Тёмное пламя 1
Шрифт:
Комнату с высоким сводчатым потолком заливал мягкий свет заходящего солнца, занавеси слабо колебал ветерок из распахнутых окон. Из сада доносилась нежная мелодия флейты.
— Закат? — вслух произнесла Рэйвен и ощутила почти физическое облегчение оттого, что её голос прозвучал нормально, правда, несколько испуганно. — Сколько же я спала?
Последнее, что помнила Рэйвен, это как они с Фаэрроном сидели в гостиной, читали фолианты двух самых авторитетных летописцев Аластрима, выискивая расхождения с кэр-лайонскими летописями авторства Рангона — и их оказалось слишком много.
Наверно, она там и уснула. Кто-то, и она догадывалась, кто именно, позаботился
Откинув атласное одеяло и, оглядевшись по сторонам, улыбнулась, увидев расправленное на спинке стула светлое платье. Но прежде ей хотелось смыть с себя этот… странный сон, это липкое и противное ощущение…
Она вошла в купальню, снова улыбнулась, увидев, что бассейн наполнен чистой прозрачной водой, обвела задумчивым взглядом длинные стеллажи, заполненные разноцветными флаконами. Накануне она уже выяснила опытным путём, что чем ярче флакон, тем сильнее и насыщенней аромат.
«Удивительно,» — подумалось ей. — «Сколь о многом успевает подумать и позаботиться Фаэррон».
Она выбрала бледно-сиреневый флакон с лёгким, едва уловимым запахом жасмина и свежескошенной травы. Подобрать правильный аромат было целым искусством, потому что он должен сочетаться с твоим собственным запахом, в зависимости от цели подчёркивая или, наоборот, приглушая или маскируя его. Но сейчас ей было не до подбора нюансов, и она выбрала то, что наиболее близко ей самой.
В тёплой воде она себе позволила понежиться лишь с четверть часа, поскольку её и Фаэррона ждала работа над летописями, и они оба ощущали как стремительно тает время, а источник угрозы пока что не найден.
Вернулась в комнату и, изрядно помучившись с многочисленными застёжками, оделась и подошла к зеркалу в простенке между окнами. Атласной лентой подвязала волосы. Платье сидело изумительно, как будто на неё сшитое. Длинное, лёгкое, из слегка мерцающей ткани, очень приятной на ощупь. Но сама себе она такое бы никогда не выбрала, хотя фасон — с одним открытым плечом — показался ей интересным.
В гостиной, превратившейся за последние дня два в нечто среднее между библиотекой, залом совещаний и мастерской, Фаэррона не оказалось. Рэйвен подошла к стене с прикреплёнными листами из фолиантов, которые казались размещёнными хаотично, и впечатление усиливалось разноцветными стрелками, прочерченными прямо по стенам, и соединяющими обведённые, подчёркнутые и зачёркнутые фрагменты текста.
Они с Фаэрроном провели огромную работу за эти два дня, изучая кэр-лайонские «летописи» и сравнивая их с другими, не авторства Рангона, источниками, заслуживающими доверия.
Ей вдруг вспомнился офорт со Стратим в книге Зеллорина и фреска с ней же в Зале Пробуждения. И она задумалась, а не может ли быть та девочка-оборотень из летописей Рангона действительно связана со Стратим.
«Девочка-оборотень исчезла», — задумалась Рэйвен. — «А в более поздних летописях, не Рангоном составленных, появились упоминания, что кто-то где-то видел Стратим… Хотя… Фаэррон говорит, что она точно покинула Элиндар, вместе с другими аватарами стихий… И ему я верю больше, чем летописцам».
Сравнения Рангона оборотня с покровительницей моря и магии вдруг показались Рэйвен… немного глубже, чем просто признание внешнего сходства. Неожиданно пришедшая в голову мысль ей самой показалась невероятной, но… она уже поняла, что игры Старших могут быть весьма изощрёнными.
«Надо срочно найти фолиант Зеллорина», — она машинально вытерла об платье похолодевшие
и ставшие влажными ладони. — «Может, в библиотеке Фаэррона поискать? Нет, пожалуй, лучше сначала спросить у него».Она вышла из гостиной, решив, что, скорее всего, князь в своём рабочем кабинете. Рэйвен примерно представляла, где кабинет находится — Фаэррон сказал. Но прежде у неё не было повода для… такого визита.
Чтобы добраться до кабинета, требовалось пройти через целую анфиладу залов. По пути она, хотя и торопилась, но успела рассмотреть полы, украшенные лиственными орнаментами из драгоценных камней, стены, покрытые сплошным ковром растений. И, видимо, росли они тут не только для красоты: Рэйвен заметила среди мощных мясистых листьев странные большие плоды, отдаленно напоминавшие яблоки. Сводчатые потолки походили на звездное небо, вдоль стен в широких желобах из необработанного камня журчала вода. Сквозь увенчанные арками дверные проемы виднелись другие комнаты, поменьше и без растений, со скруглёнными углами, обставленные красивой мебелью.
Наконец, путь завершился перед массивными дверями, сейчас приоткрытыми. Рэйвен, поколебавшись, вошла. Вещи многое могут рассказать о своём владельце, но сейчас, пытаясь составить мнение о Фаэрроне, она пребывала в замешательстве. Которое ещё и усиливалось смущением от того, что Рэйвен сознавала, что вторглась в его личное пространство, хоть и не имела такого намерения.
«Но он же мне прямо этого не запретил?» — успокоила она саму себя. — «И это не спальня, а всего лишь рабочий кабинет».
И она с интересом принялась оглядываться — и здесь было на что посмотреть. На стенах развешаны луки, мечи, секиры, копья, арбалеты — всё вперемешку. Изящные вещи эльфийской работы соседствовали с массивными гномьими и неказистыми орочьими творениями. Но создавалось впечатление, что каждый предмет находился на своем месте и не мог быть передвинут или убран без нарушения общей картины.
И повсюду книги: в шкафах, на письменном столе, даже на полу несколько стопок.
В простенках между окнами стояли незавершённые мраморные скульптуры, пространство на стенах, не занятое оружием, заполняли наброски углём, выполненные в отрывистой, очень выразительной манере. Все они повторяли одно и то же: девушка, чуть склонив голову, поправляла рукой волосы. Её улыбка, нежная и одновременно скорбная, наполняла душу печалью и томительным предчувствием неизбежного.
Ещё несколько дней назад она бы решила, что это — Вириэна, но после визита на флагман Логрейна, уверенности уже не было.
Смутившись, Рэйвен перевела взгляд на ткацкий станок с почти сплетённым гобеленом, изображающим залитую серебристым лунным светом земляничную полянку.
«Неужели у него на всё это хватает времени?» — подумалось ей.
— Ты права, действительно не хватает, — послышался мягкий голос.
И Рэйвен вздрогнула: «Я что, сказала это вслух?»
Фаэррон, прислонившись к стене возле дверного проёма, улыбаясь, смотрел на неё. Она поняла, что он уже некоторое время был здесь и с интересом наблюдал за ней.
— Прости, — она чуть склонила голову, чувствуя, что щеки горят, и не желая показывать ему своё смущение. — Я… искала тебя.
— Зачем? — он выпрямился, оторвавшись от стены, но всё еще стоял на пороге. Его глаза мягко мерцали, на губах играла лёгкая улыбка.
— Мне в голову пришла одна мысль, — заговорила она и невольно улыбнулась от того, как это прозвучало. — Но чтобы убедиться, мне нужны «Лики химеры» Зеллорина, чтобы сравнить с кэр-лайонскими летописями… и другими источниками.