Тяпкин и Леша
Шрифт:
Когда они вернулись, дедушка уже кончил пить чай и предложил пойти на речку, если Леша достаточно хорошо себя чувствует.
– Достаточно, достаточно!
– закричал Леша и спросил: - А на какую речку?
– На настоящую!
– важно объяснил Тяпкин.- Не на твой паршивый ручей. На настоящую, глубокую, там все купаются и плавают, там - с ручками!
Дедушка снял рубаху - он любил за городом загорать и не боялся солнца,надел белую фуражку, но не от солнечного удара, а просто потому, что стеснялся ходить при незнакомых людях с лысой головой, взял полотенце, велел ребятам надеть панамки, и они все
Сначала Леша немножко отставал, потому что после болезни забыл, как надо прыгать, но скоро вспомнил, развеселился и запрыгал высоко и весело, то обгоняя дедушку и Тяпкина, то задерживаясь возле какой-нибудь интересной ему вещи. Им встретился их старый знакомый козленок, он был уже совсем большой, и, когда Тяпкин захотел погладить его по спинке, козленок встал на дыбки и нагнул беленькие, довольно острые рожки.
– Глупый, не соображает ничего!
– снисходительно сказал Леша.- Большой уже, а глупый. Не трогай его, не надо. Он просто боится.
Леша отыскивал в траве возле тропки перезрелую землянику и честно делил одну себе, одну дедушке, одну Тяпкину. Потом им навстречу попалась собака. Тяпкин сначала обрадовался, а потом испугался, как бы она не загрызла Лешу, и закричал. Но Леша спрятался в траву, собака пробежала мимо, по своим делам, а дедушка сказал:
– Умная собака никогда не тронет маленького, у меня уж были собаки, я знаю.
Тяпкин промолчал, потому что хотя он очень любил собак и просил, чтобы ему купили щенка, но во дворе одна собака чуть не загрызла совсем маленького котеночка.
– Она меня не унюхает никогда!
– успокоил его Леша.- Просто я же не пахну. Я ей - как шишка какая-нибудь. Что она дура, что ли, шишки есть?
Так, разговаривая о разных интересных вещах, они дошли до обрыва над речкой. Леша раньше всех допрыгал до обрыва, остановился и, взявшись ладошками за голову, ахнул:
– О-ой, сколько воды!.. Ой, Любка, я этого никогда не видел!
– Это вот речка,- нравоучительно объяснил Тяпкин.- А то просто ручей. Понял ты теперь?
Собственно, и эту речку почти в любом месте можно было перейти вброд, но кое-где все же было по шейку, и, спустившись вниз, дедушка разделся и стал плавать, потом вылез, взял Тяпкина за руку и разрешил ему войти в воду по грудки, поплескаться. После этого искупали Лешу и легли на песочке загорать.
Дедушка загорал, а Тяпкин и Леша строили домики и заборы из песка. Леша сказал:
– Гляди, как я могу!
– завертелся на одном месте и пропал в песке.
Тяпкин подождал минуту, подождал две, потом испугался и громко заревел:
– Дедуш, Лешка в песок засыпался!
Дед вскочил, стал расспрашивать, в чем дело, а Леша откуда-то, совсем с другого конца пляжа, закричал:
– Ты что? Вот он я! Я тебе просто показать хотел!
Так они поиграли еще часок и пошли вместе с дедом домой.
После обеда, за которым они опять ели разные вкусные вещи, Тяпкин и Леша легли спать в гамак и заснули сразу, потому что хорошо нагулялись и устали. Спали они довольно долго, потом попили молочка и вышли с дедушкой на тропку встречать со станции маму: Но мама не приехала. Стало уже прохладно, и пришлось возвратиться домой. Оделись потеплей, сходили за молоком, и дедушка разрешил отнести молочка для ежиков. Когда Тяпкин и Леша спустились
к оврагу и вылили молоко в мисочку, из кустов неожиданно появились старички. Леша очень обрадовался, а Тяпкин закричал:– Ура! Старички пришли!
Леша бросился всех целовать, потому что после выздоровления никого из своих старичков не видел.
– Как ты загорел, прямо сосновая шишка!
– сказал, улыбнувшись, старенький дедушка и вытер слезы ладошкой.- Как я рад, Лешенька!.. Я думал, уж и в живых тебя не увижу.
– Говорил же я, моя мама его вылечит!
– сказал Тяпкин покровительственно и сел на пенек, положив ладошки на колени.- А вы мне еще не верили, глупые дедушки!
Старички переглянулись, хотели, наверное, сказать, что это Тяпкин довел Лешу до такой тяжелой болезни, потом снова переглянулись и сразу все засмеялись. Очень это у них прекрасно получилось в один голос:
– Хе-хе-хе-хе!..
– Вы чего?
– обиделся Тяпкин.- Думаете, легко его было вылечить? Очень трудно. Мама целую ночь до утра не спала, все время к нему вставала, давала пить молочка горячего.
– Передай ей спасибо,- сказал старенький дедушка.
– Она добрая, хорошая женщина, я же говорил. Передай ей ото всех нас большое спасибо. Она дома?
– Уехала...- сказал Тяпкин, и вдруг ему сделалось очень грустно, одиноко и захотелось зареветь.- Обещала скоро приехать, а все не едет...Сдержался, не стал реветь, сказал басом: - Ешьте идите молоко, а то вон ежики прутся.
В траве и правда показывались и пропадали серые спинки ежиков. Старички заспешили к миске. Леша тоже побежал впереди них всех и занял место для старенького дедушки, чтобы тот мог поесть. Вряд ли Любин дедушка разрешит взять молочка еще, просто подумает, что они баловались и разлили. Но оказалось, что старички сегодня не так жадничали, потом, в миске лежало много кусочков булки, они доставали их прямо руками и ели над миской. Видно было, что им очень вкусно: такие у всех старичков стали довольные лица. Наелись, даже немного молока осталось ежикам.
Тяпкин и Леша еще посидели на пенечке, поразговаривали со старичками, но дедушка на крыльце закричал:
– Люба! Леша! Домой!
Пришлось попрощаться и идти домой.
Еще немножко они посидели на крылечке с дедушкой, поглядели, какое красное небо там, где село солнце. Дедушка сказал, что завтра будет ветер, раз небо такое красное. Тяпкин промолчал, но не поверил, потому что одно дело - небо, а другое - ветер. Небо - вон оно где, высоко, а ветер на земле. Но спорить с дедушкой Тяпкин не стал, потому что заметил, что, когда со взрослыми не споришь, как-то все лучше получается, без всяких неприятностей. Можно делать как хочешь, но спорить не надо.
Попили еще молочка и стали ложиться спать.
– Деда,- попросил Тяпкин, когда они с Лешей улеглись рядом на подушке,а ты нам песню споешь?
– Спи, ладно, потом,- сказал дедушка, зажег керосиновую лампу, загородил ее газетой, выключил верхний свет и сел читать книжку.
Стало совсем темно, и не ясно, что же случилось с мамой, почему она не едет. Тяпкин думал об этом, вертелся, вздыхал и не давал спать Леше.
– Ты что не спишь, крутишься?
– оторвался наконец дед от книжки.- И Леше спать не даешь, он тоже глазами хлопает. Давно пора спать.