Стражи Леса
Шрифт:
Астерот поднял два пальца, и с каждого из них сорвался чёрный луч. Один попал в щупальце, другой угодил в бутон. Основное оружие растения тут же оказалось разделено на две части, а «голова» начала стремительно иссыхать, подтачиваемая Тьмой. Завершил скоротечный бой Шианхут, подойдя и резким ударом срубив три уже не таких больших листочка.
Вздохнув, Тёмный двинулся туда, где, как он думал, мог быть центр города. Он чувствовал, что кого-то из их отряда унесло примерно в том направлении, да и логично было бы, если бы главным элементом лагеря остроухих был бы портал к ним на родину.
Тишина мёртвого города пугала. Невольно появлялись мысли о том, что когда-то в этом месте кто-то жил, росли чьи-то
Оба, что Шианхут, что Астерот, вертели головами по сторонам, постоянно ожидая новой атаки, но никого не было. Старый лагерь был абсолютно пуст: ниоткуда не слышалось голосов, никто никуда не шёл. Вокруг была только звенящая тишина, совершенно не вяжущаяся с тем, что здесь должно было быть ещё как минимум два живых существа.
И тут, в подтверждение мыслей Тёмного, впереди, за одним из почти развалившихся домов, раздался громкий женский крик:
– Астерот! Сюда! — Узнав в обладательнице голоса Лиру, он перешёл на бег, помогая себе микропорталом.
То, что он увидел, когда добежал до домика, заставило его в очередной раз подумать о том, как сильно уродует Скверна эльфов. Лиру зажал в угол один из бывших обитателей этого места, стоящий к нему спиной. Но всё в этом существе вызывало сильнейшее омерзение: сгорбленная спина, расставленные в стороны руки, прямо из пальцев которых росли длинные когти, вывернутые в обратные стороны ноги, голова, покрытая вместо волос чем-то другим, отдалённо напоминающим чёрный мох. Одежда того, что раньше было эльфом, была изорвана, местами из неё будто вырвали крупные куски, штаны держались на честном слове, грозя разлететься пылью при каждом шаге.
— Ты пришёл! Слава…
Радостный крик Лиры заставил существо обернуться и заставить Астерота скривиться второй раз. Почти всё лицо существа, раньше бывшего эльфом, было покрыто тем же мхом, что заменял ему волосы. Из-под «шлема» выглядывал только чёрный левый глаз и изогнутый в беззубой улыбке рот. Растительность спускалась с лица на шею, и, вероятно, опутывала длинноухого целиком.
Завизжав, порождение Скверны развернулось к Лире и выстрелило в неё длинным хоботком, вылетевшим оттуда, где у нормальных гуманоидов растёт нос. Девушка, в очередной раз вскрикнув, отбила атаку созданным только что арбалетным болтом, а затем выстрелила им же в скрючившееся ещё больше существо. Удача явно была на стороне девушки: бывший эльф хотел поднять голову, а получил стрелу в глаз.
Воздух пронзил тихий писк, когда существо, схватившись за стрелу, начало кататься по земле. Но Шианхут, получив от Астерота приказ, доблестно оборвал мучения твари, раздавив стальным сапогом её череп. Почерневшее содержимое раздробленной головы полилось на плитку, с тихим шипением проходя сквозь неё и уходя в землю.
— Я так рада, что вы пришли! — затараторила Лира, одним прыжком преодолевая расстояние до Тёмного. — Почему нас так сильно разнесло? Раньше же твои порталы работали нормально, что случилось сейчас? И, кстати, где Цит?
— Поехавшая Жрица дестабилизировала плетение, вот нас и раскидало. Цита мы пока не нашли, но вряд ли он очень далеко.
Как только Астерот договорил, в голове вспыхнул присланный Убийцей образ Цита, сидящего на большом пне рядом с поваленным деревом. Полуэльф увлечённо рассматривал карту, пытаясь понять, где он находится, и время от времени поглядывал по сторонам, будто ища ориентиры, но лес был против него, выглядя абсолютно одинаково, куда ни глянь.
— Ладно, мы его нашли. Дай мне минуту, и
он будет здесь.Не посчитав нужным слушать ответ, Тёмный отошёл в тот угол, куда Лиру совсем недавно теснил эльф, и подключился к сознанию Иссушённой. Уникальный экземпляр его армии с радостью принял внимание своего создателя, впустив Астерота в свою псевдодушу.
Тёмный, покрутив чужими руками, чтобы привыкнуть к новому телу, приступил к плетению портала. Он чувствовал примерное расстояние и точное направление до самого себя, и решил использовать эти сведения наподобие портального маяка. Цит, увидев, что до этого неподвижная Убийца начала плести заклинание, с удивлением спросил:
— Астерот? Ты, что ли?
Не утруждая себя ответом, маг просто кивнул. В псевдодуше Иссушённой было не так много Материи, так что её приходилось тратить осторожно. Каждая линия должна была оставаться стабильной, чтобы не рисковать небольшими запасами Материи, каждый символ обязан был быть точным. Один раз плетение чуть не сорвалось, ведь создавать чужими руками портал, особенно когда эти руки находятся на расстоянии киломерта от тебя — не самая лёгкая задача. Если добавить к этому то, что Убийца чуяла приближающихся Истинных и изо всех сил порывалась сбежать, то ко всему прочему добавится ещё и необходимость её контролировать.
Но Астерот сдержал своё слово, и поэтому через несколько минут Цита и Убийцу накрыла полупрозрачная пелена из Тёмной Материи, за мгновения перенёсшая их к магу.
— Ну, что, пошли к вам в гости? — улыбнулся, отталкиваясь от стены, Астерот.
Глава XIV. Жизнь и Смерть, сплетённые воедино
Мёртвый город пугал своей тишиной и мрачным однообразием. Ни один из домов не сохранился, все были в той или иной степени разрушены. Поросшая травой и мхом потрескавшаяся плитка, которой были выложены некогда красивые дороги, сейчас служила напоминанием о страшных битвах, произошедших на центральных улицах. Почти вся широкая дорога, по краю которой шёл отряд Астерота, была очернена засохшей и въевшейся в камень кровью эльфов и Осквернённых. Улица была изрыта следами убийственных заклинаний и способностей, кое-где недоставало целого пласта земли, а в другом месте, неподалёку от ямы, была небольшая гора, из-под которой выглядывали чьи-то обгрызенные кости.
Там, где давняя битва ничего не повредила, росла молодая зелёная трава, кое-где пробивались бледные цветы, опасливо выглядывающие из земли. Несмотря на то, что почти все дороги и дома были покрыты чем-то вроде мха, только грязно-красного цвета, жизни в этом месте не чувствовалось. Казалось, здесь вымерло всё, не оставив после себя ничего, кроме руин.
— Ай! — Крик Лиры вырвал остальных из нахлынувшего чувства безнадёжности, и две головы повернулись к ней. Убийца и Шианхут, напротив, посмотрели по сторонам, чтобы проверить, не бежит ли кто на шум, но вокруг никого не было.
Девушка прыгала на одной ноге, тихо шипя и держась руками за вторую. Левая нога неосторожной арбалетчицы была ранена, хоть и непонятно было, кем: из небольшой аккуратной дыры в ступне шла кровь. Нечто смогло пробить толстый ботинок, подошва которого была испещрена мелкими дырами, будто от укусов маленьких насекомых.
В тех местах, где кровь падала на землю, трава резко сгибалась, закрывая собой красную каплю, и начинала ритмично дёргаться. Астерот прикинул примерную траекторию движения Лиры и понял, что, вполне возможно, она наступила на скопление мха на удивительно целой плитке. След дрыгающейся окровавленной травы вёл именно туда, к мху, который медленно надувался и сдувался, а от него во все стороны по спрятанным между плиток каналам к другим скоплениям уходила почти прозрачная жижа, напоминающая очень сильно разбавленную кровь.