Страж Границы
Шрифт:
— Но к оперативной работе допускать нельзя, — добавил маг, и дон Кристобаль при этих словах аж позеленел, а лекарь с невозмутимым видом продолжал: — Новое воздействие некромантии может привести к непоправимым изменениям в организме, вплоть до трансформации в низшую нежить. Упыря, вурдалака или даже вампира.
Вот такая перспектива. Радужная, нечего сказать.
— И как долго нельзя мне будет "в поле" выходить? — спросил я у лекаря, выбираясь из бокса.
— Мы будем наблюдать за вами, сэр Галеас, — ничуть не смутившись, ответил тот, — но никак не меньше двух месяцев, а наблюдение можно снять через полгода. Возможны
— Идём, сэр Галеас, — поторопил меня дон Кристобаль. — Одевайся и пойдём. Нам надо о многом поговорить.
Я догадывался, что разговор нам предстоит не самый лёгкий. Быстро натянув одежду, лежавшую рядом с боксом, я поблагодарил лекаря и последовал за широко шагающим командором. Дон Кристобаль хоть и не отличался высоким ростом, а, попросту говоря, он был довольно маленьким, едва доставал до плеча мне, однако когда хотел, мог шагать таким размашистым и быстрым шагом, что не всякий мог угнаться за ним. Даже мне приходилось поспешать за ним, и я, основательно потерявший форму из-за тяжёлого ранения и прозябания в боксе, запыхался, так что говорить на ходу с командором было сложновато.
— Надо думать, — начал разговор ещё в лазарете, пока мы шагали по его белым коридорам, дон Кристобаль, — как теперь быть с тобой и твоими орлами. Держать команду в крепости я не могу, а потому передавай командование вахмистру Деребену, сам же на время до полного выздоровления переводишься в тренировочный лагерь. Будешь молодёжь готовить.
— А её так много? — спросил я.
— Теперь да, — неожиданно заявил командор. — Прибыло больше двух сотен человек из внутренних деревень.
— И многие стражами стали? — живо заинтересовался я.
— Все, — ошарашил меня дон Кристобаль. — Это, в основном, молодёжь из недавно прибывших. Король Пелиам, хозяин и покровитель большей части Вольных баронств, распустил часть своей армии, самых пожилых ветеранов с семьями, которыми те успели обзавестись. Они и поселились близ Западного, основали большой посёлок, а теперь вот от них прибыл большой отряд, в основном молодёжи, но есть несколько бывалых ветеранов, всех их потянуло, как говорят, так, что сил никаких противиться не было. Вот они и снялись, и пришли в нашу крепость.
— Хорошее дело, — кивнул я. — Так ведь их и натаскивать особенно не придётся. Там народ и без того вполне боевой.
— Ты, сэр Галеас, не крути, — усмехнулся командор. — Тебе ведь не о пополнении поговорить хочется. Можешь и не спрашивать. Я твоих орлов под командой Деребена уже на не особо сложные задания отправлял. В основном, обмен рапортами между крепостями. И, скажу тебе, вахмистр твой пока справляется.
— А как же право ознакомительного рейда? — напомнил я.
Это право оставляли за собой командиры отрядов, которых переводили на другое место службы. Чтобы проверить того, кто станет командиром вместо него, он мог потребовать ознакомительного рейда. В нём руководил уже новый человек, а бывший командир оставался наблюдателем, с правом взять всё в свои руки в случае полного провала. После рейда он писал рапорт и рекомендацию с оценкой действий нового командира.
— Ты, сэр Галеас, магистра плохо слушал? — с иронией спросил у меня дон Кристобаль. — Или, вообще, не слушал?
— Да помню я, помню, — вздохнул я. — И что де, мне теперь полгода молодёжь тренировать?
— А ты как думал? — развёл руками
командор. — Я с лекарями спорить не буду. Из тебя столько некротической гадости выкачали, что подумать страшно. Тобой самые сильные лекари занимались и то, едва с того света вынули.— Это за пять-то дней, — удивился я. — Что-то не припомню ничего подобного.
— Какие пять дней, — командор даже остановился и воззрился на меня, — две недели прошло. Ты только пять дней назад в себя пришёл. Как только в бокс тебя положили, сразу же в транс погрузили, чтобы работать нормально.
Вот те на! То-то дон Кристобаль говорит о нескольких рейдах моих орлов, а когда им делать это, если они двое суток должны были в карантине просидеть. Значит, команда уже успела, пройдя несколько рейдов без меня, так сказать, сыграться, и, скорее всего, в моём руководстве уже не нуждаются. Значит, никаких ознакомительных рейдов не нужно, можно смело браться за пополнение. Вот только муторно как-то на душе. Я же оперативник до мозга костей, всю жизнь в поле провёл, больше двух дней в крепости не задерживался — карантин и лазарет не в счёт — да и раньше-то особо на одном месте не засиживался. Всё время меня где-то демоны носили по чащам да болотам.
— Когда принимать пополнение? — обречённым тоном спросил я.
— Сейчас и примешь, — ответил дон Кристобаль. Он, похоже, несколько успокоился, отойдя от беспардонных слов и тона магистра-лекаря, вот так запросто выложившего всю правду мне в лицо. Шаги его замедлились, сложенные за спиной руки расслабились, а сам он выпрямился и поправил широкополую шляпу, надвинутую на самые глаза. — Они пока сами тренируются, ты прав, народ они достаточно боевой, но без руководства опытного стража — пропадут в первом же бою.
— А где же остальные наставники? — поинтересовался я.
— Нет их, сэр Галеас, — мрачно сказал Гутьере. — Ты и сам без наставника начинал, если помнишь. Сходу в команду к Степанычу закинули. Так и со всеми. Слишком мало было новых стражей за последние годы, и в наставниках нужда отпала сама собой. А тут эти ребята подкинули мне задачку.
— Это, значит, хорошо ещё, что я подвернулся, — невесело усмехнулся я, — а то пришлось бы кого-нибудь снимать из действующих стражей.
— Я, вообще-то, планировал их в Экипаж закинуть, — сообщил мне дон Кристобаль, — там ребята тёртые и новичкам пропасть не дадут.
История Экипажа весьма интересна. Во дни падения стражи, после раскола империи, когда рекруты в стражу почти не приходили, стали учащаться появления пришельцев из иных миров. Они являлись, когда поодиночке, когда группами по двое-трое, а однажды в окрестности нашей крепости появился экипаж линкора "Двенадцать апостолов". Корабль их после чудовищной бури выбросило на берег, разнеся в щепки. Но как ни странно почти все матросы и офицеры его остались живы, и обошлось даже без особо тяжёлых ранений. Утром они проснулись уже на границе, никаких останков гордого линейного корабля нигде видно не было, а на них прут жуткие твари, в которых узнать мёртвых матросов экипажа "Двенадцати апостолов" было невозможно. Кое-как отмахавшись от них шпагами и ножами, оставшиеся в живых матросы и офицеры направили стопы туда, куда влекло их смутное ощущение. Так и родился в нашей крепости ставший почти легендарным на границе Экипаж. С тех пор все, кто, так или иначе, был связан с морем, шли именно в Экипаж.