Чтение онлайн

замечала, на что она похожа. К Эдгару в кабинет вошло нечто бесформенно тучное в

мешковатом платье, мужских ботинках на толстой подошве, которые только и могли

выдержать вес огромного тела, с немытыми и растрепанными и, возможно, даже

собственноручно обстриженными волосами.

Похоже, эта умница даже не знала, что на Земле существуют парикмахерские, ателье,

косметические салоны и всевозможные средства для похудания. Ей это было ни к чему.

Впрочем, природа все-таки сжалилась над ней и подарила ей прекрасные карие

глаза, в

которых была не наивность и жажда чуда, как и положено семнадцатилетней девочке, а нечто

жутко глубокое и серьезное. Взгляд ее был таким же тяжелым, как ее подбородок.

– 3 -

– Чем вам, собственно, не нравится Оливия Солла?
– насторожился Эдгар.

– Всем, - недовольно ответил Антонио, - во-первых, ей еще нет восемнадцати...

– Да. Ей еще нет. Но она опережает своих сверстников и учится на третьем курсе. Она

нам подходит, и я сделал для нее исключение. И это еще не причина натравлять на нее вашу

Безопасность. В конце концов, возрастной барьер устанавливали мы сами.

– Как мы любим нарушать свои же правила!
– фыркнул Росси, - но ты прав, дело,

конечно, не в возрасте. Дело в ней самой. До тех пор, пока ты ее не выбрал, мы были

спокойны. Но теперь ситуация настораживает.

– Почему?

– Видишь ли... Оливия Солла - одна из немногих, уцелевших после аварии в колонии

«Меркурий-2». С ней это случилось в пятилетнем возрасте. Там погибли все ее

родственники, тогда мало кто остался жив. И все бы ничего, но при тщательном медосмотре

выяснилось, что девочка - не землянка. Она аппирка. Видимо, потому и гениальна.

– И из этого вы делаете панические выводы?
– удивился Эдгар, - возможно, семья

удочерила аппирского ребенка, сейчас это модно, и скрывала это ото всех, в том числе и от

девочки.

– Модно! Черт бы вас побрал, - выругался Антонио, - всё перепутали! Попробуй уследи

за всеми!.. Между прочим, если она аппир - какой смысл везти ее на Пьеллу? Идея-то как раз

в том, чтобы разбавить аппирских исследователей землянами.

– Формально она землянка, - недовольно сказал Эдгар, ему вообще не нравились все эти

расистские дрязги в ученом мире, - мне этого достаточно. Пусть летит. И пусть исследует.

– И ты считаешь, - продолжил Антонио, - что это просто совпадение, что они ее

удочерили, что все ее близкие погибли, и некому ее опознать, что эта девочка уцелела каким-

то чудом, что она гениальна, что она занимается проблемой телепортации и связи, и что она,

наконец, летит на Пьеллу?

– Считаю, - уверенно сказал Эдгар, - я же ее смотрел. Никаких коварных планов она не

строит, уверяю вас. Обыкновенная заумная девчонка.

– Ты пойми, - устало взглянул на него Росси, - я в этом кресле больше полувека. Я

нутром чую подвох. И мне это не нравится, Эд. Совсем не нравится.

Эдгар не привык, чтобы сомневались в его способностях. Недоверие Антонио его задело.

– Вам нечего опасаться, -

заявил он раздраженно, - как вы думаете, почему за этими

ребятами отправился именно я? Мне что, делать больше нечего?.. Но раз уж я здесь, то,

разумеется, я вошел в каждого и проверил. Все невинны как овечки. Можете спать спокойно,

господин Росси.

– Эд, - покачал головой Антонио, - я не ставлю под сомнение твои экспертные

способности, я просто хочу сказать, что за девчонкой нужно следить и не допускать ее к

особо секретной информации. Она и сама может не догадываться, что из себя представляет.

– Так можно подозревать любого.

– Можно. Льюис Тапиа мне тоже не нравится.

– Льюис?
– Эдгар усмехнулся, - этот-то чем не угодил нашей Безопасности? Совершенно

идеальный парень, на уме одни формулы и спорт. Красавчик, скромен, краснеет как девица,

из вредных привычек только одна - стихи пишет. Может, вас не устраивает, что он тоже

сирота? Мне наоборот казалось, что одиноким легче покидать родную планету.

– Мне не нравится, - строго посмотрел Антонио, - история со смертью его матери.

– Что это за история?

– Она была убита.

– Как убита?
– Эдгар изумился, он привык думать, что на Земле такое практически не

случается.

– Хладнокровно, - сухо ответил Антонио, - задушена в собственной квартире.

– Кем?

– А этого никто не знает.

Повисла напряженная пауза.

– Бедный парень, - искренне огорчился Эдгар, - а отец?

– 4 -

– Его отец погиб еще в раннем детстве: пожар в отсеке звездолета. Здесь как будто нет

ничего подозрительного.

– Понятно... это, конечно, темная история, но мальчик-то здесь при чем? Не мог же он

задушить собственную мать? Да и было ему тогда...
– Эдгар взглянул в дело Льюиса, - девять

лет.

– Мальчик ни при чем, - согласился Росси, - мне подозрительно только, что он

воспитывался в том же интернате, что и Оливия. И теперь они оба летят на Пьеллу.

– Вот уж тут ничего подозрительного нет, - усмехнулся Эдгар, - именно поэтому я и взял

их обоих. Парень, конечно, способный, но можно было выбрать и другого. Но...

– Что «но»?

Он вспомнил, как напряженно смотрела на него толстушка Оливия своими карими

глазами. Она знала, что сейчас он принимает решение, но не знала, что в эту минуту он

становится ею. Эдгар сосредоточился, он вошел в нее с привычной точностью, не переставая

при этом листать списки, и понял... что влюблен, что он совершенно растерян и несчастен

оттого, что с ним, то есть с ней, Оливией, внезапно произошло. Некрасивая, толстая

девчонка влюбилась в прекрасного юношу, Льюиса, друга детства. Больше чем на дружбу она

рассчитывать не могла, она это прекрасно понимала, но в душе было полное смятение и

тоска.

Эдгар расслабился и посмотрел на Оливию уже с некоторым чисто мужским