Великий Кузнец
Шрифт:
Василий, всё ещё под впечатлением, взял лупу. Приблизил её к кольцу на своём пальце и замер. Его лицо стало совершенно непроницаемым, но я увидел, как дрогнула его щека. Он долго смотрел, потом медленно опустил лупу.
– Надпись, - произнёс он глухо.
– Чёткая. «Даёт носителю +2 единицы к силе».
– Он поднял на меня взгляд, и в нём теперь была не только жадность, но и новая, почти пугающая серьёзность.
– Так значит, ты и есть тот… ремесленник.
– Давайте договоримся: Я - поставщик, - поправил я, держась за остатки спокойствия.
– И даже это тайна, моя тайна, а моя тайна - это ваша тайна и наша общая прибыль.
Василий откинулся на спинку
– Пару колец… Даже если считать по самому минимуму: по два-три златых за штуку - это пять золотых. На чёрном рынке Аргониса, через нужных людей… можно выжать и четыре-шесть за штуку... Но в любом случае нужно быть осторожнее, чем тень в полдень. Очень осторожным: завистников и жадных людей везде полно.
– Он посмотрел на меня.
– Сколько ты можешь делать? И как часто?
– Поставлять. – поправил я его.
Так, в душной горнице, при свете коптящей лампы, между двенадцатилетним мальчиком с даром и прагматичным купцом, было заключено первое, негласное деловое соглашение. Моя тихая лаборатория в лесу только что обрела самого важного клиента, вернее распространителя. И мир стал на волосок шире, опаснее и многообещающе.
…
43. Партнерство
…
Я сделал паузу. Радость от удачных и внезапно открывшихся перспектив немного померкла перед суровой реальностью, которую я не мог скрыть, если хотел честного партнёрства.
– Однако, есть важный нюанс, - начал я, и голос мой прозвучал чуть более официально, чем хотелось.
– Эффект… он не вечный. Приблизительный максимум - около года, после чего предметы теряют магические свойства: в идеальных условиях, если их не использовать активно. При постоянной носке, при нагрузке… может и меньше, месяц.
«У Ани на тех медных кольцах, что я подарил, надписи уже начали тускнеть. И эффект, кажется, снизился, а прошёл всего месяц»– подумал я про себя.
Василий, секунду назад выглядевший человеком, что мысленно считает золотые горы, замер. Его брови медленно поползли вверх, а в глазах сменились десятки выражений: разочарование, быстрый пересчёт, прикидка, раздражение, а затем - холодная, цепкая аналитика. Он откинулся на спинку стула, сложил пальцы домиком перед лицом и уставился в потолок, погружённый в мысли. Тишина в горнице стала густой, почти осязаемой. Я слышал, как за окном хрустнула ветка под чьей-то ногой и заскулила где-то вдалеке собака.
– Год… Месяц… - наконец пробормотал он, не глядя на меня. Потом его взгляд резко упал на меня, пронзительный и острый.
– А можно как-то продлить? Усилить? Стабилизировать?
– Не знаю, - честно ответил я.
– Возможно, в будущем и с более качественными материалами, с другой техникой… но гарантий нет.
Василий снова замолчал. Я видел, как в его голове рушатся одни бизнес-планы и тут же, с каменной скоростью опытного дельца, возводятся другие. И тут он меня удивил: он не разозлился, не махнул рукой, уголки его губ дрогнули, а потом растянулись в странную, почти хищную улыбку.
– Знаешь что, Яр?
– сказал он тихо, и в его голосе зазвучала сталь.
– Это даже… хорошо.
Я не ожидал такой реакции.
– Хорошо?
– Да. Потому что мы не будем на прямую конкурировать с настоящими, «вечными» артефактами. Те стоят целые состояния, их делают именитые мастера для герцогов и королей, за ними очередь и политика.
– Он сделал паузу, чтобы я понял.
– А мы займём свою нишу. Нишу… расходного
– Он говорил всё быстрее, его глаза горели.
– Цену назначим в десять-двадцать раз меньше, чем на стандартные магические вещи. Скажем, не золотой, а десять серебряников за штуку. А там посмотрим: будет спрос - аккуратно поднимем. Главное - доступность и… обновляемость. Клиент и мы знаем, что через полгода-год он придёт за новой игрушкой. Потенциально это даже выгоднее, нежели единовременная дорогая покупка!
Это была блестящая, циничная и совершенно гениальная с точки зрения рынка идея. Он смотрел не на магию, а на потребности, не на вечность, а на временность как на преимущество.
– Значит, договорились о партнёрстве?
– спросил я, чувствуя, как в груди начинает стучать что-то тяжёлое и горячее: смесь волнения и азарта.
– Договорились, - кивнул Василий.
– Но о деле договариваются до конца. Прибыль… Думаю, справедливо будет разделить шестьдесят на сорок: в мою пользу. Я беру на себя все риски сбыта, поиск клиентов, транспортировку, возможные… вопросы со стороны конкурентов или властей.
Я посмотрел ему прямо в глаза. Двенадцатилетний мальчик, стоящий перед взрослым, опытным купцом.
– Перевернём, - сказал я спокойно.
– Сорок вам, шестьдесят мне. Аргументация та же: все риски, заботы и организацию берёте на себя вы. Моя часть - созд… поставка товара из неизвестного источника, что тоже сопряжено с риском, трудом и… уникальными знаниями.
Василий засопел, но не рассердился. В его взгляде промелькнуло уважение: он оценил, что я не согласился сразу на его условия.
– Пятьдесят на пятьдесят, - предложил он после паузы.
– На пробный период: год. Как раз максимальный срок жизни твоих колец. Посмотрим, как пойдёт дело. Если товар будет уходить, а ты сможешь наращивать поставки, обсудим новые условия.
Я подумал. Пятьдесят на пятьдесят, и он не платил мне аванс, а брал кольца «под реализацию». Это означало, что первые деньги я увижу только после того, как он их продаст в Аргонисе и вернётся. Риск с моей стороны тоже был: я тратил время, силы, ману и скудные ресурсы в надежде на его честность. Но другого канала сбыта, тем более такого осторожного и надёжного, у меня сейчас не было. Василий уже доказал, что ему можно доверять, тем более в рамках взаимной выгоды.
– Договорились, - я протянул руку.
– Пятьдесят на пятьдесят. Срок - год.
Он, немного удивлённо (видимо, не ожидал такого взрослого жеста), пожал её. Его ладонь была сухой и твёрдой, с мозолями от вожжей и пергамента.
Пока Василий ещё был в Зорене, я работал как одержимый. Спал по три-четыре часа, руки были в ссадинах и ожогах от неидеального литья, голова гудела от постоянного расходования маны. Но я успел: две пары бронзовых колец с меткой «+2 к ловкости носителя» и ещё две пары - «+2 к выносливости носителя» были готовы. Всё это, аккуратно завёрнутое в мягкую кожу, я передал Василию в последний день его пребывания. Также я выменял у него всё своё накопленное серебро (пару монет и несколько обрезков) на медь - горы медяков. Мой запас сырья для переплавки хоть как-то пополнился.