Террариум 3
Шрифт:
Персея Жекан не очень хорошо знает, но он уверен, что тот любой ценой доведёт до конца свою миссию.
Лесогон сломленный мальчик с огромной ответственностью на плечах. Весь их маленький отряд помогал ему держать эту ответственность и Жекану жаль, что он покидает его.
— Тарас, — обратился к маленькому человеку Егерь, — тогда и ты оставайся.
Тарас был ошеломлён подобным.
— Почему? — Тут же разозлился он.
Егерь сразу ответил:
— Потому что ты… балласт.
— Чего?! — Опешил Тарас.
— Втроём мы доберёмся до цели куда быстрее. Да и с деньгами у нас уже совсем напряг.
— Не-е-ет… Не поэтому. А потому что я долбаный карлик. — Лицо
— Нет, Тарас. Совсем не поэтому. — Ответ Персей за Егеря.
— Да. Из-за этого. — Показал Егерь, что он способен и сам отвечать. — У нас каждая минута дорога, а ты нас замедляешь. Ты ешь припасы, ты тратишь деньги…
Егерь не успел закончить. Разгневанный Тарас поспешил покинуть дом.
— Зачем вы так с ним?! — Сразу спросил Лесогон.
— Не хочу, чтобы он помер. — Ответил Егерь.
Вот так вот. Егерь с Тарасом знакомы не один год. За это время Егерь всяка его называл: карликом, гномом, лилипутом, но он никогда не говорил, что тот бесполезен, что он балласт. Приберегал это для подобного случая. И не потому что Тарас и правда бесполезный карлик… Просто Егерь с ним сдружился. Именно Тарас давал Егерю выпивку, чтобы тот нажрался в зюзю, а потом выхаживал, словно тот его непутёвый, спившийся братец. Егерь был благодарен, но никогда этого не показывал. Таков уж он. Сейчас, этим грубым поступком он это и показал. Ну не дурак ли?
— Эй! Попутчики! Вы где! — Кричал дядька Влас с до сих пор бушующей улицы.
— Ладно давай прощаться. — Сказал Персей и подошёл к Жекану, чтобы пожать ему руку.
Потом подошёл Лесогон. Он С Жеканом обнялся. Тот даже похлопал мальчишку по спине.
Егерь тоже пожал руку.
Так вот и распалась их могучая группа. Их пути разошлись, но всех их ждут испытания.
***
Надели снегоступы, лица от холода за шерстью спрятали, водрузили на себя тюки и мешки с добром, и пошли себе в лес.
Погода вроде начинала успокаиваться, но охрана у ворот всё равно не шибко спешили выпускать народ. Хер её знает это погоду. Одним богам известно, чё там с ней в будущем будет. Сейчас может кажется, что спокойно всё становится, а через минуты десять уже пожалеешь, что нос из избы высунул.
Во время такой хератени охрана не имела права выпускать людей из деревни. Только впускать. А то людей на мороз выпускать, или не впускать из него, как-то не очень. Замёрзнут ведь. Да и вдруг проверка какая, или просто люди с другого поселения заглянут, а здесь, рядом трупы замёрзшие. Тогда ведь и слухи могут по народу пойти. Мол вот жестокие в Знахаровке люди живут. На мороз выкидывают, или не впускают во время бурана. И тогда всё… Пизда торговле, и деньгам, и образу жизни, пизда. Этого не кому здесь не надо. Тут и так люди с горестными минами вспоминают прежние времена, а если от них и остатки хорошего забрать, волками завоют. А там и до мятежа, до революционных настроений недалеко. Короче дело кажется простое, но если глубже посмотреть, то тут всё потруднее теории относительности будет.
Дядька Влас показал бумажку со словечками написанными великолепным почерком и всеми нужными подписями, и положил её обратно во внутренний карман.
Ну раз бумажка есть, значит никаких претензий нет. Человек понимает всю серьёзность своего решения и берёт ответственность на себя. Если вдруг помрёт, то при нём бумажка будет и никаких вопросов значит к охране быть не может.
Повесил глава поста свой АПУ за спину и крикнул:
— Открывай!
Подчинённые из тёплой будки выбежали, напялив на себя полушубки и похватав оружие. Сразу
замёрзли после прогретого помещения и от того быстро начали открывать ворота. Но не им здесь было плохо, а бойцу на вышке, что постоянно пританцовывал, обнимая пулемёт, завёрнутый в меха и держался поближе к маленькой печке.— Спасибо. — Сказал дядь Влас, но от свиста ветра командир поста не услышал его слов. Просто махнул рукой и выпустил из поселения.
Выйдя из деревни, группа быстро пошла к лесу, чтобы за стволами громадных деревьев спрятаться от ветра.
Шли друг за дружкой, привязавшись верёвками.
Дядька Влас первый, с длинной палкой и ружьём. За ним три его сына. А потом Лесогон с Персеем. Егерь был замыкающим. Он сам решил идти последним. У него снаряга лучшая. Пулемёт имеется с целой лентой. Да и к тому же не хотелось ему, чтобы его дядька Влас узнал. Нету сейчас времени на все эти обнимания, радости, вспоминания о былом. Сейчас главное миссия. Её успех.
Ветер обвивал деревья, покрывал их инеем и ледяной коростой. Сейчас он здесь бог, а не нечто, что скрывается во мраке, когда листва деревьев скрывает солнечный свет, и не сам лес. Он сейчас спит и скрип его ветвей на ветру, это храп. Жуткий, заставляющий поёжится. Хоть зимний лес и безопасней, но и в нём есть что-то необъяснимо страшное. Ужасающий бог из-за сна не перестаёт быть таковым.
Строй немного вильнул вправо, обходя опасный участок. Дядька Влас натыкал своей палкой яму, скрывшуюся под ровным слоем снега. Из дырки, что сделал дядька, вышло крохотное облако зеленоватого дыма. Под снегом, в яме, до сих пор росла разная ядовитая дрянь. Так что падать туда не стоит.
Где-то очень далеко завыли волки. Им ответили другие, где-то ещё дальше. Голодные, мрази. Не спят, не отдыхают, только и блуждают по лесу в поисках жертв. Развелось сук. И в этом их божок виноват. Огромный волк, уже не единожды встреченный Егерем. Как нечто подобное вообще могло вырасти, не понятно. Волки никогда не вырастали до таких размеров. Этот волчара видимо какой-то мутант. Просто гормоны роста у него пошаливают и всё. Или же это плохой знак? Намёк на будущее. Может эта тварь новая ступень эволюции волков, и теперь всё больше и больше их представителей будут рождаться такими? Более крупными, сильными, умными. А что дальше? Волки заменят людей? Нужно молить богов, чтобы такого не случилась. Хотя кажется они отвернулись от людей и хотят их смерти. Перебрались через кучу корней, через пласты земли, вывернутые, вырванные из земной толщи. В этих пластах, были норки. Из некоторых на путников поглядывали маленькие глазки, и боялись людей, и запаха пороха. Хорошо.
Особо древние старики пересказывали истории своих отцов о самом начале. О тех временах, когда огромные массы людей бежали на восток, а крохотна их часть оставалась их прикрывать. И были в те времена ужасные случаи. Держит себе рота оборону на участке и вдруг слышит писк, множественный, море писка, надвигающегося волнами. А потом из лесного мрака появлялся поток, цунами из крыс переростков, голодных и взбесившихся. И они пожирали роту. Каждого человека. Ничто не могло их остановить. Не техника, не огнемёты.
Сейчас подобное может произойти только вовремя особо больших эпидемий, или если особые службы в больших городах, годами не будут истреблять крыс.
Например, никто этим не занимается на землях «Чистых». Людей там почти нет, а оркам похуй. И может получится так, что человечеству, или победившим оркам, придётся почувствовать весь ужас войны с океаном крыс.
Прошли часы. Погода успокоилась. Солнце уже было близко к горизонту и небо окрасилось сначала в розовый, а потом в оранжевый и красный.