Снук. Futurum I
Шрифт:
Пока Кит теребил сушеную камбалу, Сиплый снова запалил вонючую самокрутку.
– Ты чем на жизнь добываешь? — поинтересовался Кит.
Клошар неопределенно пожал плечами, хмыкнул.
– Да чем придется.
– А до того, как на чердак попал, чем занимался?
– Матросил.
– Ты возле тридцатой квартиры не видел никого больше?
– Да нет. Как там девчонка — то?
– Не знаю, — покачал головой Кит. — Она пропала.
– Эвона… Ну, да ты тоже скоро пропадешь.
– Это как? — не понял Кит.
– Да так. Убьют тебя.
– Типун тебе, Сиплый!
– Ты слушай!
– Что — то ты мрачный какой — то сегодня… Может, тебе еще налить?
– Да ты не шути, — недовольно произнес клошар. — Кончились твои шутки.
– Ладно, Сиплый, — поморщился Кит. — Давай — ка, заканчивай тоску нагонять. Налей, лучше, еще по глотку.
Выпив, Кит взял с топчана сумку, бросил ее на середину пятачка, возле стола. Клошар обронил на нее равнодушный взгляд, закусил буч куском лепешки.
– Слушай, Сиплый, — начал Кит, подсаживаясь к собеседнику поближе. — Эту сумку нужно передать одному человеку.
Клошар посмотрел на него долгим недоумевающим взглядом.
– Ну так это… — произнес он. — А чего ж сам — то?
– Не могу я, — покачал головой Кит. — Меня и правда, как ты говоришь, могут сегодня грохнуть. За мной следят. А этот человек пропал куда — то, на телефон не отвечает… Это очень важно, Сиплый!
– Да я догадываюсь, не дурак, чай, — усмехнулся тот. — Вокруг тебя какая — то каша варится, я ж вижу, понимаю. Влип ты, паря, во что — то и выгрести не можешь.
– В точку, — согласился Кит. — Именно что влип. И выгрести не могу, точно. Так передашь?
– Давай — ка еще по одной, — пробубнил клошар.
Он разлил остатки водки. Чокнулись, выпили. Закусили лепешкой.
– Ты это… — подумав, сказал Сиплый. — Оставь сумку — то. Про человека этого мне скажи. Я попробую пособить.
– Спасибо, — Кит хлопнул клошара по плечу.
Он подробно описал внешность Эрджили, рассказал про то, как найти лабораторию, про то, что не следует болтать языком и болтаться с этой сумкой по городу.
– Но это только если я до завтрашнего вечера не объявлюсь. Если буду жив, я найду Эрджили и скажу, чтобы он забрал у тебя сумку. Если же я не появлюсь, тебе придется найти цыгана самому. Скажешь ему, чтобы он пришел сюда, здесь и отдашь. А с сумкой к нему не тащись. Понятно?
– Не дурак, — коротко ответил клошар.
– И учти, Сиплый, — предупредил Кит. — В этой сумке — надежда на будущее. За ней охотятся черт знает сколько людей. За нее убьют, не думая. Но искать ее у тебя никому и в голову не придет, если ты сам не сглупишь и не высунешься где — нибудь.
– Не высунусь, — пообещал тот. — Ну а если этот твой цыган так и не найдется? Тогда что?
– Не знаю, — покачал головой Кит. — Тогда уже все будет не важно. Но ты храни эту сумку. Может быть, Джессика жива, и вы с ней как — нибудь пересечетесь, отдашь ей тогда. Не знаю. В этой сумке — рецепт анти — снука.
На всякий случай Кит прошел по чердаку до последнего подъезда, мимо еще одной импровизированной «комнаты» такого же, наверное, клошара, отсутствующего сейчас дома, и уже там спустился вниз. Постоял у окна, наблюдая улицу, и вышел из подъезда.
«Делай, что должен, и будь,
что будет» — вспомнились ему чьи — то слова. Кит, вроде, никому ничего не должен. Хотя… Джессика — младшая. Ей он, наверное, должен, да. И маме должен. Очень много.За свою жизнь он не сделал ничего, что могло бы предотвратить сиротство Джессики, ее сегодняшнюю пропажу и, быть может, смерть. Не сделал ничего, чтобы мама не превратилась в улыбающееся растение. Жил, ходил, озираясь, на работу; дрался со снукерами — то за жизнь, то за дозу; прятался на ночь в своей норе, чтобы утром опять, крадучись, выползти из нее и продолжить цикл. Он давно смирился с тем, что его жизнь так и пройдет и, рано или поздно, — но скорее — таки рано, — закончится.
«А что я мог сделать?.. Ничего».
Больше всего пугало то, что ничего не было известно о судьбе Эрджили. То ли он ушел в подполье, почувствовав опасность, то ли тем удалось выйти на его след. Если с цыганом что — нибудь случится, надеждам Хилмана, на том свете, и его, Кита, на этом, не суждено сбыться. Наверняка, есть еще сотни умных и честных ученых, которые работают над анти — снуком. Но их возможности, не позволяют им пока добиться результата. А если кто — то и добился чего — то, как Хилман, то разве корпорация позволит им остаться в живых и воплотить свои разработки в жизнь! Если бы знать хоть одного из этих ребят, можно было бы передать документы ему.
Может быть, стоило отвезти бумаги Хилмана в клинику Эрджили? Им там виднее, кому лучше передать документы дальше.
Кит сошел с дороги, зашел в ближайший двор, не обращая внимания на лужи и хлюпающее под ногами месиво. Там, выбрав место в центре, чтобы никто не мог напасть на него внезапно, снова включил телефон Джессики, набрал записанный номер клиники.
– Реабилитационный центр для личностей, страдающих снуксил — зависимостью, — ответил молодой женский голос. — Здравствуйте.
– Здравствуйте. Моя фамилия Макдауэл. Вчера к вам привезли мою маму.
– Да, — подтвердила сестра. — Состояние больной стабильное. Если вы хотели бы посетить ее, то необходимо записаться заранее, таков порядок.
– Хотел бы. Завтра.
– Хорошо, я запишу вас. Часы посещения — с четырех до шести вечера.
– Я понял, да. А могу я поговорить с профессором Эрджили?
– С кем?
– С профессором Эрджили.
– У нас нет такого сотрудника. Вы уверены, что правильно называете фамилию?
– Дело в том, что он не ваш сотрудник, но… Извините, я, кажется, действительно ошибся.
Кит дал отбой, повернулся и сделал несколько шагов, заходя за стоящую неподалеку поломанную скамью. Из арки вышли трое в застегнутых наглухо куртках, в пятнистых армейских штанах, заправленных в высокие ботинки, и направлялись к нему.
– Не суетись, чувак! — крикнул один на ходу. — И бежать не надо. Догоним — будет хуже.
Они шли вальяжно, неторопясь, давая намеченной жертве время наполниться страхом до последнего пупырышка на коже, мрачно и равнодушно поглядывая в лицо. Наверняка, эти отморозки были из группировки, контролирующей этот и близлежащие кварталы. Лет по двадцать пять, спортивные, битые улицей, и уж конечно не с пустыми руками. Но если огнестрела у них нет, то преимущество на стороне Кита.