В чем суть вопроса
Шрифт:
Екатерина была богато одаренной уже от природы, но в полной мере ее ум и характер развились в России, где ей пришлось пройти нелегкую школу выживания. Ей приходилось постоянно напрягать свой ум, чтобы не оступиться, не сделать ложного шага. Немка по крови и француженка по любимому языку и культуре, она хорошо понимала, что чтобы жить в России, ей нужно становиться русской. «Я хотела быть русской, – писала она в мемуарах, – чтобы русские меня любили». Постоянное одиночество в чужой незнакомой стране закалило ее характер. Она много читала, особенно увлеклась Вольтером и Монтескье. Екатерина проглотила множество книг и эти две страсти – читать и писать, сохранила на всю свою жизнь. В своих мемуарах Екатерина призналась, что с самого начала ей русская корона нравилась много больше жениха. Когда она узнала, что Петр
Новая императрица облагородила русский Двор. Приличные манеры и пристойное поведение стали теперь обязательными. Вежливая простота обхождения самой императрицы со всеми, включая дворовых слуг, были новшеством при русском Дворе и контрастировали с прежней грубостью. Успехам своего правления – значительному расширению территории государства, многочисленным военным победам, то есть всему тому, что принесло ей имя Екатерины Великой, она была обязана только себе. Основным ее качеством, обеспечившим ей успех, было умение находить себе дельных помощников. Зная о настроениях в обществе против засилья иностранцев, она сделала ставку только на русских, и только их выдвигала. Как современникам, так и потомкам казалось, что вдруг в России родилось множество талантливых людей. На самом деле таланты есть в любой стране в любую эпоху. Вопрос только в том, дают ли им ходу, или нет. Будучи сама талантливым человеком, Екатерина была способна распознавать талант в других. Подбирая человека на место, она вначале долго беседовала с ним на самые разные темы, и по ходу разговора понимала, кто находится перед ней. Она узнавала, каков образ его мыслей, каковы его увлечения, широки ли познания и насколько глубок его ум. Именно она нашла в России великих администраторов, великих полководцев и флотоводцев. Суворов и Ушаков были ее открытием.
В общении с людьми императрица была способна терпеливо и внимательно выслушивать собеседника, что подкупало и располагало к откровенности. Наперекор распространенной манере замечать чужие недостатки, она предпочитала изучать сильные стороны человека, чтобы при случае ими воспользоваться. Она умела указать на эти достоинства самому их обладателю, и человека это подкупало, когда в нем открывали положительные качества, часто малозаметные ему самому. В этом умении дать людям почувствовать, что в них есть лучшего, и кроется тайна того огромного обаяния, какое императрица производила на всех, кого она хотела привлечь на свою сторону. А нравиться она хотела всем, считая это своей профессией.
Екатерина обладала искусством внушения. Она умела не приказывать людям, а только подсказывать им свои желания, которые во внушаемом ею человеке незаметно переходили в его собственные идеи, и тем усерднее им исполнялись. Во время войны с Турцией императрица проявила изумительную энергию, работая как настоящий начальник Генерального штаба. Она входила во все подробности военных приготовлений, сама составляла планы и инструкции, и увлекала всех своим энтузиазмом. И, тем не менее, при всем внешнем блеске и успехах ее правления, Россия в конце ее царствования оказалась в глубоком внутреннем кризисе.
После смерти Петра I произошло, как было сказано, поэтапное завоевание дворянами русского общества. Из инструмента власти они превратились в решающую политическую силу, подчинившую законы государства своим интереса. Теперь с ними не смогла бы справиться даже власть, если бы у нее возникло такое желание.
Первые крупные уступки в пользу дворян были сделаны Анной Иоанновной. В 1731 году она издала указ, разрешавший делить имения между наследниками, что ранее законом запрещалось. Но главным в указе было то, что в его тексте, как бы между прочим, поместье было приравнено к вотчине. То есть, государственная земля была приравнена к собственному, купленному поместью. Так одним росчерком пера императрица совершила социальный переворот. Она подарила дворянам в частную собственность не только громадный запас государственных земель, но и живших на них крестьян. Если раньше дворянин знал, что его имение только ограниченное, условное его владение, то теперь поместье вместе с крестьянами стало его имуществом.
Анна Иоанновна ограничила срок обязательной службы дворян 25 годами, а при Петре III они полностью освободились от этой
тяготившей их обязанности. 18 февраля 1762 года Петр III издал манифест о пожаловании «всему российскому благородному дворянству вольности и свободы». Манифест давал право дворянам самим решать хотят они служить или нет. По словам современника, этот указ вызвал в дворянских кругах такую бурю восторгов, что на их сословных собраниях совершенно незнакомые люди поздравляли друг друга с манифестом и благословляли мгновение, когда перо императора коснулось бумаги.Одновременно с возвышением дворян царские указы низводили крестьян до положения принадлежавшей другим лицам вещи. Эти указы лишили крестьян всех их прав. Еще в XVII веке землевладельцу не разрешали под страхом строгого наказания разбирать уголовные преступления своих крестьян, и это мог делать только суд, а Анна Иоанновна дала право помещику самому определять меру наказания крепостному за побег. Елизавета Петровна дополнила этот указ правом ссылать крепостного в Сибирь на поселение с зачетом сосланного как за сданного в рекруты.
Воспитанная на идеях Просвещения, Екатерина II прекрасно понимала, что крепостное право уродует русское общество. Она даже сделала попытку его отменить. В 1767 году императрица созвала Комиссию, куда избранными депутатами вошли представители разных сословий. Одной из причин созыва Комиссии было желание Екатерины выяснить отношение дворян к крепостному праву. К своему сожалению она увидела, что все они без исключения выступают за его сохранение. Даже умнейшие люди России высказались в его пользу. Не имея законных прав на российский престол и будучи иностранкой, к тому же пришедшей к власти путем переворота, Екатерина поняла, что при таком единодушии дворян в этом вопросе она сможет удержаться на троне только в том случае, если будет проводить угодную им политику. Она полностью перешла на их позицию, и именно при ней крепостное право в России приобрело свои самые бесчеловечные формы.
Елизавета Петровна объясняла указ, позволявший помещикам ссылать крестьянин в Сибирь за «предерзостные поступки», интересами заселения отдаленного края. Этим Указом было определено, что ссылаться могли только здоровые люди не старше 45 лет, и их отправляли туда без права возврата. Екатерина II заменила ограниченное право ссылки на поселение на право ссылки крепостных в Сибирь уже без всяких ограничений, и на какое угодно время. При этом было добавлено, что крестьянина следовало вернуть владельцу по первому его требованию. Она же дала право помещикам ссылать крестьян на каторжные работы, и ею был закрыт единственный легальный выход из крепостной неволи – путем добровольной записи в солдаты.
Помещики широко использовали право ссылки. Перед каждым рекрутским набором они отправляли в Сибирь слабосильных крестьян, чтобы получить за них квитанции, и тем самым сохранить от призыва своих здоровых работников. По свидетельству современников, из сосланных, часто очень больных людей, едва ли четвертая часть доходила до места назначения.
За провинность помещики подвергали крестьян денежными штрафами, розгами, палками, плетью или сажали на цепь. После ста ударов плетью, как правило, давали отлежаться неделю, а за вдвое меньшее число – пол недели. За мелкую кражу крестьянин мог лишиться всего своего имущества и после телесного наказания быть отдан в солдаты.
Екатерина запретила крестьянам жаловаться на помещиков. Еще в XVII веке правительство без всяких ограничений принимало жалобы от крестьян на жестокое обращение со стороны землевладельцев. Петр I запретил обращаться с челобитными непосредственно к царю, но распорядился, чтобы правительственные учреждения продолжали принимать жалобы от сельских общин. Но после прихода Екатерины II к власти Сенат предложил ей запретить эту практику. Императрица утвердила доклад, и в августе 1767 года издала указ, согласно которому если кто-либо из крестьян отважится подать жалобу на помещика на императорское имя, сам челобитчик, а также тот, кто писал для него челобитную, будут наказаны кнутом и сосланы в Нерчинск на вечные каторжные работы. Но крестьяне не унимались, и когда среди них прошел ложный слух, будто вскоре господских крестьян отберут в казну, они стали целыми селами подавать просьбы об освобождении. Екатерина отослала дело в Сенат, а тот постановил, чтобы челобитчиков публично наказали плетьми. Что было исполнено.