Вилея
Шрифт:
– Мазь продадите?
– Ой, не знаю. У меня всего две баночки осталось. Для знакомых берегу, да для себя.
– Цена?
– Я же говорю…
– Цена?
– Сто пятьдесят местных, – выпалила женщина, заломив стоимость как минимум втрое.
– Я беру.
Ее голубые глаза заметно округлились, но на лице появилось разочарование. Поняв, что продешевила, она нехотя достала из сумки маленький сверток и положила на стол. На мой невысказанный вопрос знахарка поманила меня пальцем, накрыла ладонью товар и прошептала:
– Света боится. На раны – только под повязку, ага.
– Поняла. Спасибо.
– Может, вам еще что-то нужно? – уже
– Разве что поспать, – призналась я и широко зевнула, заразив еще нескольких постояльцев вокруг.
– Это уже не ко мне. Рада быть полезной.
Я склонила голову в знак благодарности, сгребла мазь в карман и отправилась на ночлег. К сожалению, двух свободных комнат в трактире не оказалось, поэтому пришлось делиться. Эсагор улегся прямо на полу, подложив под голову стянутую с кровати подушку.
– Все честно! – успокоил он, когда я начала возмущаться. – Тебе удобства, мне – их часть. Или желаешь поменяться местами?
Желания не возникло. Друг довольно крякнул, повернулся ко мне спиной и закрыл глаза.
– Можешь раздеваться. Не смотрю.
– Не дождешься, – фыркнула я, стягивая куртку и обувь.
Просторная кровать приняла меня в свои мягкие объятия, обещая крепкий, здоровый сон на всю ночь. Огонек свечи послушно погас, погрузив комнату во мрак.
– Зря ты, – донеслось из темноты. – Без одежды удобнее. Тело отдыхает.
– Мое тело отдохнет, если ты замолчишь.
– Никогда не думал, что моя первая ночь с тобой будет такой…
От угрозы получить удар чем-нибудь тяжелым моего попутчика спас храп. Как он умудрился уснуть так быстро, я не поняла, но тот факт, что Эсагор храпел, радости не добавлял.
– Я тоже никогда не думала, что моя первая ночь с тобой будет такой, – перекривила я друга. – Хотя я об этом вообще не думала, – добавила на всякий случай.
Ответом мне был грозный рык из-за края кровати, разорвавший мгновение тишины после выдоха парня. За ним еще один, и еще…
– Нет, надо было прибить тебя еще в начале пути!
Я зажгла небольшой магический огонек, подползла к другу, аккуратно забрала то, что по праву считалось моим, и накрыла добытой подушкой голову. Звук стал тише. Уже проваливаясь в сон, я услышала недовольное бормотание Эсагора, но глаз открывать не стала. Слишком уж удобной оказалась кровать. А усталость – сильной.
* * *
Никогда бы не подумала, что с подушкой на голове (а не наоборот) можно выспаться. Довольная, я, потягиваясь, перевернулась на другой бок и в тот же миг получила порцию теплого воздуха в лицо.
– Ты что здесь делаешь? – зашипела я, яростно толкая друга в плечо.
– Сплю. Кхм… Спал. До этой минуты.
– Твое место на полу!
– Я тебе что, долар? – обиженно буркнул парень, откидываясь на спину.
– В смысле ты сам лег на полу вчера.
– То есть ардессе – мягкое ложе, а слуга и на досках кости разложит?
– Я…
– Тебе кровати жалко? Я же к тебе не приставал.
– Ну, знаешь…
– Или ты злишься именно потому, что не приставал?
– Прикуси язык, пока есть чем прикусывать, – я бросила яростный взгляд на парня и соскочила на пол.
Хотелось его придушить голыми руками. Другой бы на его месте не позволил себе таких вольностей. Но, не смотря на остроту речей и наглость Эсагора, я знала, что ему можно доверять. А когда у тебя серьезные проблемы с доверием, это дорогого стоит.
Научившись еще в детстве понимать меня с полувзгляда, друг мгновенно посерьезнел
и затих.– Завтракаем – и в путь. Времени мало.
– Куда ты так спешишь?
– Не знаю, как тебе, а мне хочется доехать в Тхосе целой и невредимой. Но если ночь застанет нас на тракте…
– Я не об этом, – Эсагор выжидающе уставился на меня своими насыщено-синими, с карими искрами, глазами.
– Что-то грядет. Я еще не до конца разобралась в этом, но чувствую, что могу помочь.
– Возомнила себя избранной?
Слова больно ударили по самолюбию. Если бы он только знал, как я не хотела быть в нынешнем положении! Харг с ним, с письмом! Но ехать в Ратхакс, да еще так скоро – это последнее, о чем я мечтала, простившись с бабушкой Мервеной.
– Вот что, – холодно сказала я, накидывая заплечный мешок, – ты оставайся тут сколько потребуется. Об оплате я договорюсь. А потом езжай домой по Нижнему тракту – там безопасно. Ардеру можешь успокоить, что сопроводил меня в Тхосе и передал в надежные руки Пшеи. А дальше, скажи, мы отказались посвящать тебя в свои тайны и грубо выставили за порог, поэтому ты вернулся.
– Звучит заманчиво, но нет.
– Из Ромора я выеду одна, – с нажимом произнесла я и уперла указательный палец в стол, ставя невидимую точку в диалоге.
Ответом мне была тишина. Еще несколько долгих мгновений наши взгляды буравили друг друга, но первым сдался Эсагор. Надменно кивнув, я потуже затянула ремень, поправила повязку на руке, прикрывающую смутные очертания печати и, не говоря больше ни слова, поспешила покинуть комнату.
Общий зал оказался наполовину заполнен завтракающими постояльцами. Я отыскала в дальнем углу столик с одним стулом и заказала себе блюдо, которое не нужно было ждать. Когда последняя ложка недосоленной и слегка недоваренной каши отправилась в рот, мне принесли более вкусное продолжение – сырный пирог и чашку айра. Впихнув в себя всю порцию и поймав несколько удивленных взглядов, я расплатилась с трактирщиком, еще раз осмотрела зал и, не найдя друга ни за одним из столов, отправилась за доларом.
Храп ждал меня один. Отсутствие рядом с ним второго зверя удивило и даже несколько разочаровало. Эсагор был не из обидчивых, и уж тем более не из тех, кто молча выполняет мои приказы. Оставалось надеяться, что наших доларов разместили в разных местах, а я из-за усталости просто не заметила этого.
– Что ж, едем тихо. Не все тут знают, что надо разбегаться в стороны, – легкий хлопок по шее – и мягкие лапы беззвучно зашагали по дороге, ведущей в центр городка.
Белый онзельский четырехухий долар наделал много шума на улицах Ромора. Дети пищали от восторга, тыкали пальцами, тянули мам и пап, чтобы поближе рассмотреть редкую зверюгу, неторопливо вышагивающую в людской толпе. Привыкший к подобному вниманию, Храп оставался спокойным и обманчиво-расслабленным, не забывая, однако, подрыкивать, дабы особо наглые не тянули свои руки, пытаясь прикоснуться к ушам.
«Магическая лавка тетушки Зюзо» находилась в самом центре маленького городка и пользовалась большой популярностью. Тетушка Зюзо была знахаркой в шестом поколении, а потому знала все и обо всем. Ее составы и снадобья отличались чистотой и идеальными пропорциями, а повышенный спрос гарантировал свежесть товара.
– Мне, пожалуйста, «набор путника», тот, что с походной накидкой, порошок из корня белоцвета, сушеные соцветия лёрна, настойку из шипов горномора, слезу Первого и что-нибудь для быстрого восстановления сил, – протараторила я, когда подошла моя очередь.