Чтение онлайн

Кирит подошел к стене. В одном ее месте снега скопилось немного больше, чем в других местах. Он бесцельно стал ворошить ногой небольшой сугроб. Через несколько секунд на поверхности показался какой-то шар. Кирит наклонился и поднял его. Это оказалось большое осиное гнездо, с прошлой осени намертво запечатанное со всех сторон ее владелицами. Кирит разломал гнездо пополам. Внутри покоились в глубокой спячке опасные полосатые создания. Кирит с горечью смотрел на замерзших ос. Вдруг он что-то услышал. Нет. Не так. Не услышал. Почувствовал. Почувствовал, что в этих маленьких замерзших тельцах еще теплится жизнь. Ему страстно захотелось прикоснуться к этой ускользающей жизни. Он никогда прежде не замечал в себе способности взаимодействовать с насекомыми. С крупными

и мелкими животными, с птицами это удавалось ему легко. Как это было? Он всегда мысленно старался прикоснуться к чему-то такому теплому, что, как он всегда чувствовал, исходит от живых существ. И тогда это соприкосновение словно бы начинало согревать его самого изнутри. После этого Кирит, опять же мысленно, перенаправлял уже свое тепло в того животного, с кем ему хотелось войти в контакт. И контакт всегда случался. Кирит не мог объяснить происходящего, но после этого любой зверь, домашний или дикий, выполнял то, что от него хотел человек. Понимая, что нечестно лишать животное его воли, Кирит никогда не использовал свою способность во вред тому существу, с кем входил в своеобразное общение. Ну, а что теперь? Да какая разница, подумал Кирит. Насекомые такие же живые существа, как и остальные. Он сконцентрировал свое внимание на всех осах сразу, пытаясь уловить их еле заметное внутреннее тепло. Через минуту понял, что половина осиного сообщества мертва. Но у другой половины еще мог быть шанс отогреться по весне, когда солнечный свет разогреет землю, если бы он так необдуманно не разломал их гнездо, почти не пропускающее холод внутрь. Кирит усилил ментальный посыл к оставшимся очагам жизни, направляя воображаемое тепло своего организма в сторону холодных телец. И, о, чудо! Штук двадцать полосатых хищниц засеменили лапками и усиками, задвигались, расправляя крылышки. Не вполне понимая, что делает, Кирит силой мысли указал осам необходимое направление.

Небольшой рой ос (в такое-то время года, в такую-то погоду!) пронесся мимо пораженного увиденным господина Берта. Маг в немом ступоре наблюдал, как маленькие бестии набросились на группу учеников, безжалостно жаля их, куда придется. Занятие прекратилось. Вскрикивая от внезапной острой боли, размахивая руками, учащиеся в панике бросились врассыпную, пытаясь скрыться от неизвестно откуда свалившейся на них напасти.

Через минуту во внутреннем дворе остались лишь господин Стеллий, господин Берт и Кирит, растерянный от совершенного. Господин Стеллий ментально переловил всех ос. Со стороны это выглядело так, будто мельтешащее в воздухе насекомое вдруг накрыла невидимая рука, которая мгновенно раздавила, сплющила тщедушное полосатое тельце, позволяя маленькому трупику свободно упасть на заснеженную землю.

– Н-да. Ты видел, Берт, что творится? – господин Стеллий поприветствовал своего товарища, проходя мимо него, – Откуда здесь могли взяться осы? Да еще и в это время. Чудеса, да и только. Кирит, на сегодня мой урок закончен. В следующий раз увидимся по расписанию.

Он зашел внутрь здания.

– Кирит, – обратился к ученику господин Берт, – Знаю, следующий урок у тебя через час. Я хочу поговорить с тобой. Пойдем ко мне в комнату.

Кирит, понурив голову, покорно отправился вслед за наставником.

– Присаживайся на свободное место, Кирит, – пригласил ученика господин Берт, когда они зашли в его комнату, – Полушубок сними. У меня тепло. Травяного отвара тебе налить?

Кирит отрицательно замотал головой.

– Не стану ходить кругами. Сразу спрошу. И нет смысла что-то отрицать. Я все видел и понял, что это сделал ты. Вопрос такой. Как ты это сделал? Я про ос.

– Я не уверен, что на этот вопрос смогу дать вразумительный ответ, – виновато проговорил Кирит.

– Но ведь ты не станешь отрицать, что причастен к этому происшествию?

– Нет, господин Берт. Не стану, – Кирит выглядел виноватым, – Я сорвался, чего ни в коем случае не имел права делать.

– То, что сорвался, понятно. Понятно, почему ты сорвался. Любой на твоем месте сорвался бы. Я все слышал. Признаться, я и сам бы захотел как-то

ответить мелким мерзавцам, глубоко убежденным в том, что они могут быть выше кого-то. Но меня интересует вовсе не правомерность твоего поведения, а способ, которым ты воспользовался. Как тебе это удалось? Посмотри на меня, пожалуйста.

Кирит посмотрел на преподавателя. Он уже не выглядел виноватым. Скорее, взгляд его был равнодушным.

– Откровенно говоря, я и сам не вполне понимаю, как я это делаю.

– Я так думаю, ты и прежде умел вытворять что-то подобное? С осами. Или, может, с кем-то еще?

– С осами я проделал такое впервые, – признался Кирит, – Раньше, с самого детства, я говорил, общался, если так можно выразиться, с разными теплокровными животными. И они все меня слушались. При желании я мог бы приручить любого, даже дикого зверя.

– Как любопытно. Какие еще секреты живут в тебе, мой мальчик, о которых ты сам никому не рассказал?

– Больше никаких, господин Берт. Это правда. Не думал, что этот единственный секрет будет кому-либо интересен, вот, и не говорил о нем.

– Я верю тебе. Верю. Но как все же интересно! Ну, расскажи, как тебе удается найти подход к какому-либо животному.

– Я не вполне это осознаю.

– Не может быть, Кирит. Что-то же ты чувствуешь при этом? Подумай.

Кирит задумался. Потом пересказал господину Берту свои ощущения, которые испытал при ментальной связи с осами. Рассказал про внутреннее тепло, передаваемое им самим живым организмам, про тепло, передаваемое от них. Господин Берт слушал очень внимательно, немного сощурив глаза. Когда Кирит закончил с объяснениями, маг сказал:

– Ну, вот, видишь? Значит, есть какие-то определенные ощущения. И то, что ты мог про них забыть, говорит о том, что ты просто привык к такому. Все твои мысленные действия уже производятся на интуитивном уровне. Твое взаимодействие с животными явно принадлежит магической природе. Правда, лично мне неизвестно о подобном. Но обещаю, я постараюсь разобраться с этим. Кстати. Меня посетила одна интересная идея.

– Что за идея?

– Не сейчас, Кирит, не сейчас, – господин Берт, возбужденный своими размышлениями, зашагал по комнате туда-сюда, – Значит так, – остановился он, – Иди на очередное занятие. А вечером, как освободишься от своих уроков по фехтованию, приходи ко мне. Я же за это время хорошенечко обдумаю эту свою идею, поразмыслю над ней. А уж там я поделюсь с тобой своими рассуждениями. Хорошо?

Кирит ушел. В нем вспыхнуло любопытство. Интересно, думал он, какие такие догадки относительно него пришли в голову господину Берту? Чем он собирается поделиться с ним? Все мысли студента были только об этом. На уроке госпожи Рутеции он был необычайно рассеян и невнимателен. Она даже предположила, что ему нездоровится.

В этот день в школу боевых искусств Кирит не пошел. Как только он освободился, он направился прямиком к господину Берту. Тот даже не обратил внимание, что ученик пришел раньше предполагаемого времени.

– Так. Ты пришел. Хорошо. Идем в подвал, – господин Берт повел Кирита в комнату приема претендентов на место в школе магии.

– Присаживайся на стул, – сказал он, когда они заперли за собой дверь, – Я тут подготовил кое-то, что может нам пригодиться.

– Что это? – спросил Кирит.

– Не волнуйся. Все будет хорошо. Просто тебе снова придется соприкоснуться с сосудом магии.

– Зачем это? – не понимал Кирит, – В прошлый раз ничего хорошего из этого не получилось. Или вы что-то придумали?

– Ну, что-то вроде того. Не переживай. Я все продумал. Во-первых, в этот раз я влил в сосуд совсем немного энергии, которая, не сомневаюсь, полностью войдет в тебя. А во-вторых… Прежде, чем мы начнем опыт с сосудом, я объясню тебе, как себя вести.

– Внимательно слушаю вас.

– Мальчик мой, когда в тебя польется энергия сосуда, постарайся воспринять получаемое тобой нечто таким же образом, каким ты воспринимаешь свои ощущения, которые возникают у тебя при общении с животными.

– Кажется, я начинаю понимать, – медленно проговорил Кирит.