Чтение онлайн

Он помолчал щепку и начал.

– Я долго размышлял о тсарице-видунье, прочёл много книг, советовался с коллегами и кое до чего докопался, но обо всём по порядку.

Итак, Виттора училась вместе с тобой, доча. Это уже ни от кого не секрет. И ...ты лично познакомилась с ней перед войной.

– Жаль, я её не убила, – вставила Рыска мрачно.

– Да, жаль, – вздохнув, согласился путник, – И ведь надо было потом добить, а я, старый дурак, решил, что она может пригодиться... Но начну я с другого.

Я отлично помню способную девушку, которая всегда радовала наставников. Хольга отсыпала ей таланта – на троих хватит. Она была одной из лучших на вашем потоке. И если ты, доча, брала усидчивостью,

старанием, упорством и стремлением быть кое на кого похожей ( Альк с ухмылкой взглянул на Рыску и покачал головой. Она пожала плечами в ответ), то Витторе всё давалось само собой. Она легко обучилась теории, преуспела в практике, освоила боевые дисциплины – да так, что многие парни ей и в подмётки не годились.Такую грех было не выбрать путницей.

– А меня, значит, не грех? – встрял Альк.

– Я ещё раз повторю, если ты забыл: я голосовал против, – с нажимом произнес Крысолов, – Не перебивай, пожалуйста, больше, а то забуду что- нибудь важное... Тем более, да будет тебе известно, Альк, Виттора по некоторым достоверным сведениям состояла в связи с кем-то из наставников. И, похоже, даже не с одним.

– А, ну тогда, все понятно, – согласился Альк, – Приношу извинения: не оправдал надежд, – добавил он с сарказмом.

Рыска молча дёрнула мужа за косу, которая была к ней ближе, и нахмурилась. Больше Альк наставника не перебивал.

– Семь лет быстро прошли, – продолжал Крысолов, – Девушка на “отлично” сдала все дисциплины, успешно прошла последнее испытание, получила грамоту и первую “свечу” и ... больше в Пристани её никто и никогда не видел. Это, конечно, ерунда. Для беспокойства это причиной не является. В истории Пристани тысячи примеров, когда в жизни путников случалось что-то такое, что мешало продолжению службы, скажем, приключалась тяжёлая болезнь. А может быть, заключался счастливый брак, когда не хочется надолго уезжать из дома ( особенно к этому, кстати говоря, склонны женщины). Да и мало ли чего может случиться? Может, умерла она давно! Но тут кое-что произошло, – путник сделал паузу, глядя на слушателей. – Через два года после вашего выпуска, доча, один из наставников увидел девушку в городе, да не одну, а со своей “свечой”, – Крысолов вздохнул, – В образе человека, – завершил он.

Повисла тишина. Присутствующие уставились на Крысолова не мигая, во все глаза.

– И...как им такое удалось? – спросил, наконец, Альк.

– Да так же, как и вам, – ответил путник.

– А нам как удалось? – нетерпеливо задал следующий вопрос саврянин.

– А вы ещё не догадались? – усмехнулся Крысолов, – Всё дело в любви. Или хотя бы, в привязанности.

– Кого к кому?

– Взаимной, надо понимать... – вздохнул путник. –Только так “свеча” может стать человеком.

Помолчали, вспоминая ситуацию.

– Что-то я этой привязанности тогда не заметил, – фыркнул Жар. Немного подумал и покачал головой, – Нет, – увереннее добавил он, – Я ведь всё это от начала до конца видел. Альк у нас всегда только себя любил. А Рыска... Она ведь крыс и саврян всегда больше всего на свете боялась и ненавидела. Так что, он ей в любом виде был неприятен... – покосился на супругов, – Тогда, я имею в виду... Там о привязанности и речи быть не могло. Если только потом... Но тогда не срастается ваша версия!

– Ты не прав, мой друг, – снова вздохнул Крысолов, – То есть, по началу так оно всё и было, но затем, в связи с произошедшим отношение их друг к другу начало меняться. – он улыбнулся, – Лично я с первого взгляда всё понял. Я вот эту картину идиллическую, – он кивнул на Алька и Рыску, – Ещё тогда себе представил и не ошибся. И потом, всё логично: Рыска у нас очень добрая. Не может оставить живое существо в беде, даже крысу. Тем более, после такого рассказа. Ей стало его жалко, а от жалости недалеко до симпатии ,

а там и привязанности. А Альк... Он, похоже, был ей благодарен, не смотря на всю свою зловредность, особенно после того, как она не оставила его путнику, а решила всё же забрать с собой. С этого-то всё и началось.

То же самое произошло в случае Витторы: она общалась с парнем с первого курса, а когда он стал крысой, она забрала его себе. Любовь-не любовь, а привязанность у них точно возникла за семь лет. И в итоге у них вышло то же, что и у вас.

– Да такого же быть не может! – возразил Альк, – Когда становишься “свечой”, не то, что через два года – через пару недель начинаешь чувствовать себя крысой. И я это, как ты понимаешь, не по наслышке знаю.

– Всё так, Альк, – согласился старый путник, – Но, я думаю, ты согласишься, что не то что ты или я, а многие мудрецы и мыслители, проведшие свою жизнь в исследованиях – и то не знают о даре абсолютно всего. Все наши знания, выводы и измышления – это лишь малая толика, крошечная частичка того, чем дар является на самом деле. К тому же, многие по этому поводу вообще не заморачиваются: научился дороги менять – и хватит с него.

Альк согласно кивнул. А Крысолов продолжал:

– Но есть и те, кто мыслит нестандартно, любит докапываться до истины, до глубин, до истоков. Виттора принадлежит именно к этой категории. Всегда такой была... И вот, её старания, помноженные на талант, дали свои плоды: её “свеча” осталась человеком и не потеряла разума. И возможно, я бы сумел разобраться в ситуации, да вот беда: мне ни разу так и не удалось найти их. Да и за такой срок, надо полагать, парень всяко умер. По-другому и быть не может. Восемь с лишним лет с тех пор прошло... Мне казалось, и года достаточно, но, видимо, это было просто совпадение... – добавил он задумчиво, но вдруг умолк и отвёл взгляд с таким видом, будто сообразил, что сболтнул лишнего.

– Это ты о чём? – не понял Альк.

– Да так...

– Что значит – да так? – прицепился к нему саврянин, – Начал – теперь говори, – с нажимом произнёс он, – К тому же, я давно обо всём догадался. Мог бы и раньше рассказать... про свое... хм, совпадение.

– Не мог... – устало уронил Крысолов.

– Нет мог! – рявкнул Альк, – И это значительно облегчило бы мне задачу!

– Да-а? – с ухмылкой произнёс путник, – И каким образом? Почему ты разделился с крысой, до сих пор никто не выяснил, а в человека тогда ты и без меня превращаться научился. Зачем тебе было это знать?

– Затем, что я бы сразу тогда понял, что могу тебе доверять, – процедил Альк.

– Вы о чём? – попыталась вклиниться Рыска, садясь на кровати, но сжигающие друг друга взглядом Альк и Крысолов даже не обратили внимания на ее реплику.

– Да ни хрена бы тогда не понял! – вызверился Крысолов, – И сейчас не понимаешь! Ты просто от любопытства умираешь – и всё! Ничуть не изменился, каким в двадцать лет был, таким в сорок и остался! – лицо старика на миг исказило страдание, но он быстро справился с собой. – У всех есть тайны, Альк... А это – моя! Я никогда и ни с кем не собирался ее обсуждать.

– Почему же сейчас передумал?!

– Оговорился! А ты и рад стараться – вынь тебе да положь истину! Может сам расскажешь, раз всё знаешь? Как тогда, как раз перед тем, как кое-кто, – он покосился на Жара, – меня камешком угостил!..

Ещё с десяток щепок путники, наставник и ученик, пристально смотрели друг на друга. Давние разногласия, недосказанность, обиды готовы были прорваться наружу.

Почувствовав это, Рыска легонько, незаметно для окружающих погладила Алька по спине, раз, другой, третий... От первого прикосновение Альк недовольно дёрнулся. После второго через плечо покосился на жену. После третьего вздохнул, нахмурился сильнее, но уже более мирно проговорил: