Шлюха
Шрифт:
Я закрыла дверь, прислонилась к прохладному дереву и задалась вопросом: что же я сделала не так? Что спровоцировало этот побег?
Вернулась в гостиную, в то место на диване, где он только что сидел. Подошла к окну, задернула край шторы. Дорога была пуста. Он не вернулся. Ни за деньгами, ни за чем иным.
Рухнула на диван. Я не то чтобы обожаю свою работу — за исключением тех особых случаев, когда встреча заканчивается освобождением чьей-то жены. Но даже обычные встречи дают своеобразный прилив уверенности. Пусть и извращенный. Вот они, эти мужчины, готовые платить за право прикоснуться к тебе.
***
Я почувствовала, как мозолистые ладони «Желтых Зубов» впиваются в мои ягодицы, пока я продолжала ритмично двигать бедрами над его лицом, одновременно работая рукой и ртом над его членом. Он приподнял меня за таз, уменьшив давление.
— Я… сейчас кончу, — прохрипел он, и в его голосе прозвучала та самая нотка, которую я ждала.
Я усилила темп, сжала губы чуть туже — и почувствовала знакомую пульсацию у себя во рту, сквозь латекс презерватива. Он издал долгий, сиплый стон, его тело обмякло.
— Т-т-тише, — зашептал он, смеясь одними губами. — Чувствительно стало.
Я скатилась с него, упав на спину рядом. Его вспотевшее лицо оказалось рядом с моим бедром, мое — рядом с его дряблым боком.
— Это было… чертовски здорово, — продышал он, откидываясь на подушку. — Мне это было нужно. Спасибо, детка.
Он улыбнулся. Эти жёлтые, неровные зубы. Я ответила сияющей, вымученной улыбкой, мысленно благодаря себя за часы тренировок перед зеркалом — как держать губы, как сиять глазами в этот самый момент.
Поднялась, потянулась к тумбочке, где рядом с коробкой презервативов лежала упаковка влажных салфеток. Вытащила одну, аккуратно сняла презерватив и завернула в нее. Остальные протянула ему. Я никогда не забуду эту улыбку — но его имя стерлось из памяти мгновенно. Он снял свой презерватив и небрежно швырнул его в сторону, на пол. Сперма капнула на край простыни. Я подавила рвотный позыв, не столько от зрелища, сколько от того, что этот след теперь на моей постели. На *моей*. После того как я вытерлась, он сделал то же самое. Я собрала все использованные салфетки и швырнула в маленькое ведро с крышкой у кровати.
— Ну что ж, ты мне в копеечку влетела, ясное дело, — он хрипло рассмеялся.
Я улыбнулась, изображая смущенную благодарность, а внутри все сжималось в комок от омерзения. От мысли о его языке. От осознания, что он может захотеть «продолжения банкета».
— Надеюсь, жена не спросит, куда делись деньги с нашего общего счета, — пробурчал он, садясь и натягивая трусы.
— Вы женаты? — спросила я, хотя кольцо на его пальце уже все рассказало.
Он кивнул: — На бумаге. Уйти от нее — себе дороже. Проще терпеть.
Меня передернуло. Я хотела спросить, знает ли она, как он о ней отзывается. Но это было не мое дело. Точнее, еще не мое дело.
— Чем она занимается?
— Заставляет мою кровь стынуть, — фыркнул он. — Сидит дома, пока я вкалываю. Раньше работала, но… бросила.
Он натянул брюки, затем рубашку. Мне стало
жаль эту незнакомую женщину. Слепа ли она? Или просто предпочитает не видеть?— Ох, снова чувствую себя молодым, — пробормотал он, похотливо оглядывая мое все еще обнаженное тело. — На сегодня, думаю, хватит.
— Жаль, — тут же солгала я. На самом деле, я с нетерпением ждала, когда он уйдет, чтобы сжечь эти простыни. А может, и матрас.
— Всегда можно повторить, — ухмыльнулся он, и желтые зубы снова блеснули в полумраке. — Ну что ж… Спасибо.
Я встала, и он потянулся, чтобы поцеловать меня. К счастью, в щеку. Я ответила тем же. Щеку потом можно вымыть.
— Не за что. Спасибо, что выбрали меня.
— Было очень приятно.
Это было приятно. Все его «приятно».
Я проводила его вниз по лестнице к двери, которую он поспешно распахнул сам. Глубокое, почти физическое облегчение накатило на меня, когда он переступил порог и оказался на подъездной дорожке.
Он обернулся: — Еще раз спасибо.
— Всегда пожалуйста.
— Слушай, я заметил, на твоей страничке нет ни одного отзыва. Ты их не любишь?
— Я здесь новенькая. Еще никто не оставлял.
— А они помогают таким, как я, решиться. Не будь у тебя таких… привлекательных фото, я бы, наверное, не рискнул…
Я промолчала, не зная, что ответить на этот «комплимент».
— Хочешь, я тебе отзыв оставлю? — предложил он вдруг.
— Да! Это было бы прекрасно! Спасибо большое!
Мои долги и перспективы на тот момент кричали, что эту работу придется делать не один раз. Отзывы были кровь из носу. Хотя, судя по лавине звонков и писем после публикации анкеты, не факт, что они были так уж нужны. Но лишним не бывает.
— Считай, что есть! — он снова ухмыльнулся.
Желтые зубы.
Так и буду его звать: Желтые Зубы.
Приметы для дневника: в целом не груб, но пахнет дешевым лосьоном и пренебрегает гигиеной рта. Имя забыла сразу. А с момента его бронирования не прошло и суток.
— Может, сделаешь мне скидочку в благодарность, когда я в следующий раз приду? — подал он голос.
Я замешкалась. Работать дешевле не хотелось. Цены я выставила средние по району, изучив конкурентов.
— Возможно, — уклончиво ответила я.
— Увидимся.
Он послал воздушный поцелуй — по моей спине пробежали мурашки — и направился к своей дорогой, ухоженной машине. Я стояла в дверях, наблюдая, как он заводит двигатель. Помахал рукой, выезжая, и скрылся за поворотом. Я закрыла дверь, прислонилась к ней спиной и выдохнула.
Не была уверена, что смогу это сделать. Но сделала.
Не знала, гордиться этим или стыдиться. Поскорее прошла в гостиную, к книжному шкафу, куда на секунду засунула его деньги, попросив «две секунды подождать» в коридоре.
Пачка банкнот. Запах денег — чуть затхлый, бумажный. Я так давно не держала в руках столько наличных.
Сто пятьдесят фунтов. В основном десятки и двадцатки.
Для кого-то — мелочь. Для меня тогда — целое состояние. Я не сдержала нервного смешка, перебирая купюры, а потом подбросила их в воздух. Они запорхали, как осенние листья, и медленно опустились на ковер. В голове я уже покупала новую одежду, хорошую еду. В реальности же они уйдут на долги по ЖКХ.