Чтение онлайн

— Райли, — я потряс подругу за плечо, но она не откликнулась. — Райли, поднимайся.

Та продолжала лежать, даже не шевелясь.

— Ну уж нет. Здесь ты не останешься, — из последних сил, я начал поднимать её с земли.

Первые бронебойные снаряды глубоко вошли в тело эндлкрона, и колосс вздрогнул, издав низкий, вибрирующий стон. Смотреть, как его добивают, я не мог себе позволить, учитывая что он отклонялся прямо на нас. Подхватив Райли на руки, я побежал в сторону границы. Сулариты не останавливали нас. Многие всё ещё продолжали таращиться на обстреливаемого эндлкрона. Но другие, выдернутые из оцепенения нашим побегом, быстро приходили в себя, и начинали отступать, всё быстрее и быстрее, обгоняя нас.

— Вам не уйти! —

услышал я крик Латуриэля.

Он попытался перехватить нас, выскочив откуда-то справа с ножом. Но убегающий охранник-преторианец, налетев на своего хозяина, сбил его с ног. Я ещё слышал, как он сыпал проклятьями, и пытался нас преследовать, но вопли обезумевшего суларита быстро утонули в криках остальных фанатиков, рёве раненного эндлкрона, и глухих ударах артобстрела.

Вот баррикада из машин. 'Баррикадой' это назвать язык не поворачивается. Просто плотно стоящие друг к другу автомобили, между которыми легко можно пролезть. Сулариты перепрыгивали через них, как заправские спортсмены. Мне же, с покалеченной Райли на руках, пришлось повозиться, чтобы протиснуться между корпусами. Позади, сумеречная артиллерия продолжала расстреливать гигантскую гидру со всех сторон, вколачивая в неё снаряд за снарядом. А впереди показались ровные колонны апологетов. Увидев, что на них бегут сулариты, апологеты приняли оборонительный порядок и ощетинились оружием. Но нам до них было ещё бежать и бежать. А бежать как следует у меня не получалось из-за ноши.

Последний вой эндлкрона, уже не грозный и агрессивный, а жалобный и страдальческий, разнёсся по округе, сообщая, что даже такая огромная мощь не смогла устоять под ударами сокрушительного молота сумеречной военной машины. Эндлкрон падал, как подрубленное дерево, и я чувствовал это затылком. Ощущал, как за спиной рассыпаются здания, вдавливается и проваливается асфальт, рвутся провода, размазываются в мокрые кляксы не успевшие убежать сулариты. Ещё немного, и я сам могу оказаться погребённым под многотонной тушей.

Титан падал ровно вдоль улицы. Не сразу, а постепенно, словно ложась на неё. Его щупальца срывали кровлю и сносили балконы, но большая их часть длинной кистью опускалась на дорогу, прямо нам на головы. Дробя асфальтовый панцирь, сминая машины и расплющивая отступающих суларитов, чудовищные отростки начали падать по обеим сторонам от меня. От колеблющейся земли я едва держал равновесие, отшатываясь то от одного, то от другого упавшего щупальца. Но их падало всё больше и больше. Одно из них, довольно тонкое, хлыстом шлёпнулось совсем рядом от меня, и я увидел, как бегущего впереди суларита примяло к земле. Машинально я в очередной раз поменял направление и споткнулся об уже лежавшее щупальце, после чего упал, уронив Райли. Мимо пробежало несколько суларитов. Я попытался поднять Райли, но упавшее рядом щупальце опять свалило меня с ног. При этом, по бедру чем-то чиркануло, и я почувствовал резкую боль. По правой ноге потекла кровь. Из последних сил, я поднялся, и вновь попытался схватить подругу, но в этот самый момент заметил, что рядом ещё кто-то есть. Оглянувшись увидел стоявшего на четвереньках Латуриэля. Подкравшись сзади, он пытался ударить меня ножом, но был сбит упавшим щупальцем, и успел меня зацепить лишь за ногу. Разбираться с ним не было времени. Над нами нависало ещё немало щупалец. Поэтому я, не дав ему отдышаться, просто наступил ему на руку, а когда он выпустил нож, пнул оружие как можно дальше в сторону.

— Будь ты проклят! — простонал упрямый суларит. — Ты всё разрушил!

— И я очень этим доволен, — подхватив Райли, я побежал дальше, успев заметить, что на нас валится очень крупное щупальце.

— Я найду те… — попытался крикнуть Латуриэль, но его крик оборвался вместе с ударом упавшего щупальца, раздавившего его как таракана.

В этот раз я удержал равновесие, чудом не свалился, но устоял. Больше щупальца рядом с нами не падали. Впереди опять появились сулариты,

успевшие убежать на безопасное расстояние. Тревожно оглядываясь, они, разоружившись, стояли на коленях, с поднятыми кверху ладонями. Они капитулировали. Петляя между ними, я наконец-то вышел на рубеж перед первой линией апологетов. В глазах уже всё мутилось. Бежал из последних сил, словно желая выплюнуть собственные лёгкие. Руки онемели. Нога, при каждом шаге простреливала дикой болью. Только бы не упасть. Только бы не упасть.

Я увидел знакомые фигуры, выбежавшие к нам навстречу. Споткнувшись, выронил Райли, но она была тут же подхвачена Гудвином. А я, упав на одно колено, только и успел упереться руками в асфальт. Меня тут же подхватили маленькие, но крепкие ручки.

— Писатель, ты жив! Я так рада!

— Тина, уходи отсюда, — ответил я. — Сулариты рядом. За тобой ещё могут охотиться.

— Они сдались. Всё закончилось.

— Ну-ка, посторонись мелюзга, — я почувствовал, как меня с силой отрывают от земли. — Давай, Писатель, вставай. Твоя работа закончена. Ты — герой, мать твою!

— Герой — штаны с дырой, — с трудом отшутился я. — Флинт, ты только на руки меня не поднимай, ладно? Я сам дойду.

— Дойдёшь, Писатель, дойдёшь, — гудел Флинт. — Теперь всё будет хорошо, мой друг.

Я проснулся в комнате, которую мне любезно выделили апологеты. Было темно. Световоск полностью погас, и разглядеть что-либо в темноте не представлялось возможным. Нога слегка саднила, глотку пощипывало, но в целом состояние можно было охарактеризовать как вполне нормальное.

Лёжа с открытыми глазами, я пялился в темноту, и почему-то чувствовал, что рядом со мной кто-то находится. Хоть он и не издавал никаких звуков, даже дыхания, но я был уверен, что он здесь.

— Эй, — осторожно произнёс я.

Темнота не ответила.

— Э-эй, — повторил я.

Кто-то мягко надавил на одеяло, в область моей груди. От этого меня ударило в пот.

— Никого, — прошептал сумрак, открывая глаза, горящие зелёным пламенем. — Только я.

В ужасе, я оттолкнулся ногами, отпрыгнул назад, сильно ударился об кроватную каретку, и… Проснулся.

Моя комнатушка освещалась мягким, зеленоватым световоском. Рядом с моей кроватью стояло кресло, в котором дежурила сиделка — высокая женщина с пышными, чёрными волосами. На ней был медицинский халат, шапочка, белые туфли и чулки. Большие ядовито-зелёные глаза медсестры были довольно широко расставлены от переносицы, но этот, казалось бы, изъян, почему-то напротив — выглядел своеобразной изюминкой, придавая даме необычный шарм.

— Привет, — с придыханием произнесла она, увидев, что я проснулся.

— Привет, — ответил я. — А ты кто? Апологет?

— Ты меня не узнал? — она подвинулась поближе ко мне и улыбнулась широкой улыбкой. — Ах, ну да, прости ну-у, за то что напугала… Я частенько забываю, что мой истинный облик воспринимается людьми, эм-м… Не очень позитивно.

— Хо? — от неожиданности рассмеялся я. — Это ты, что ли? Ну ты даёшь.

— Нравлюсь? — она кокетливо покачнулась.

— Безусловно, в этом виде ты смотришься гораздо привлекательнее, чем в обычном.

— Сомнительный комплимент, ну да ладно. Человеческие вкусы такие… А, не важно. Как ты себя чувствуешь?

— Хорошо. Но мог бы чувствовать себя лучше, если бы ты мне немного помогла с эндлкроном и суларитами.

— Если бы я тебе не помогала, ты бы сейчас лежал не здесь, живой и здоровый, а гнил бы нанизанный на шест, посреди площади. На потеху поклоняющимся мне идиотам.

— Да, Латуриэль явно не ожидал от нас такого поворота. Это было круто. Спасибо тебе.

— На здоровье. Только больше не нарывайся на подобные неприятности. Я помогала тебе ради себя, но больше этого делать не собираюсь. Слишком рискованно. И слишком чревато. Для тебя.