Стражи Леса
Шрифт:
От единственного уцелевшего дерева в овраге отлетела небольшая тень. Поравнявшись со Жрицей, колдунья скинула капюшон. Бледная кожа казалась ещё бледнее из-за горящих янтарём глаз, со смесью интереса и омерзения смотрящих на собеседницу.
— Кто ты? — прорычала Истинная, не решаясь напасть. Она чувствовала в этой хрупкой девочке силу и понимала, что за миниатюрной точёной фигуркой может скрываться кое-что гораздо более убийственное, чем женская хитрость.
— Вам об этом знать не обязательно. Гораздо важнее то, что мы можем быть друг другу полезны.
Глава XI. Посиделки
Незаметная полянка неподалёку от холма погрузилась во Тьму, которая, правда, через минуту рассеялась, оставив после себя Астерота в компании всех его спутников и Убийцы. Пока Тёмный
Жалко, конечно, было рядовых Иссушённых, но кто же знал, во-первых, что Жрица сойдёт с ума, и во-вторых, что она же накинет на них что-то вроде подчинения. Даже не обычного подчинения, а такого, что действует только на эльфов. Из-за рассказа эльфийки, после смерти превращённой им в Убийцу, Астерот думал, что лидер поселения длинноухих — женщина боевая, с железным стержнем внутри, готовая умереть за своих собратьев. Но реальность оказалась иной: сама остроухая умирать не хотела, зато отправила на убой подчинённых, чтобы потом воскресить их, и… и что? Жрица превратила остальных в вечно голодных монстров просто из-за того, что ей хотелось власти? Если всё-таки верить словам Убийцы, то нет, она не была на такое способна. Значит, просто сломалась? Сломалась и обрекла тех, кого так любила, на существование в виде одержимых жаждой крови тварей? Версия, конечно, сумасшедшая, но другой пока не было.
В который раз Астерот похвалил себя за то, что смог достать свою личность из-за Барьера. Пусть не целиком, пусть какая-то часть его всё ещё томится за кристальной стеной, но, всё же, тот обрывок его сознания, что каким-то чудом смог избежать заточения, потеряв при этом всю трезвость и сухость ума, мог бы так же легко сломаться, как эта Жрица. А уж от Короля Тьмы, наверное, можно было бы ожидать чего-то пострашнее, чем просто армия мертвецов.
Кстати, ещё один интересный вопрос: каким образом в голове Жрицы вообще поселилась мысль воскресить эльфов? И если на этот вопрос ещё можно ответить, то другой уже не кажется таким простым: откуда Светлая до мозга костей длинноухая узнала о таком мерзком, по их соображениям, ритуале воскрешения? Светлая магия способна возрождать павших, но не превращая их при этом в гонимых голодом существ. Правда, там и объём воскрешения в разы меньше, и само заклинание сложнее, чем поднять мертвецов и дать им поесть мяса Осквернённых. В таком случае, обуявший длинноухих голод можно списать на побочный эффект плоти продавшихся Скверне сородичей, но ничего из этого не объясняет, откуда эльфийка знает некромантию.
Размышления помогали Астероту отвлечься от того, что прямо сейчас в попытках их найти весь лес прочёсывают сотни мертвецов. Решив, что переместил выход из канала достаточно, он повернулся к Циту и Лире, усиленно смотрящим в карту:
— Есть результат?
— Я не до конца понимаю, где мы, — начал был Цит, но его перебила Лира.
— Я ж тебе говорю, здесь! — Аккуратный пальчик уткнулся в тонкий пергамент с такой силой, что тот просто чудом не порвался. — Вот их лагерь, вот холм, если ты говоришь, что пробегал мимо поваленного дерева, а мы скакнули почти по прямой, то здесь мы, здесь!
— Хорошо, предположим, что ты права. Если мы и правда здесь, то… — Он поднял голову от карты и ещё раз огляделся. — Лагерь там, — он махнул вправо, сверившись до этого с рисунком, — вход там, — качнул головой влево, — значит, идти надо прямо.
— Учитывая неточность карты, нельзя сказать, сколько времени займёт путь. Мне кажется, что рисовавший это эльф страдал таким топографическим кретинизмом, что нашим это даже не снилось. Где масштаб, где точность ориентиров? — спросила у пустоты Лира, и, увидев удивлённые лица собеседников махнула рукой. — Забейте. Ну, в смысле, забудьте, не надо меня убивать.
— Итак, — вернул внимание к карте Астерот, — нам к руинам. Думаю, это могут быть остатки предыдущего места жительства эльфов, а оттуда, уверен, рукой подать до истончения пространства и портала. Если эльфы надеялись вернуться, они бы вряд ли стали селиться далеко от портала.
—
Но почему они покинули прошлый лагерь? — недоумённо спросила Лира. — Что могло вынудить их уйти?— Первая Кровавая Ночь, к примеру. Или вторая. — пожал плечами Цит. — Ну, идём?
— Не совсем.
Приказав Убийце возвращаться, Астерот выпустил перед собой небольшое облачко Материи. Погрузив в центр Руну Тьмы, он запечатал её, и, скрепив по краям Материю, возжелал создать портальный маяк. Материя вздрогнула, сжалась, прильнула к Руне, а потом по ней побежала вязь небольших символов. Астерот скреплял этот камень с собой, и, не забывая на всякий случай про защиту, предусмотрел возможность отделить от себя маяк. Символы то вспыхивали, то гасли, продолжая покрывать собой поверхность каменеющей Материи. Через минуту прибежала Убийца, успевшая оббежать вокруг них и убедиться в полной безопасности: судя по всему, Истинные большую часть своих сил сосредоточили на каком-то другом направлении.
Создав портальный маяк, Астерот вручил его Убийце. Если Иссушённая была способна развивать неплохую скорость, то они такой особенностью не отличались. Поэтому Астерот предпочёл путешествовать пусть с задержками, пусть с затратами на порталы, но несколько быстрее, нежели на своих двоих. Наконец, обескровленная эльфийка отправилась вперёд, туда, где, по предположению Цита, должны были быть развалины.
Астерот соткал вокруг них полог Невидимости, похожий на тот, что он творил на подходах к Иномумиру, только немного доработал плетение, добавив вкрапления Материи Жизни. Наверное, восставшие из мёртвых эльфы тоже могут чувствовать эманации живых существ, поэтому на всякий случай в плетение были добавлены небольшие прожилки Материи Смерти. От случайного взгляда их заклинание укроет, от направленного, скорее всего, тоже, а большего было и не надо.
Переместив купол к ближайшему дереву, он сел, и остальные быстро присоединились к нему. Посидеть на траве вместо того, чтобы стоять под пекущим светилом, всем показалось более приемлемым вариантом. Пока Лира и Цит спорили о чём-то, тыкая в бедную карту, Астерот погрузился в размышления.
Длина «поводка», связывающего маяк и Астерота, была неплохая — около тридцати киломертов. Правда, на максимальном расстоянии требуется наибольшее количество Материи, и, следовательно, это сильнее их демаскирует. В принципе, десяти киломертов должно хватить для быстрого и относительно незаметного перемещения. Взяв у Цита карту, Астерот прикинул её масштаб и посчитал, что им хватит пяти или шести прыжков, чтобы оказаться в руинах. Слабо верилось, что эльфы почти не отошли от старого места жительства, так что Астерот посчитал, что неизвестный картограф просто указал направление к руинам.
— Всё-таки странно как-то: нас ищут, а мы просто сидим. — Вздохнула Лира, попытавшись потрогать накрывший их купол. Но её рука просто прошла сквозь Материю, выйдя во внешний мир, за что на неё тут же шикнул Тёмный:
— Сиди спокойно! Когда Убийца добежит, мы прыгнем к ней. Вот только бежать ей долго. Не так, как нам, но тоже не пять минут. Можно пока о чём-нибудь поговорить… — Тёмный откинулся на ствол дерева будто на спинку дорогого кресла. Даже на природе он выглядел так, будто этот лес почтила своим присутствием невероятно важная персона: прямая спина, тонкая линия поджатых губ, чуть надменный взгляд. Плащ под ним отбрасывал фиолетовые отблески на траву, самые тонкие и молодые травинки вообще казались. Длинные тонкие ноги придавали, однако, его образу возраста и какой-то болезненности. Но чернеющие на бледном лице угольно-карие глаза, конечно, мигом разубеждали сидящих перед ним в его доброте и обычности.
— О чём же? — буркнул Цит, боязливо озираясь. Он чувствовал на себе чей-то взгляд, но никак не мог понять, откуда на него смотрели. Чьи-то глаза прожигали дыру в его спине, от внимания этого жуткого существа вся спина покрывалась мурашками и холодным потом, но внешне он старался этого не показать.
– Ну, не знаю. Например, о том, как ты оказался в прислуге Металича. — улыбнулся Тёмный, блаженно потягиваясь. Отдых на природе давно был пределом его мечтаний…
— Там совершенно не о чем говорить. — отрезал вскинувшийся Цит. — В этой теме нет совершенно ничего интересного, да и делиться этим я не намерен. Быть может, ты расскажешь, зачем мы тебе?