Чтение онлайн

Пугача защипало глаза, он сердито поморгал глазами, пытаясь вызвать слезу, и, чтобы как-то сфокусировать зрение, принялся рассматривать картины на стене напротив дивана, где устроился Алекс. На самой большой из них, что висела в центре, в лучших традициях реализма был изображен дом, типичный для архитектурных решений прошлого века, каменный, серый от ненастной погоды, с нелепо выпирающей ржавой водосточной трубой. На крыльце дома копошился оборванный бородатый человек, протягивающий руку в сторону запертой двери. "Никто тебе не подаст, дружище", подумал Пугач, "Обидели юродивого…"

–  Ну что же, джентльмены, - сказал, наконец,

Алекс.
– Предлагаю наше положение считать пивной осадой."

Он сочно пыхнул сигарой и, приподняв брови, с интересом оглядел друзей.

–  Принимаю.
– сказал Тема.

–  В игре.
– кивнул Пугач.

Друзья пригорюнились, тишину нарушало лишь сипение сигар и редкие глотки пива.

–  Хорошо тянутся, однако.
– сказал Алекс и покрутил в руках сигару.

Тема задумчиво покачал головой и произнес, делая большие паузы между словами:

–  Да, хорошо.
– он почему-то понюхал пиво и добавил.
– Месяц сушились. Хорошие сигары.

–  Что за грусть витает в наших рядах?!
– полуспросил-полувозмутился Алекс.
– Все не так уж плохо! У нас есть пиво, есть хорошие сигары. У нас есть все для простого человеческого счастья! Мы можем совершенно превосходно провести ближайшие две недели!

–  Есть пара проблем.
– заметил Тема.
– Даю намек: работа, семья…

–  Предположим, - сказал Пугач.
– С семьей все очень просто. Мы все холосты, свободны, поддерживаем поверхностный контакт с родителями, поэтому можем уехать в командировку на две недели. С работой не сложнее: с завтрашнего дня мы все берем отгулы на две недели по семейным обстоятельствам.

–  Отлично.
– сказал Тема, подняв указательный палец.

–  Вот!
– сказал Пугач и протянул свой пустой бокал Алексу.
– А ты налей-ка мне пивка. Сил нет, больше дышать вашим обникотиненным воздухом.

–  Думаешь, поможет?
– вопросил Алекс, принимая бокалы у Пугача и

Темы.

–  Во всяком случае, отвлечет.
– ответил Пугач.

–  Как все же мало надо человеку для счастья.
– сказал Алекс. Он чувствовал, что язык его начинает заплетаться, и старался не начудить с бокалами, разливая пиво.

–  И насколько же мало надо человеку для счастья?
– спросил Пугач.

–  Suum quiquae.
– ответил Алекс.
– Кому-то - выпивать и закусывать quantum satis, а кому-то дворцов и яхт не достаточно.

–  Ты меркантилен в своих суждениях, Алекс.
– улыбнулся Пугач.
–

Забываешь, что не хлебом единым сыт человек.

–  Ну да, - вставил Тема.
– Еще и селедка нужна.

Он посмотрел на друзей. "Напились хлопцы. Вот и Пугач сейчас спорить примется. Алекс уже за дикцией следит." Он и сам почувствовал, что щеки онемели, а глаза отказывались адекватно воспринимать реальность - все куда-то бежало в правую сторону. Еще немного, и наступит пьяное оцепенение, за которым не менее пьяный сон - провал с отрывочными видениями. Надо что-то сделать. Как-то освежиться. Он поднялся и направился в ванную. Умыться холодной водой - первый способ.

Пугач проводил Тему взглядом, собираясь с мыслями.

–  Выпивать и закусывать quantum satis, впрочем как и обладать дворцами и яхтами - это примитивно.
– продолжил он.
– Удовлетворение человеческих потребностей - явление ступенчатое. Первая ступень - обеспечение безопасности. Человеческое самосохранение - это притча во языцех. Второе - это удовлетворение голода. Потребность человека в пище и воде не обсуждается. Третья ступень -

это размножение. Если посмотреть на социологический феномен человеческой цивилизации в разрезе обсуждаемых обществом тем, то мы увидим, что все мною заявленные темы являются основными в как в средствах массовой информации, так и в межличностном общении.
– слово "межличностном" у

Пугача вызвало проблемы с произношением. Он заметил, что Алекс улыбнулся. Хотя, какого черта! Никто не спорит, что все уже пьяны.

–  Лишь четвертая ступень человеческих потребностей.
– продолжал

Пугач.
– Это удовлетворение интеллектуального голода. Желание размышлять. Потреблять знания. Это могут быть знания в совершенно разных областях: физика, маТематика, химия, искусство, черт подери!

Ты следишь за моей мыслью?

–  Ага, - сказал Алекс. Ему было интересно.
– А как же яхты? Ты к чему яхты отнесешь?

–  Яхты, - наставительно поучал Пугач.
– относятся, во-первых, ко второй ступени, как гарантия удовлетворения голода. Материальный запас, так сказать. А во-вторых, яхта - это средство привлечения самки. Яхта, как показатель социального статуса, дает человеку возможность выбрать из имеющихся самок лучшую.

–  А как же эстетическая сторона?
– спросил Алекс.
– Яхта может рассматриваться, как произведение искусства. Не правда ли?

–  Не сбивай меня и себя с толку, - сказал Пугач устало.
– Яхта является произведением искусства только для ее создателя. Не для ее владельца.

–  С яхтами получился плохой пример.
– возражал Алекс.
– Возьмем, скажем, коллекционирование картин, как произведений искусства. Что ты скажешь на это?

–  Коллекционирование картин, как и предметов искусства в целом, будет отнесено, скорее, к четвертой ступени потребления человека, частично затрагивая вторую и третью ступени.
– отвечал Пугач, размешивая сахар в своем бокале.
– Во-первых, предмет искусства обладает определенной материальной ценностью, и, во-вторых, может быть важен для социального статуса человека, который, как я уже говорил, позволяет выбрать лучшую самку.

–  Хорошо, - сказал Алекс.
– О материальной ценности предмета искусства я не спорю, но каким же образом он может удовлетворить потребности человека в размножении.

–  Необходимо отличать предметы искусства друг от друга.
– отвечал

Пугач.
– Обладание картиной Леонардо да Винчи безусловно поднимает статус владельца картины в глазах слабого пола. С другой стороны, при обладании коллекцией спичечных этикеток такое преимущество крайне спорно.

–  О чем это вы?
– шумно вторгся в беседу Тема. Он с разбегу плюхнулся в кресло. Кресло скрипнуло, слабо протестуя.

–  О вечном, о вечном, Темушка.
– сказал Пугач.

–  Ага, - поддержал Алекс.
– О женщинах и политике.

–  Нельзя вас оставлять одних.
– выдохнул Тема.
– Сразу норовите в спор ввязаться. Давайте-ка лучше пиво дольем.

Алекс завозился на диване, готовясь принять пустые бокалы.

–  А счастья, хлопцы, нет.
– сказал вдруг Тема.
– Наши представления о счастье следуют лишь из удовлетворения наших потребностей. Люди - народ интересный. Мы слишком прожорливы в насыщении. Настолько прожорливы, что даже и не замечаем, когда голод заменяется сытостью. Поэтому-то и процесс потребления бесконечен, как бесконечен голод человека. И нет разницы в том, что пожирает человек. Пищу, женщин, вещи, знания. Все равно он будет голоден.