Стена
Шрифт:
– - Ну всё, ребят, давайте разбегаемся -- а то нам ещё с наблюдателем вопрос решать, -- довольно потирая руки, объявил Коля и легонько толкнул Сашу в плечо, отчего школьник не упал, но заметно пошатнулся -- Так ведь?
– - А... ага.
Заворожённый парень никак не мог оторвать глаз от места, где только что стоял Олег и черты, которую он переступил -- простая полоска мела, определяющая судьбы людей. Если подумать -- что он сделал неправильного? Кому захочется жить в постоянном страхе? Два года жизни, проведённые под незримым конвоем, были почти что без раздумий променяны простым человеком за шанс начать жизнь с нуля. Даже не зная, что там и как, бежать отсюда за лучшей долей, заплатив за это огромную цену -- до какой же точки надо было довести несчастного, чтобы он так рвался на ту
– - Постой!
Все сразу на него обернулись. Удивлённо тараща на северянина глаза, южанка застыла на месте, позволив Саше собраться с мыслями: то, что он намеревался сделать, было для него очень непросто. Что будет дальше? Как сложится его жизнь, скажи он это? И всё же, сперва обернувшись в сторону Коли, а затем взглянув Тасе, его бывшей пассии, девушке, открывшей ему правду, в её всё те же непроницаемо карие глаза, стоя на стыке их двух миров, Киселёв Александр при всех громко, так, чтобы все слышали, сказал свой ответ на вопрос, заданный ей всего несколько часов назад:
– - Я согласен.
На несколько секунд подземная теплотрасса погрузилась в немую тишину, нарушаемая лишь непонимающим взором Олега -- согласен? На что? Впрочем, все остальные сразу всё поняли. И очень обрадовались -- расплывшись в улыбке, Настасья радостно завизжала:
– - Я знала! Язнала-язнала-знала-знала!
– - Ну ты отжёг! Ну чё сказать - поздравляю -- не менее радостный Коля с такой силой похлопал по спине, что Саша на сей раз чуть не упал на пол -- Я уж думал, счас откажешься!
– - Видишь? Я ж говорила тебе, что он согласится!
– - не сдерживая себя, единственная девчонка в этом тоннеле радостно теребила рукав рубашки Максима.
Только курьер-южанин отчего-то не разделял её оптимизма.
– - Ему ещё контракт подписать надо.
– - Да без проблем, Максон!
– - довольно щёлкнул пальцами Коля, -- Всё равно к нашему Вольфычу сейчас пойдём -- так ведь, Санёк?
– - Ага!
– - кивнул ему Саша. В голове подростка всё ещё не укладывалось: он только это перешёл грань, за которой нет пути назад. Теперь, если его поймают в России, будут судить по всей строгости закона. Так почему он... так счастлив?
И правда -- изнутри Сашу прямо-таки распирала невероятной силы радость того, что его ждёт: совсем иная жизнь, сразу на два города. Шанс того, что его могут поймать за этим занятием, можно сказать, огромен -- но даже так, понимая, насколько это большой риск, теперь Александр искренне верил, что совершает благое дело. Желая в благодарность подбодрить человека, решившегося изменить свою жизнь к лучшему, позволив и ему сделать свой выбор, старшеклассник сказал Олегу:
– - Не бойтесь: всё будет хорошо -- обещаю.
Глядя на него через границу, мужчина впервые за всё время их короткого знакомства улыбнулся и тут Саша понял -- он всё сделал правильно. Как бы ни сложилась на южной стороне жизнь этого человека, с его желанием жить он там не пропадёт. Они дали ему то, что он хотел -- свободу. Они вчетвером: Коля, Макс, Саша и Настасья. А там уж он разберётся, как когда-то разобрался он сам.
На том они с Николаем помахали своим коллегам по цеху с "азовской" земли и бодро развернувшись, потопали обратно. Голова Саши всё ещё кружилась, но сей раз по другой, куда более приятной причине. Куда бы ни вёл теперь этот тоннель, куда бы не привела его эта новая тропа, сейчас АлександЕр, как весьма забавно назвал его Вольфганг, был почти на сто процентов уверен: та встреча с Настасьей на Переговорной улице не была напрасной. Теперь её бывший парень верил: она взаправду не желает ему зла. А значит, говорила ему правду. И это стало его окончательным доводом в пользу того, чтобы "Ангелов Фогеля" стало на одного северянина больше.
Глава 7
Муки
ожидания.Поезд тихо остановился. Зашипели тормоза -- и его двери тихо открылись.
– - Станция "Московская"!
Ступив на покрытую тонким слоем изморози жёлтую линию безопасности, школьник, ученик двенадцатого "М" класса школы N1 города Северный Саратов Киселёв Саша быстро зашагал в сторону переходного моста. Перепрыгивая через ступеньку, нервно тряся руками в карманах, парень практически влетел под его зелёную полукруглую крышу, скрываясь от настигших его в последний момент порывов северного ветра. Ноги в сапогах зачавкали по намытой из лужи неподалёку грязи, стоило ему выйти из-под защиты из поликарбоната. Ледяной, с примесью мерзкой снежной крупы, воздух по дороге домой неприятно бил Сашу прямо по щекам, и как подросток не кутался в свою тщедушную куртёнку, продувал все, даже самые мелкие щели в его одежде.
Контракт курьера -- эти два слова никак не выходили у Александра из головы, проедая в его усталом и замёршем мозгу глубокую плешь. Эти улыбчивые лица Коли и Вольфганга, когда он поставил свою почеркушку сначала под заявлением об устройстве на работу, а затем и под приложением к нему, это радость на лице затащившей его туда Настасьи -- почему? Он так хотел отыскать хоть какой-то подвох в их предложении -- но так и не смог: слёзы вдовца, потерявшего свою семью, совершенно затмили ему разум. Гнев, радость, страх, возбуждение, презрение, печаль -- чувства к своему собственному поступку все смешались в его голой, продуваемой ветрами голове, превратив мыслительный аппарат в подобие взбитых сливок, только-только выдавленных из баллончика на сладкое пирожное, украшая, маскируя то, что в сладости недостаёт начинки. Как мыслей в его голове: может, он был неправ? Может, он это зря? Но как же тогда все те люди -- целый список, показанный ему Вольфгангом. Все эти сто двенадцать человек ответили утвердительно на вопрос анкеты: "Если бы была возможность уехать из города, вы бы сделали это?" Всем не угодишь, что бы там ни твердили им всем правительство и мэрия -- ну не могут быть все люди счастливы! Но и несчастны тоже...
– - Мам, Ксюш -- я дома!
Щелчок ключа в замке -- и мокрую от снега голову сразу обдало приятное тепло: он и вправду дома. Откуда-то из закоулков квартиры, весело размахивая ручонками, выбежала непомерно счастливая Ксюша и в этот раз старший брат по-настоящему рад её видеть.
– - Привет!
– - Привет, Ксю -- довольно скидывая с себя куртку, снимая перчатки, ответил Саша на писклявый голосок своей сестры -- А мама где?
Но не успела Ксюша сказать и слова, как из его комнаты показался знакомый силуэт.
– - Саша! Ну наконец-то -- слава Богу, пришёл!
Несоразмерно ситуации беспокойное выражение лица мамы сразу погасило возникшую было на лице её сына улыбку.
– - При-привет, мам...
– - тихо, неуверенно ответил он.
– - Где ты был? Мы тебя уже искать собирались!
– - сразу затараторила мать, -- Занятия три часа назад закончились, а ты только пришёл: что случилось? С тобой всё нормально? Всё хорошо?
– - Тихо, тихо, тихо! Успокойся, мам -- недоумевающе уставился на неё Саша и тут же заметил: под глазами у женщины виднелись характерные для полуночников синие мешки. Лицо мамы выглядело ужасно встревоженным, а худые руки её так сильно сдавили телефон, что казалось, что дешёвая трубка вот-вот сломается пополам.
– - Могла бы просто позвонить -- в голосе парня появилась вина.
– - Да я звонила, и не раз! Всё время вне зоны доступа.
Удивлённо вытаращив глаза, Саша достал из кармана телефон, но вместо экранной заставки увидел только чёрный экран. Даже не включая мобильник, подросток тут же всё понял: проклятая кнопка выключения -- опять сработала в кармане.
– - Выключился, наверное, случайно -- робея, пробормотал он.
– - Да ещё и деньги не взял. Я же просила: возьми ты -- для того работаю!
– - никак не успокаивалась его до смерти перепуганная мама, -- И как же ты -- без подарка пришёл?