Сердце Малого Льва
Шрифт:
Анну Тапиа?
– Я ее не убивала.
– Да брось ты!
– Перестань! Меня уже подозревали в убийствах. Это не ново и не остроумно.
Это и правда в голове не укладывалось. Но хотелось хоть каких-то объяснений. Хоть
самых нелепых!
– 143 -
– Тогда скажи, что вас связывало?
– спросил Герц с волнением, - зачем тебе, аппирской
принцессе, какая-то заурядная землянка? О чем ты с ней болтаешь так мило на лавочке в
саду?
– Ничего я тебе не скажу, - заявила Риция, нервно стряхивая пепел,
Такой ответ его разозлил.
– Тогда я спрошу об этом Льюиса, - ухмыльнулся он, - ты этого хочешь?
– Не смей, - почти прошипела она с тихой яростью, - не смей лезть в эту историю,
Рыжий!
– Я уже влез, - возразил он зло, - и потом, мне жутко нравится Ангелочек. Надо ему
помочь разобраться.
– Ты всё только испортишь!
– Что тут еще можно испортить? Парень растет сиротой, а ты безуспешно пытаешься
заменить ему мамочку, которую задушила. Что, совесть замучила?
– Не смей...
– почему-то совсем тихо проговорила Риция, попятилась, отвернулась к окну
и закрыла лицо руками.
Герц с изумлением увидел, как вздрагивают ее плечи, ставшие вдруг такими узкими и
беспомощными. Его железная сестрица плакала! Это тоже не укладывалось в голове.
– Эй, ты что?
– обалдел он.
Она всхлипнула и затряслась еще больше.
– Рики...
Что-то резко заныло в сердце, как будто в него всадили ржавый гвоздь. Такого от себя
Герц никак не ожидал. Впрочем, от нее тоже.
– Я знаю!
– рыдая, выкрикивала она, - я монстр, я урод, я мужик в юбке... У меня не
может быть детей! Никогда! Я чудовище... Но я никого не убивала!..
Он сам не заметил, как оказался рядом с ней, обнял ее, погладил волосы, уткнул носом
себе в плечо.
– Ты что, детка...
– Я хотела забрать его из интерната, - всхлипнула Риция, - мне не отдали. Кто я? Аппир,
мутант. .
– Подожди... Вы дружили с Анной?
– Это мой мальчик!
– не ответила на вопрос Риция, - я всегда о нем мечтала! Когда он
прилетел на Пьеллу, я поняла: это судьба. Он мой, я никому его не отдам!
– Сумасшедшая мамаша, - усмехнулся Герц.
Он понял, что ничего не понимает в женщинах и их инстинктах. Смеяться над чувствами
Риции больше как-то не хотелось.
– Я завидовала Анне, это правда. Но не настолько, чтоб ее убить!
– Понятно.
– Ничего тебе не понятно...
Они долго стояли обнявшись. Герц тихонько гладил ее с нежностью и некоторым
чувством превосходства. Сестре он верил, но от этого история запутывалась еще больше.
Кто-то же все-таки убил Анну Тапиа.
– Хочешь, я порву эту фотографию?
– спросил он великодушно, - никто и никогда об этом
не узнает.
– Хочу, - ответила она, - порви.
– Ну и ладно. Только успокойся. Льюис будет твоим сыночком, никуда не денется. Только
я бы на твоем месте усыновил детеныша помоложе. По-моему, дядя Ольгерд ревнует.
–
Ольгерд?!– Риция подняла на него изумленное лицо, - ревнует?
– А ты не заметила?
– Да ты с ума сошел, Рыжий. Я люблю его безумно, он это прекрасно знает. . Как он мог
подумать?!
– Сумасшедшая мамаша, - постучал ей по лбу Герц, - ничего вокруг не видишь.
Потом она снова курила, сидя на рабочем столе с макетами. После своей короткой
истерики она стала спокойной и смирной, без напускной серьезности и деловитости. Такой
она ему нравилась.
– 144 -
– Знаешь, я ведь его сразу не узнала, когда Эдгар мне показывал досье. Он так вырос!
Только подумала: какой красивый мальчик... Постой!
Лицо у сестры вдруг резко побледнело, она даже сигарету уронила на пол.
– Что?
– снова насторожился Герц, - что еще?!
– Вспомнила, - проговорила она потрясенно.
– Что вспомнила, Рики?
– Лицо! Ее лицо! О, Господи...
Дальше она уже расхаживала по лаборатории как пантера за решеткой.
– Это бред какой-то... Нет, надо срочно проверить...
– Рики, говори, а то я щас взорвусь.
– Понимаешь, Эдгар показывал мне досье на практикантов с Земли. Там был мой Льюис.
И Оливия Солла. Она тогда была толстая и круглолицая, но я ее внешность
промоделировала, убрала щеки, двойной подбородок, округлость... и мне показалось, что я ее
где-то видела.
– И где же? На Земле?
– Нет. На раскопках.
– Что?!
– Я вспомнила: это одна из древних правительниц, какая-то царица.
Герц свистнул.
– И сколько лет твоей царице? Сорок тысяч?
– Около того... Бред да и только, правда?
– Знаешь, - усмехнулся он, - эта дура Олли на древнюю царицу никак не тянет.
– Она не дура, она гениальна.
– Не заметил.
– Не успокаивай меня. Она странная девица. К тому же сразу меня невзлюбила за что-то.
– Так это ясно: вы же соперницы.
– Соперницы?
– Риция надменно дернула плечиком, - какая глупость! Льюис для меня как
сын.
– А я не про Льюиса, - выразительно посмотрел на нее Герц, - я про твоего мужа.
– Что?
– Царица не мелочится. Зачем ей какой-то пацан? Ей больше по вкусу дядя Ольгерд.
– Твои пошлости сейчас совершенно не к месту, Герц. Лучше скажи, откуда она взялась,
эта царица? И что ей тут нужно?
– Не преувеличивай опасность, дорогая. Может, это случайное сходство? Или тебе
показалось?
Сестра нахмурилась.
– Возможно. Надо срочно позвонить Ольгерду в Ледяной город. Пусть проверит.
Домой Герц добрался на такси. Слуги поначалу облепили его, но быстро поняли, что
ничего с него сегодня не возьмешь. И никому он сразу стал не нужен. Он плюхнулся на
кровать в своей спальне и уставился на горящий камин. От близости огня краска на лице