают сбываться. Не так ли?
– Так...
– Хорошо,- сказал приятель Германа, - Стражи в твоем распоряжении. Надеюсь, все будет выглядеть так же просто, как и на словах.
Позднее Самсонов, с которым Виктору удалось перекинуться парой фраз в коридоре, подчеркнул, что так просто еще никому не удавалось уговорить Старейшин, и это с учетом того, что Виктор предложил им фактически авантюру чистой воды.
– Мы у цели, - раздался голос инкома по всему кораблю.
– Пора, - сказал Нефедов и первым вышел из своей каюты.
Внутреннее убранство корабля имело свойства вариабельной топологии, и могло изменяться совершенно незаметно для человека, убирая одни коридоры и добавляя другие. Благодаря этому из одного конца паракрейсера в другой можно было попасть за считанные секунды, минуя все лишние скомпактифицированные пространства. Эта технология пока еще была известна людям только на бумаге, но и земные инженеры уже вплотную подходили к ее реализации.
На мостике оба оказались меньше чем за пол минуты. В течение еще примерно минуты появились Федор Матвеевич и академик Самсонов.
– Будь добор, дай четкое изображение пространства перед тобой, - обратился к инкому Стража Федор Матвеевич.
Внутреннее убранство мостика плавно исчезло, свет померк, и четверка людей опустилась в пространство всеобъемлющей пустоты. Впереди, прямо по курсу "Ильи Муромца", чернота, ни отмеченная ни одним росчерком звезды, плавно подергивалась еле заметной рябью, и смотреть на нее было очень неприятно. Что-то невидимое, таинственное пряталось там, заставляло вздрагивать и колотиться сердце.