Снова в школу
Шрифт:
Я на первом этаже, Гермиона на втором, Рон действует в подвале.
Так, тут пусто, тут - пусто, тут непонятно почему валяются три фигуры в масках. Контрольную оглушалку каждому и проверяем - вроде живые... Но Чаши здесь нет.
О, кто-то живой и до сих пор прямоходящий. Еще и меткоатакующий, гад... В итоге краткого боя я и мои оппоненты избежали Авад, но получили по Секо - я по касательной в левую руку, первый нехороший человек в шею, а второй в живот.
Спустя пару минут навстречу мне выбежал еще один типус, очень агрессивно настроенный. Мы с ним попрыгали
После него противники лично у меня внезапно кончились.
И стало так тихо-тихо. Тишина звенела в ушах, а от звука стука моего собственного сердца, казалось, лопались барабанные перепонки. Я зашел в очередную комнату - это оказался достаточно просторный зал с камином. Уютные плетеные креслица, небольшой диванчик, темные шторы...
Страх накатывал липкими волнами. Это была почти паника. Я четко ощущал, что я здесь не один, но никто не показывался, и от этой неизвестности, казалось, вместо нормальных капелек крови в венах и артериях потихоньку ворочаются острые микроскопические льдинки.
Тонкий, едва различимый шорох на самой границе восприятия - и я, ничуть не сомневаясь, пускаю в ту сторону Аваду.
Я зашибись меткий. Но, глядя на своего "врага", я осознаю - лучше бы я промахнулся. Нет, лучше бы эта Авада срикошетила и попала в меня...
Спустя секунду раздается громкий львиный рев - это наш сигнал к отходу. Я уже наблюдаю за своими действиями, как во сне - послушно бегу к забору, и даже ноги совсем не ватный, и даже ожог совсем не болит... Добегаю до точки сбора одновременно с Роном, там нас уже ждет Гермиона, и мы совершаем тройную аппарацию.
Целой и невредимой осталась одна Гермиона. Рон держался за бок и очень медленно, аккуратно, тихо и хрипло говорил, время от времени поправляя воротник, чтобы закрыть синяки на горле. Роднило нас одно - бледные, почти белые лица и безысходность в глазах.
– Это была засада, -мрачно начала Гермиона, когда мы устроились у костра в набившем оскомину антураже - лес, палатка...
– Чаша там была, но неделю назад Белла спрятала ее в своем сейфе в Гриннготтсе. А нам подкинули дезинформацию...
– именно Гермиона сказала нам про Крайтоновское поместье. Она с кем-то там общалась с помощью Протеевых чар.
– Я узнала это от хозяйки, - и она опустила глаза.
– Знаете, - проговорил Рон.
– Мы ведь уже все убивали, но... Когда делаешь это без палочки, своими собственными руками...
– он оборвал сам себя.
– Гермиона, наложи, пожалуйста, на меня заклятье забвения. Я не хочу это помнить.
– Только если Гарри сделает это же со мной, - глухо сказала она.
А на меня потом, по моей просьбе, Обливиэйт наложил Рон.
Тот вечер навсегда стерся из истории. Потому что герои не убивают своих врагов, они их благородно оглушают. Герои не устраивают подлых налетов, и уж тем более не грабят перед этим магазин фейерверков и склад маггловских боеприпасов. Герои не ползают пузом в грязи, устанавливая наворованное и усиленно избегая редких патрулей и сетки следящих
заклинаний.
А Крайтоны - законопослушное семейство, пострадавшее от рук Пожирателей, еще три строчки в очередном некрологе. Эрик Крайтон, 31 год, его жена Диана Крайтон, 27 лет, и их дочь Пенелопа Крайтон, 4 года.
* * *
А потом - длинная череда воспоминаний, которые, казалось, кто-то безжалостно листает в попытке разом просмотреть всю мою жизнь. Нерадостное детство, героическая юность, хитровымаханная зрелость... события пролетали одно за другим. Смерть, и новый шанс. Весь учебный год, все разговоры с брюнеткой с косой-брелоком... И - стоп.
Меня шатало. Захотел процитировать классику, но, тем не менее, я сподобился открыть глаза сам. Круг искорок существенно изменился - никаких сфер, никаких клякс, одно-единственное плотное красное пятнышко... Картина моего сознания медленно истаяла.
Тогда в комнате, оказавшейся довольно просторной, включился свет.
Немного о моем самочувствии. Итак, представьте, что вам аккуратно, бензопилой, отпилили небольшую верхнюю часть черепушки, при этом не повредив мозга. А потом исправили это досадное упущение, засунув вам в черепушку миксер и хорошенько им поработав. Отошли, полюбовались вами, но нашли вас без части головы неэстетичным, поэтому приложили отпиленную часть обратно, для верности прибив гвоздями и завинтив саморезами.
Вот так вот чувствовал себя я.
Н-да, братишка, ты мастер преуменьшений. Болел затылок!..
– Молодой человек, - прервал мои рефлексии строгий женский голос.
– Мы вообще-то по делу собрались! Хватит стенать, погуляете потом, проветритесь, и все пройдет, - комната оказалась импровизированным залом суда. Около трех стен (исключая стену с дверью) были расположены трибуны с кафедрами возле каждой секции. Распределение по ним народа было неравномерным.
Вот скучающий молодой тип в черном - он в своей секции обитает в одиночку. Пять шрамированных суровых дядечек, один так вообще наглядная иллюстрация к картинка "счастливчик": однорукий, одноногий, одноглазый, безухий... три дамы возле столика с чаем, одна из них как раз и говорила про дела. Четверо вольготно развалившихся дедушек с благообразной внешностью, всепрощающими улыбками и жесткими глазами. И еще с полтора десятка рассеянных мечтательных личностей обоих полов и всех возрастов.
– Итак, Совет Поттеров собрался сегодня, чтобы решить - достоин ли этот юноша быть Наследником и, впоследствии, Главой рода Поттеров, - сказала та же дама.
– Сегодня нам попался более чем необычный кандидат, - звучным голосом продолжал один из четверых дедушек.
– Раньше подобного не было...
– Ну почему же, - вступил в разговор один и шрамированных.
– Победители Темных Лордов - были!
– с натугой и кряхтеньем, мееееедленно к кафедре подошел "счастливчик", неторопливо переставляя костяную и деревянную ноги. Весь зал азартно наблюдал: дойдет или все-таки хрястнется? У бедняги явно были проблемы еще и с ориентацией в пространстве, иначе объяснить траекторию его путешествия нельзя.