Вечное пламя
Шрифт:
Обнять кого-то…Дать почувствовать, что ты не один. Может, и помогает.
Но не всегда.
Младший, видимо, ещё не до конца всё понял, осмысливал и достраивал в своей голове этот, по сути, и не такой уж сложный паззл, поэтому не сразу почувствовал лёгкое отвращение к этому непривычному выражению заботы. Но когда волна раздражения уже дала о себе знать лёгким покалыванием пальцев, Крис отстранился от брата, благо тот и не удерживал.
– Что теперь будет? – серьёзно, даже слишком, спросил он, смотря на Уилла.
– Не знаю, – выдохнул тот.
***
Хейли не желала
Может, прошёл час. Может, два.
Ноги давно затекли, а шея то и дело покалывала, когда затёкшие мышцы давали о себе знать лёгкой ноющей болью. Но даже тогда Хейли не двигалась. Она словно застыла, и лишь грудь вздымалась от глубоких тяжёлых вдохов и выдохов.
За дверью было тихо.
Дэвис давно не слышала ни шагов, ни голосов…Она даже подумала, что все куда-то делись, ушли, но всё ещё чувствовала, что не одна в квартире и это немного возвращало в реальность.
А Крис продолжал сидеть, молча подпирая дверь с обратной стороны. Он больше не слышал тяжёлых всхлипов и рыданий, и это, казалось бы, должно успокоить, но подобная тишина лишь наводила на не самые приятные мысли. Крис думал много. И обо всём.
И о школе зачем-то, и о погоде, даже прокручивал в голове то, как они с Хейли сидели в комнате, в то время, как где-то там, на дорогах, усыпанных снегом, случилось это…
Крис придвинул к себе колени, и глубоко вздохнув, опустил голову, прикрываясь от внешнего мира пеленой чёрных волос.
Он не знал, сколько прошло времени. Как долго он сидел здесь…Как долго Хейли провела там, в компании четырёх стен, увешанных её рисунками…
У Криса не было возможности узнать время – он боялся отойти от двери.
Тем не менее, ему казалось, что время играет с ним: оно то тянулось медленно, словно кисель, то бежало так быстро, будто хотело нагнать упущенное…
С кухни постоянно доносились какие-то шорохи – Уилл разбирался с бумагами и никак не мог понять, что ему делать: организовывать похороны или сперва позаботиться о Хейли и о Крисе?
С братом Уилл больше не говорил, да и Крис сам не хотел больше говорить. Не видел смысла. Ему и так всё было понятно.
Он понял всё, когда увидел в глазах Уилла растерянность, смешанную с горечью. Глаза брата ещё никогда не были такими…настоящими. Крис невольно снова и снова вспоминал его взгляд, а сердце почему-то бешено колотилось в груди, словно он пробежал километр…
Андерсен усмехнулся своим глупым мыслям и потряс головой, отгоняя их, как вдруг дверь неожиданно и протяжно скрипнула. Сначала Крис подумал, что ему показалось от столь долгого ожидания, но потом, почувствовав, что опора за спиной исчезла, он посмотрел на дверь, которая и правда, приоткрылась. Из небольшого образовавшегося проёма Хейли сверху вниз смотрела на Криса пустыми фиалковыми глазами. Мальчик опешил, увидев её припухшее от слёз лицо, на котором ещё виднелись мокрые дорожки.
Девочка выглядела потерянной, уставшей и испуганной.
Крис тут же отвёл взгляд и поднялся с пола.
Дверь
скрипнула снова, раскрываясь шире, и Хейли вышла в коридор. Маленькими, осторожными шажками, будто разучилась ходить, она подошла ближе к Крису. Тот уже поборол своё удивление и теперь его взгляд был привычно-спокойным. Он ждал, пока Хейли что-то скажет, но она молчала. Лишь фиалковые глаза смотрели внимательно. Словно изучая.В какой-то момент Крис почти сделал шаг вперёд и поднял ладонь, чтобы положить на хрупкое девичье плечо, но Хейли одним своим вопросом пригвоздила его к полу, заставив замереть на месте.
– Где Уилл? – её голос прозвучал тихо, и она переместила свой полупустой взгляд куда-то за Уилла, откуда доносились шорох бумаг и едва уловимый аромат крепкого кофе.
Андерсен лишь на мгновение позволил растерянности взять верх, но потом снова принял невозмутимый вид, отгоняя подальше непонятное чувство грусти, возникшее в груди.
Он коротко кивнул в сторону кухни, пряча взгляд под отросшей чёлкой, и девочка тут же, такими же неторопливыми шагами направилась туда. Она двигалась медленно. Казалось, что за всё то время, что она провела у себя в комнате, Хейли обессилела не только душевно, но и физически.
Пройдя на кухню, Дэвис замерла на пороге.
Её взгляд, подёрнутый блеском от ламп, на секунду показался чуть живее, а губы задрожали.
Уилл, увидев её, удивился. Он медленно отложил какой-то документ и ручку, что была зажата меж его тонких пальцев. Парень осторожно, словно боялся спугнуть загнанного зверька, поднялся из-за стола. Он заметил, что губы Хейли, потерявшие всякие краски и потрескавшиеся от сухости, с каждой секундой дрожали всё безудержней.
Девочка ничего не говорила. Она просто стояла и смотрела на Уилла. Её взгляд был направлен куда-то выше губ парня – смотреть в чёрные глаза Хейли отчего-то не решалась.
Она сама толком не знала, почему стоит тут, молчит и пытается сдержать вновь накатывающие слёзы, но она чувствовала, что ей надо было взглянуть на Уилла.
Парень не знал, что делать и чего ожидать, поэтому, когда Хейли вдруг расплакалась, словно маленький ребёнок, он тут же подскочил к ней и прижал к себе, широкой ладонью, придерживая её за голову и путаясь пальцами в иссиня-чёрных волосах.
Хейли плакала навзрыд. Из неё постепенно выходила та горечь, что успела накопиться в одиночестве, которое она полностью ощутила, заперевшись у себя в комнате. В тот момент она думала, что больше не выйдет оттуда и что уже ничего не имеет смысла, ведь мама погибла…
Но находиться в одиночестве, зная, что на самом деле ты не одна и там, за дверью тебя ждут люди, которые любят и беспокоятся за тебя, оказалось сложнее.
На этот раз Хейли обнимала Уилла в ответ. Она сжимала в маленьких кулачках ткань его рубашки, а слёзы продолжали капать.
– Всё будет хорошо…– выдавил из себя парень, прижимая девочку крепче. На его лице тут же отразилось отчаяние, ведь он прекрасно понимал, что это самое «хорошо» наступит совсем не скоро.
– Не уходи, – в ответ произнесла Хейли сквозь всхлипы, продолжая плакать. Она не могла успокоиться, а Уилл обнимал всё крепче и крепче.