Тени Аразры
Шрифт:
– Никуда, - Энтони пожал плечами. Сейчас, больше всего на свете, ему хотелось забыть об Аразре, перенестись за спасительные стены Избора и броситься в ноги отцу, вымаливая прощение за детскую глупость, превратившую его в веша - врага всего, что он любил. Но вместо этого Святоша ободряюще улыбнулся Графу и пошёл к поваленной ели.
Друзья сели на шероховатый ствол и, не сговариваясь, уставились на полную зеленовато-жёлтую луну, которая сияла в небе, как огромный, идеальной огранки топаз.
Тёплый ласковый ветерок весело копошился в молодой зелёной листве. Оглушительно стрекотали кузнечики. Где-то вдалеке,
– Хорошо, что Улич перенёс нас в лес, а не в город, - срывающимся голосом произнёс Майкл.
Энтони согласно кивнул:
– Представляю, как удивились бы тиатцы, увидев наши обалдевшие лица.
Майкл громко расхохотался, и смех разрушил мучительное напряжение вешей.
– Разведём костёр?
– весело спросил Граф, встал и широко потянулся.
– Нас увидят, - покачал головой Святоша.
– Хотя, мне и самому хотелось бы провести ночь у огня. В детстве отец… - Он осёкся, чувствуя как из глубины души поднимается горечь и ненависть к драгам, накрыл поляну защитным полем и поднял тоскливый взгляд на зеленовато-жёлтую луну.
– Это было в другой жизни, - жёстко произнёс Майкл и оскалился: горькие эмоции друга раскалёнными иглами вонзались в его сердце. Подавив желание завыть на луну, Граф сел рядом с напарником и решительно произнёс:- Забудь о прошлом, Тони. Лучше скажи, как мы стравим графство и княжество?
Энтони опустил голову и чуть слышно проговорил:
– Мы убьём Максимилиана и представим его смерть делом рук лантерцев.
– И всё?.. Я надеялся, ты предложишь что-нибудь оригинальное.
– Ничего оригинального не будет, Майк! Драги хотят, чтобы я почувствовал себя подонком и убийцей, и мне придётся пройти через это.
– Для румерцев мы уже подонки и убийцы, - сухо заметил Граф, и друзья замолчали.
Тихая грусть вешей словно передалась луне, и её топазное око затянула лёгкая туманная дымка. Густой сумрак окутал поляну, размыл очертания деревьев и приглушил звонкое стрекотание кузнечиков. Майкл вдохнул сырой лесной воздух, и вдруг почувствовал, что не может больше молчать.
– Так что же в нас особенного, Тони?
– выпалил он первое, что пришло в голову.
Святоша оторвался от мрачных мыслей и с недоумением посмотрел на друга:
– Вспомни, как ты дрессируешь животных, и не задавай глупых вопросов. Ты видел подобный дар у кого-то ещё?
– Нет.
– Вот и ответ. И не заговаривай мне зубы.
– Энтони печально улыбнулся: - Кроме тебя у меня никого не осталось, Майк. Если я должен убить ради того, чтобы ты выжил, я сделаю это. Я смогу.
– Я знаю, - прошептал Майкл и нервно взлохматил волосы: - Даже не представляю, что меня больше раздражает: предстоящее задание или последующее возвращение в Аразру!.. Эх! Бросить бы всё да умчаться, куда глаза глядят!
– И куда глядят твои глаза?
– насмешливо поинтересовался Святоша.
– Никуда, - буркнул Граф и машинально коснулся колечка в козелке.
– Если б мы избавились от них, мы бы давным-давно сбежали.
Выругавшись себе под нос,
Майкл завернулся в плащ:– Поспи, Тони. Я посторожу.
– Боюсь, я не смогу уснуть, - вздохнул Святоша.
Но он ошибся. Стоило ему улечься на траву и закрыть глаза, сон моментально захватил его в свои объятья. Граф сидел рядом со спящим другом и думал о том, что именно он был рождён воином, а значит, в предстоящей операции всю грязную работу ему нужно было взять на себя. Он знал, что Энтони это не понравится, но считал такое разделение труда единственно правильным решением. "Пусть думает и анализирует. У него это получается лучше, чем…" - Услышав хруст ветки за спиной, Граф оборвал мысль и обернулся. Заросли орешника раздвинулись, и на опушку вступил огромный лось. На грубой буровато-чёрной шерсти поблёскивали капельки росы, крупную горбоносую голову венчали массивные ветвистые рога необычного, снежно-белого цвета.
– Вот махина!
– присвистнул Майкл и поднялся.
– А ну-ка, иди отсюда!
– Он махнул рукой, отгоняя зверя, однако тот не двинулся с места. Лось стоял величественным изваянием и пристально смотрел на человека, словно изучая его.
– Проваливай, пока мы не решили поохотиться!
– Граф состроил сердитое лицо: - Кыш, я сказал!
Лось царственно качнул головой и сделал несколько шагов к вешу. Майкл вновь открыл рот, но ничего не успел сказать. Лось топнул копытом, встряхнулся, сбрасывая со шкуры росу, и превратился в человека. Перед Графом стоял невысокий черноволосый мужчина в кожаном чёрном костюме, облегающим тело как перчатка.
– Не пугайся, Майк.
– Незнакомец успокаивающе поднял руку: - Я всего лишь хочу поговорить с тобой.
Майкл с недоумением покосился на спящего напарника и громко сказал:
– Тони! У нас гости!
– Я пришёл к тебе, Майкл, - с нажимом произнёс незнакомец.
– Пусть твой напарник спит.
– Что ты с ним сделал?
– Граф угрожающе сжал кулаки.
– Он проснётся, как только мы закончим разговор, - быстро сказал мужчина.
– Клянусь, я не причинил ему вреда!
– Почему я должен тебе верить?
– зло поинтересовался Майкл.
– Потому что я - твой отец.
– Ты псих!
– Меня зовут Т`орк.
– Ты псих, Т`орк!
– Я нормален, в отличие от большинства вешей и драгов, что тебя окружают, - с достоинством произнёс мужчина.
– Расскажи это кому-нибудь другому!
– огрызнулся Майкл и, с тревогой взглянув на безмятежно спящего друга, рявкнул: - Буди Тони и убирайся по-добру по-здорову! Усёк?
– Но…
– Если через минуту Энтони не проснётся, я позову драгов!
– Я не боюсь их!
– гордо заявил Т`орк. и снисходительно улыбнулся: - Разве ты не понял, кто перед тобой? Я строн!
– Строн?
– Майкл недоверчиво прищурился: - Не морочь мне голову! Строны не существует.
– А я по-твоему кто?
– фыркнул Т`орк.
– Дешёвый фокусник!
– Ай-ай-ай, Майк! Как тебе не стыдно отрицать очевидное. Ты же чувствуешь мою магию.
– Ну и что?
Строн сделал ещё один шажок к Майклу и терпеливо объяснил:
– А то, что обычные маги, впрочем, как и драги, не чувствуют нашу магию. А ты чувствуешь Модельное перевоплощение обычно…
– Что?
– растерянно переспросил Майкл.